Захоронение

– Что почему? – не поняла вопроса Бреннан.
– Почему ты спрашиваешь, был ли скелет связан, так же как и в прошлый раз?
Обрадовавшись возможности отвлечься от грустных мыслей, касающихся скоропостижной смерти в автокатастрофе, Бреннан задумалась над его вопросом.
– Просто рассчитываю время, – ответила она наконец.
– И что же ты рассчитала?
– Ну, сейчас ведь только начинает темнеть. Что представляет собой район вокруг театра?
Бусс понял ход ее мыслей:
– Там уйма магазинов, ресторанов, баров, различных контор…
Бреннан кивнула:
– А поэтому много народа, передвигающегося как пешком, так и в машинах.
– Вот именно.
– Итак, при дневном свете или вроде того, при большом количестве прохожих… кому-то удалось поставить перед театром человеческий скелет?
– Не совсем перед театром, – поправил ее Бусс. – Его 'нашли в парке позади здания. Но я понял твою мысль. Можно предположить, что кто-то все же заметил человека, тащившего скелет или, по крайней мере, подозрительно большой пакет.
Бреннан нахмурилась.
– Скелет обнаружили в аллее?
– Ага. Кстати, это знаменитая аллея.
– И чем же она прославилась?
– В ней застрелили Джона Диллинджера.
– Грабителя банков тридцатых годов? – спросила она, нахмурившись еще сильнее.
– Двадцать второго июля тысяча девятьсот тридцать четвертого года, если быть точным. Мелвин Первис и группа агентов ФБР застрелили Диллинджера возле этого театра.
– ФБР. Ты не думаешь, что это имеет гораздо большее значение, чем кажется на первый взгляд?
– Нет. Это было просто местное подразделение, которое называлось Отделом расследований. Вот Первис, застреливший Диллинджера, это действительно важная фигура, в отличие от наших рядовых агентов.
– Разве ты не понимаешь, Бусс?
– Не понимаю чего?
– Тебя намеренно дразнят. Этот убийца собрался натянуть нос Федеральному Бюро Расследований.
– Может, ты и права… – сдвинул брови Бусс.
– Ты хочешь сказать, что я безусловно права?
Его глаза следили за движением на дороге, поэтому ответ пришел так поздно, что Бреннан почти забыла, к чему он относится.
– Ты права, – сказал Бусс.
 Почтизабыла.
Район, куда они прибыли, полностью отвечал описанию Бусса: множество прохожих, направлявшихся в магазины, бары и, конечно же, к знаменитому театру, который сейчас, к сожалению, был закрыт, о чем оповещала табличка на фронтоне, обещающая «скорое открытие» и выступление труппы из Виктори-Гарденс  [8].
Прохожие двигались в основном по противоположной стороне улицы – полиция натянула заградительную ленту, отделявшую аллею и часть улицы перед театром.
Пока Бусс пристраивал машину на парковке, Бреннан рассмотрела несколько зевак, наблюдавших за происходящим. Полиция и федеральные агенты сгрудились у входа в аллею парка; разномастные машины, как с определительными знаками, так и без, были припаркованы как можно ближе к месту происшествия.
Бусс достал свой значок и приколол его к нагрудному карману.
Полицейские пропустили их на огороженную территорию, приподняв перед ними ограничительную ленту, и Бреннан прошла за агентом в темную аллею.
Ночь уже вступала в свои права, поэтому их путь был освещен галогеновыми фонарями. Если возле полицейской ленты фонарей было только два, то здесь они располагались через каждые десять шагов на протяжении всей аллеи. В том же месте, где виднелась группа людей, встроенные фонари освещали что-то, лежащее на земле.
Трое мужчин, одетых в почти одинаковые костюмы, разговаривали друг с другом, наблюдая, как Бреннан и Бусс приближаются месту происшествия.
Поравнявшись с этой группой, Бреннан отметила, что мужчина, который стоит к ним ближе всех, держится очень прямо, его квадратные плечи расправлены, грудь выгнута вперед, а дорогой костюм еще сильнее подчеркивает его значимость.
Это наверняка какой-то начальник, подумала Бреннан.
Бусс представил его:
– Специальный агент, возглавляющий чикагское отделение – Роберт Дилан. А это антрополог, о котором я вам говорил, – доктор Темперанс Бреннан.
 
Дилан протянул руку:
– Добро пожаловать на борт, доктор Бреннан.
Когда он пожимал ее руку, Бреннан постаралась ничем не выдать своего раздражения. «Добро пожаловать на борт»? Нашел себе пассажира на круизном лайнере! Хватка у него была – что надо, а взгляд, которым он скользнул по Бреннан, напоминал взгляд хищной птицы.
Но следующая его фраза прозвучала довольно дружелюбно:
– Ваша известность опережает ваше появление.
– Благодарю. Никогда не думала, что антрополог может найти работу прямо на улицах Чикаго.
– А мы даже не мечтали, что вы когда-нибудь будете работать с нами.
Дилан повернулся к высокому мужчине, которому на первый взгляд можно было дать около тридцати пяти или около того, с короткими каштановыми волосами, волевым подбородком, покрытым двухдневной щетиной, и живыми светло-карими глазами. Выражение его лица больше, чем что-либо иное, подсказало Бреннан, что он принял ее в команду сразу… и не только за профессиональные качества.
Дилан сказал:
– Это лейтенант Бретт Грин, из полиции Чикаго.
Грин протянул ей руку. На нем были черные брюки, черная рубашка с расстегнутым воротом и черная кожаная куртка.
– Рад познакомиться, доктор Бреннан.
Его рукопожатие было теплым и дружественным, словно подтверждая его отношение к ней.
– Взаимно, – ответила Бреннан с вежливой улыбкой.
Бусс представил ей третьего мужчину.
– Это специальный агент Джош Вулфолк. Он мой напарник в этом расследовании.
Бреннан внезапно покоробили эти слова. Разве не она напарница Бусса в этом деле?
Будучи ниже ростом и старше Бусса, Вулфолк был похож на менеджера среднего звена благодаря строгой прическе – зачесанным направо волосам, светло-синей рубашке, синему галстуку и темно-синему костюму.
Бреннан пожала и его руку, поздоровалась, а затем уставилась на предмет, на котором перекрещивались лучи прожекторов.
Она ожидала, что скелет будет таким же, как и в первый раз, но сейчас перед Бреннан лежал большой пакет для мусора, который был развязан, так что виднелось его содержимое.
Но с того места, где она стояла, внимательно рассмотреть содержимое пакета было невозможно.
– Что удалось выяснить? – спросил Бусс.
Пренебрегая тем обстоятельством, что рядом находятся агенты ФБР, чикагский полицейский Грин заговорил первым:
– Местный бродяга заметил, как кто-то бросил здесь мусорный пакет и быстро ушел.
Грин опустился на корточки рядом с пакетом и осторожно отогнул его край, чтобы заглянуть внутрь.
Там находился хребет и под ним куча костей.
Грин продолжил:
– Бродяга, по его словам, подумал, что внутри может находиться что-то полезное… и поэтому открыл пакет. – Грин засмеялся. – Когда он увидел кости, то покрылся пятнами, бросился на проезжую часть и замахал руками, останавливая дежурную машину.
– Где сейчас ваш свидетель? – спросил Бусс.
Грин мотнул головой в сторону дороги:
– Отдыхает в патрульной машине.
Опускаясь рядом с Буссом на корточки, Бреннан заглянула в пакет, который Грин все еще держал открытым.
В резком свете прожекторов скелет казался белым, словно выцветшим. Она также увидела как минимум одну бедренную кость, обе плечевые, ребра, две большие берцовые и россыпь костей поменьше.
На этот раз не было никакой проволоки, но на первый взгляд скелет был полным.
Снова.
– Нам нужно отвезти это в музей Филда, – заметила Бреннан.
– Он уже закрыт, – сказал Дилан, взглянув на часы.
Бреннан посмотрела на Бусса.
– Позвони Джейн By. У тебя есть ее домашний телефон, так что ты можешь им воспользоваться. Теперь ты долженэто сделать.
Бусс лукаво посмотрел на нее.
– Хорошая идея.
– Что за By? – спросил Дилан.
Грин улыбнулся этой фразе, пытаясь поймать взгляд Бреннан.