Третий оттенок любви (СИ)
Наверное Артурия единственная, кто могла бы сравниться царственностью, горделивостью и статью с этим тёмным небожителем.
— Не успели воды Авей-Лона освободиться ото льда, а Вы уже здесь, Ваше Императорское Величество!
Её голос для всех прозвучал будто удар хлыста и, кажется, только Императору, оставшемуся таким же невозмутимым, он напомнил лёгкий взмах атласной ленты.
— Спешил на ваш праздник, — с мягкой улыбкой спокойно ответил Дейллиан, поднявшись на первую широкую ступень.
За этим последовала незамедлительная реакция: в его сторону были направлены с десяток острых дарк'анских клинков. Однако достаточно было королеве коротко поднять руку, как мечи и пики опустились, позволяя тёмному Иператору спокойно приблизиться к безоружной правительнице.
— И с какой же целью, Ваше Темнейшество?.. — поинтересовалась Артурия, гордо подняв взгляд на высокого гостя.
Но прежде чем ответить Дейллиан, под пристальными напряжёнными взорами серебряных рыцарей, галантно, но при этом настойчиво, коснулся ладони королевы и неторопливо поднёс тыльной столоной к своим губам.
— Ну конечно же, чтобы отблагодарить Избранную за спасение мира и моей Империи, — внезапно сапфировые глаза устремились на Веронику. Император чуть повернулся к ней и кивнул.
"Если одно колечко с его пальца могло противостоять магии Чёрного Демона, то на что способен он сам?" — с опаской подумалось девушке.
— И лучшей благодарностью будет свобода любви, — продолжил высокородный гость, и его проницательный взгляд перешёл на Феликса, стоявшего у Ники прямо за спиной и готового защитить свою Избранную в любую секунду. — Я же прав, госпожа?
Темнейший вновь вернулся к созерцанию королевского личика. Учтивая и, кажется, дружелюбная улыбка не сходила с его губ.
— Этот день — прекрасный повод заключить мир между нашими государствами, — закончил голубоглазый искуситель, так и не отпуская руки Артурии.
— Собрание Совета, составление мирного договора и множества других пактов — это всё может занять не один месяц… — с уже менее уверенным нажимом намекнула королева.
— Я всё уладил, — твёрдо заверил Дейллиан, махнув рукой стоящему рядом Динииру. — У меня было столько веков, чтобы составить идеальный договор о мире.
Покорно склоняя голову и не удостаивая Веронику даже мимолётным взглядом, придворный маг хитрым жестом материализовал в своих руках толстый тугой свиток из искусно разрисованного золотом и серебром чёрного пергамента. Прошествовав через руки Императора, свиток попал к хмурой королеве.
Артурия развернёла дорогую бумагу и с умным видом принялась читать, то и дело поглядывая на терпеливо ожидающего Дейллиана.
— Кхм, а соблюдение третьего пункта обязательно? — наконец поинтересовалась она, отрываясь от чтения.
— Ну, конечно обязательно, — улыбка её собеседника стала шире и как будто бы нахальнее.
Она одарила его испытующим взглядом, но всё-таки вернулась к просмотру договора. Вскоре её светлые брови сдвинулись над переносицей сильнее и королева, словно бы пересиливая свою гордость, провозгласила:
— Если это всё, что необходимо сделать для блага моего народа, то да. Я — Артурия Вендрагон, — принимаю Ваши условия, Император Дейллиан первый.
И не обращая внимание на слабые восклицания придворных чиновников, стоящих здесь же, за спинами серебрянных рыцарей, Артурия, не отрывая глаз от голубоглазого правителя тёмных, провела раскрытой ладонью над свободным местом в документе и тот заискрился лунным светом.
Лишь как только "подписанный" магией свиток лёг в ладони Дейллиана, двое чёрных рыцарей из имперской свиты вышли вперёд, в их руках мелькнули длинные фанфары, и в следующую же секунду грянула торжественная мелодия.
А дальше произошло то, чего не ожидал никто. Император Дейллиан припал на одно колено, угодив им прямиком в небольшую чёрную подушечку, заботливо подложенную Динииром. По залу прокатились поражённые возгласы и вздохи. Тут же из воздуха возникла бархатная тёмно-синяя коробочка, которая опустилась в руку Императора.
— Я Император Дейллиан первый, прошу Вас Артурия Вендрагон стать моей женой, навсегда прекратив расприи между нашими странами и установив нерушимый мир, — на этих словах маленькая шкатулочка в его ладони распахнулась, являя всеобщему взору изящное серебряное колечко, с мелкой россыпью звёзд-бриллиантов.
Тишину, возникшую сразу после, Артурия не выдержала первая. Выражение её лица резко переменилось. Теперь венценосная гордая и отважная королева больше походила на растерянную юную девушку, которую явно застали в расплох таким предложением. Она беспомощно перевела взгляд с кольца на Веронику, будто ища в лице Избранной поддержки. И Ника дала её. Легко кивнула и улыбнулась, с искренней радостью отмечая смущённо-влюблённый взгляд светловолосой королевы, которая за всё это время успела стать Веронике кем-то вроде подруги.
— Дейллиан, — тихонечно шепнула она, — я… согласна.
Эпилог
В поднявшейся шумихе Феликс с Вероникой легко смогли ускользнуть из церемониального зала и нашли себе убежище в одной из маленьких башен дворца. Запервшись какой-то неприметной комнатке, они устроились на широком подоконнике высокого стрельчатого окна.
— Нас, наверное будут искать, — неуверенно пробормотала Вероника, но тут же утонула в объятиях Феликса, притянувшего её к себе.
— Плевать, — дерзко шепнул рыцарь.
Его голос над её ухом прозвучал напряжённо, а сильные руки крепче прижимали девушку к каменной груди. Вероника грустно улыбнулась, прекрасно понимая, что её время в этом мире подходит к концу, и даже эти надёжные столь желанные для неё объятия не смогут продлить минуты пребывания здесь.
— Я никогда не забуду тебя, — она осторожно коснулась его рук своими, сквозь пальцы ощущая тепло и силу.
— Нет! Не говори так! — вспылил мужчина, утыкаясь носом в её волосы.
Ника замолкла, почувствовав как напрягаются тиски его мускулов. Девушке и самой сейчас было тяжело на душе, однако она гнала прочь заветные и слишком самонадеянные мысли. Она не сможет забыться здесь, с ним, навечно. Хотя так нестерпимо хочется.
— Мы принадлежим слишком разным мирам, Феликс, — тихо начала Ника, поддерживая ни то себя, ни то беловолосого. — Так было и будет всегда. Для меня чужд этот мир так же как и я чужда для него. Дома меня ждёт семья, учёба… обычная жизнь, к которой я слишком привыкла за эти девятнадцать лет. Здесь у меня нет будущего. Я исполнила свой долг и больше не нужна.
— Нет, это не так! — перебил её рыцарь и развернул к себе лицом. — Ты нужна мне!
Она с болью и сожалением смотрела в его безумно красивое точёное лицо, силясь запомнить с фотографической точностью каждую черту, пока непрошенные слёзы не навернулись на глаза, застилая всё мутной пеленой. Она больше не увидит его…
"Всё закончилось, Вивьенна, — вмешался бесстрастный голос духа. — Твой сон тоже подошёл к концу".
Вероника лишь отмахнулась. Ещё минутку. Ещё хотя бы одну минутку! Однако вспыхнувший голубоватый свет заставил всех в этой тайной комнатке вздрогнуть. Со страхом девушка взирала, как лазурная татуировка медленно сползает с её левого предплечья, и её свет всё тускнеет. С подкатившим к горлу комом паники, она взглянула на Феликса, готовая вот-вот разрыдаться, и едва слышно прошептала:
— Я не хочу…
Рыцарь порывисто прижал девушку к себе, уткнул носом в своё плечо, снова давая укрытие её слезам и, поглаживая мелко трясущиеся плечи, принялся убаюкивать и успокаивать её отчаяние и боль. А когда Ника перестала дрожать, он поднял на себя её заплаканный взгляд, нежно коснувшись подбородка, и прошептал:
— Всё будет хорошо.
Следом заботливо поцеловал её левую кись, вливая больше силы в угасающую татуировку, и легко поднялся, подхватывая любимую на руки.
Весь дальнейший путь Вероника не отрывала носа от своего надёжного спутника. Она упорно гнала все мысли прочь и сконцентрировалась лишь на одном его запахе. Всё том же терпком льдистом. Как ни странно, но ей удалось успокоиться только таким образом. К тому моменту они уже спустились в подвальные этажи дворца и добрались до каменных врат, ведущих к подземному итоку Авей-Лона.