Этюд в серых тонах для двоих (СИ)
— Да красивое у тебя платье. В самый раз, чтобы на тебя смотрели все и слюни пускали. Иди уже, охранники вот-вот отопрут последнюю решетку, — прервала мое разъяснение ведьма, отсылая меня еще и жестом повелевающей руки.
Как есть ведьма, ведь стоило мне выйти из ее камеры, старуха прокричала вслед с явной издевкой:
— Не объедайся сладким или живот вылезет и тогда все очарование красавицы в миг исчезнет. По пузатым вздыхают далеко не все мужики.
Скрипнув зубами, я не стала ничего отвечать, потому как уже слышала шум шагов. Не хотелось прослыть для охраны той, у кого явно не все дома, если она спорит с призраком и не старается вести себя, как нормальная.
— Майор Йорго, вы закончили? — спросил лейтенант, несший первую часть коробок.
— Да, сегодня все оказалось менее затратно по времени. Видимо, госпоже ведающей не терпится приступить к созданию гримуаров, а не общаться с гостями из верхнего мира.
— А почему, собственно, нет? Ведь столько лет она не покидает свою камеру и ничего не делает. Кто угодно заскучает существовать без дела, — поддержал охранник, пропуская меня к лестнице, а сам вышел из безопасной зоны. — Подождите меня здесь. Я мигом оставлю коробки, где вы сказали, и тут же вернусь к вам.
— Будьте так любезны.
Отступив, я осталась наблюдать за тем, как сильно напрягшийся мужчина идет к камере, отведенной под склад для ведающей. С каждым шагом он замедлялся. Выглядела его спина не так, как у охранника, что должен защищать нас от побега преступников. Даже странно, что охранник тюрьмы боится призрака ведьмы, о которой всегда старался говорить с большим уважением.
Я понимала, что его одолевает банальный страх к тому, что увидеть он не может в силу отсутствия предрасположенности к серой магии, и приятного в подобном было мало. Вру, ни одной приятной черты я не смогла отыскать, сколько не пыталась думать над подобным.
Если уж он трясется сейчас от подобной мелочи, всего лишь предполагая, что за ним наблюдает призрак, не желающий навредить, то что будет с обычными людьми, которые составляют большую часть жителей нашего мира. Не сочтут ли они меня проклятой за мои способности и привычки вести дружбу с призраком? Как вообще при подобном раскладе я могу надеяться, что меня примет любимый, если он окажется простым магом, а не некромантом или таким же как я?
— Призраки… — вдруг произнес вернувшийся лейтенант, смотрящий на меня выжидающе и с капелькой пренебрежения.
— Что?
— Призраки. Вы всегда относились к призракам так легко?
Его слова все больше путали меня. Без уточнения я никак не могла ответить на его вопрос.
— Как именно отношусь? Что вы имеете ввиду?
— Вы их не боитесь и относитесь как к равным. Так было всегда? Или что-то в вас изменилось, когда Смерть пробудила вашу силу целиком?
Тяжко вздохнув, я пошла вперед, рассчитывая, что он наконец закроет ту первую решетку и нагнав меня, откроет следующую. Пусть и откровенничая, но мы будем подниматься, а значит, я смогу уйти из этого места чуточку раньше.
— Наверное, — пожала плечами. — Я уже и не помню точно, прошло слишком много времени. Но с первого момента, как я увидела призраков, страх был не таким, как его описывают другие. Не всепоглощающим. В тот конкретный момент у меня была веская причина бояться живых гораздо больше, чем духов, что могли защитить. Когда есть вероятность испытать боль, ты на голых инстинктах начинаешь защищаться.
— Все дело в том способе, как появляетесь вы, серые маги с поцелуем Смерти? — уточнил лейтенант, отпирая очередную решетку и пропуская меня вперед.
Вдаваться в подробности я не желала. Тем более, что объяснять придется долго, называя имена, что все еще на слуху.
— Да.
Говорить о чем-то еще я не горела желанием. Жаль, что спутник оказался порядком любопытным, хоть и понятливым. Ему хватило такта сменить тему на менее личную.
Как говориться, спасибо и на этом.
— Вы же научите нас, как вести себя с ведьмой? Нам придется посещать ее камеру еще много раз.
— Порой самый простой способ — самый эффективный. Не трогайте ее и не потребуется никаких особых умений. Она хочет помочь современным потомкам, а взамен, наконец, обрести спокойствие и перерождение.
Он, наконец, заметил мое переменившееся настроение и усмирил свое любопытство. Его же взгляд что-то такое сказал коллегам и покинуть тюрьму у меня вышло легко. Без разговоров и с вызванным для меня такси, что через пару минут уже ожидало меня у ворот.
Как-то странно я ощущала себя сейчас, но не могла так сразу разобраться в собственных чувствах. Для меня ведь не свойственно обижаться, однако сейчас я ощущала себя задетой за живое пустой болтовней ведьмы. Или все дело в том, как на подсознательном уровне отнесся ко мне провожатый?
— Как же не просто быть человеком, — проговорила я, не сразу поняв, что сделала это вслух, пока об этом не сообщил мне отреагировавший таксист.
— Вы что-то сказали?
— Просто мысли вслух. Не обращайте внимания. И кстати, можете не торопиться и объехать центральные улицы и главный мост. Не люблю стоять в пробках, — сказала, увидев на его карте пометки с затрудненным движением на конкретных улицах.
— Хорошо, думаю, мы в итоге выиграем время, если и правда сможем избежать пробок. Сейчас их не много, но все же.
— Значит, так и поступим. Место назначения — «Алая роза». Времени у нас предостаточно.
— Как пожелаете.
Незнакомый таксист вел машину в полном молчании. Самое-то для меня сейчас. Ведь чтобы приводить мысли и чувства в порядок, нужно отбросить мешающие трезво оценивать ситуацию эмоции.
Перед встречей с леди Донгар я просто обязана это сделать.
Глава 28
Популярное у знатных леди кафе или, скорее, ресторан, оказалось вполне приемлемым по убранству и для меня. Он не вызывал у меня ни трепета, ни восторга, а это уже говорило о многом.
За годы службы я видела много шикарных мест, а также тех, что лишь пытаются казаться таковыми. Чаше всего они использовали в интерьере дорогой отполированный мрамор. В этот раз он был контрастным, черным и белым. Словно огромная шахматная доска, зал был расчерчен на квадраты-комнаты, в которых при желании можно было сделать стеклянные стены непрозрачными.
В зависимости от цвета квадрата, стены при настройке превратятся в молочно-белые с серебряными прожилками или дымчато-черные с аквамариновыми. Хорошо, что золотом они не злоупотребляли, и тем самым избежали привычной ошибки. Вокруг знати и так слишком много золота, чтобы еще и тут оно смотрело на них с каждой стены.
Серебро и аквамарин куда как красиво, ничего не скажешь, и прекрасно сочетаются с простой на вид посудой с витиеватым клеймом на ободе. Небольшим, всего лишь три на три сантиметра, однако стоимость за каждый предмет такая финтифлюшка увеличивала знатно. Сервиз такого класса я себе заказывать не стану. Разобьёшь тарелку-другую и жаба задушит.
— Доброго дня леди, у вас забронирован столик? — спросила меня администратор, стоящая у входа в общий зал, осмотреть который я уже успела.
— Доброго дня, да, посмотрите на имя Катрины Донгар, пожалуйста. Я ее гостья, — даже не глянув в свой журнал, девушка покачала головой.
— Извините, но сегодня леди Донгар не бронировала. Может, она сделала заказ на ваше имя? — не усомнившись в моих словах ни на минуту, пришла на помощь администратор.
— Вполне возможно. Проверьте имя Селена Йорго.
— Да, такая бронь на сегодняшний день у нас имеется. Третий столик в центре зала. Я вас сейчас провожу.
— Буду благодарна.
— Пожалуйста, присядьте. Вы желаете сделать заказ сейчас или после?
— Я дождусь леди Донгар. Спасибо.
Сидеть под прицелами любопытных взглядов было то еще удовольствие. Спину стало ломить буквально через пару минут, а между лопатками пробегал озноб. Если бы было возможно, я бы накинула на себя пару-тройку рун, способных снять возможные проклятия и дурной взгляд. Новое лицо, появившееся четко по центру зала в столь ранний час, не могло остаться незамеченным. К тому же, я была одна, без того, кто бы смог представить меня, утолив их любопытство.