Ванька 11 (СИ)

Потери Франции в войне были огромны. В войне с французской стороны принимали участие более восьми миллионов военнослужащих. Из мужчин, что по возрасту подлежали мобилизации, тут почти восемьдесят процентов одели в шинели. Погибло их почти миллион, ещё три — было ранено. Миллион инвалидов война Франции подарила, а сколько ещё приобрели серьезные проблемы со здоровьем…
Так, это или не так, но наши газеты именно такую информацию давали. Сообщали о плачевных итогах империалистической войны, о горе, какое она народам мира принесла. Откуда только такие сведения они получили? Это же — военная тайна, кто и сколько чего потерял.
Из-за Вердена и Марны по всей стране, как грибы после тёплого летнего дождика появились, а сейчас печально стеколками поблёскивали дома инвалидов и даже целые посёлки для увечных бывших солдат французской армии. Тут тебе не Россия-матушка. Это дома, в наших городах, селах и деревнях с распростертыми объятиями и слезами счастья увечных принимали. Хоть безногий-безрукий, но свой, родная кровиночка, докормим тебя, допоим, радость-то какая — живой вернулся… Нет, были и исключения, но здесь это было массовым явлением. Отвернулись от инвалидов французские семьи, не нужны они им стали.
Французов-мужчин мы дорогой почти и не видели, почти одни женщины нам встречались. Кстати, красивых почти и не было.
— Вот тебе и француженки… — ворчал Сормах. — Наши бабы — лучше.
Я был с ним совершенно согласен.
— Ещё и жадюги все…
Это комдив опять про француженок. Многие нам что-то продать пытались, но цены такие ломили… Несусветные.
Мне они, местные цены, тоже очень велики показались. Раза в четыре, не меньше, они выросли с тех пор, когда я сам что-то тут, будучи во время войны во Франции покупал.
Почти после самой границы Франции меня обратно в Берлин и вернули. В штаб нашей дивизии пакет пришел. Отзывается де срочно Красный Нинель Иванович в распоряжение Главного медицинского управления Армии Мировой Социалистической Революции.
Зачем? Почему? Написать про это не удосужились.
Я, если честно, даже струхнул. Вот, опять где-то засветился… Доходил по банкетам…
— Ты, Нинель, давай как-то по-быстрому. Одна нога здесь, другая там. Придумали — отзывать…
Сормах моим отзывом был сильно не доволен. В дивизии я ему был нужен.
— Постараюсь… — а, что я мог ещё ответить.
В Берлин я ехал с тяжелым сердцем, а всё просто и хорошо оказалось. Не одного меня сюда вызвали, всех, кто на уровне дивизии медицинскими службами руководил.
Совещание по вопросу обеспечения армии медикаментами они тут решили устроить! Мля! Мля! Мля! Я дорогой чуть не поседел, хотел уж опять лыжи вострить!
Новое коммунистическое правительство Германии решило Армии Мировой Социалистической Революции помочь не только стальными шлемами, но и медикаментами! Нет, это всё хорошо, но людей-то не надо с ума сводить! Это, я про себя…
Германия ещё до Великой войны пятую часть всех медикаментов в мире производила, все российские аптеки изделиями германской фармацевтической промышленности были завалены. Правда, с началом войны они России поставлять медикаменты прекратили. Вот тут-то мы взвыли, запели репку-матушку! «Аспирина» от Bayer, и того не стало… Своё, своё, надо было производить, а не на кого-то надеяться. Мы де, чо надо — купим!
Однако, не одним они, байеровцы, «Аспирином» торговали, «Героином» ещё народ травили. Выпускали его в форме сиропов, пилюль, порошков и рекламировали как чудодейственное средство от всего, вплоть до лечения склероза. Кашель у тебя — покупай «Героин», насморк у малыша — «Героин» будет самым лучшим от него спасением. Даже для того, чтобы волосы лучше росли и красивей были, российские барышни его использовали.
Нам, начальникам медицинских служб дивизий, предоставили список медикаментов, которые у германцев имелись, и предложили выбирать, что нужно.
Я и выбрал. «Героин» тоже заказал, но уже не насморк лечить. «Героин» лучше морфина боль снимает. Тут, главное, дело до зависимости не доводить.
  
Глава 4
  
Глава 4 Человеческий зоопарк
Хоть Сормах и просил меня в Берлине не задерживаться, но тут я сам себе не хозяин. Как отпустят, так отпустят.
Сегодня, вон вообще, ещё перед обедом всех нас распустили до завтра. Отдохните мол, по городу погуляйте, у нас свои срочные дела образовались — некогда с вами валандаться. Ну, не этими самыми словами сказали, а смысл был такой.
Вот тебе и германский порядок… Ещё и нас стыдят, за безалаберность.
По Берлину погулять? Не откажемся… Когда ещё придётся.
Серый какой-то город. Хмурый. Неприветливый.
Так, а это что? Зоопарк? Berlin Zoo?
По обе стороны от входа — каменные слоны. Большущие, вида внушительного, но что-то у них не так с передними лапами. Лежат на животах, передние ноги как-то так изогнули неестественно. Кстати, как правильно — ноги, лапы? Что там у слонов имеется?
Я не большой специалист по слонам, но мне кажется, что у нормального слона суставы на передних ногах не в ту сторону выгнуты. Или в ту? Не в ту?
Решил я в сам зоопарк зайти и посмотреть на живых слонов. Как там у них всё на самом деле устроено? Что-то меня заело. Тем более — очереди нет. Обнищали здорово за годы войны берлинцы, им бы брюквы у бауеров купить, маслицем себя побаловать, какой уж тут зоопарк.
Я за вход заплатил, внутрь вошел между этим самых слонов каменных. Так, что тут и где? Ага, всё понятно. До слонов не так уж и близко, но у меня времени — вагон и маленькая тележка.
Иду, не тороплюсь, по сторонам поглядываю.
Так, а это что за дела?
За решеткой пол дюжины негров сидят. Зубами чечетку выстукивают, в половички какие-то разноцветные завернулись. Холодно им. Я в шинельке, но и меня временами сегодня на берлинских улицах мысль посещала, что пододеть что-то под неё было бы не лишнее. Телогреечку стёганую ватную или даже меховую.
Негры — того и другого пола. Один из негров-мужиков на руках обезьянку держит. Она, бедняга, сейчас тоже по родине мечтает. Сожгулилась вся, негра лапами обхватила. Более тёплый климат обезьяне по душе, а сегодня ещё и ветерок холодненький.
Чуть я нагнулся, на табличке, что на клетку прицеплена, буковки разобрал. Этнографическая экспозиция. Коренные жители Африканского континента.
Негры мой интерес к себе заметили, половички свои с плеч скинули, что-то этакое стали изображать. Один камнем о камень стал стучать, дескать какое-то своё негритянское орудие труда он изготавливает. Они же — дикие совсем, железа не знают, на уровне каменного века в развитии остановились. Бабы-негритянки начали что-то палками в ступах толочь, а два оставшихся мужика луками вооружились и якобы охоту изобразили.
Самих их от холода поколачивает, но — представление белому человеку показывают…
Обезьяна вокруг них скачет. Ученая, видно знает свою роль в этих бесовских игрищах.
Мне так всё это противно стало. Не хотел, а испоганился, человеческий зоопарк посетил. Никакая это не этнографическая экспозиция, а самый настоящий человеческий зверинец. Цивилизованные европейцы так себя развлекать любят, за океаном в соединившихся между собой штатах тоже недалеко ушли. Индейцев разных племен они за решетками и загородками экспонируют, коренных жителей своего континента. Угробили их миллионы и миллионы разными способами, а сейчас ещё и изгаляются — вот, посмотрите на чудо-чудное, такие зверушки двуногие здесь раньше обитали. В перьях.
Я чуть замешкался, а негры и обезьяна быстренько отстрелялись по своей стандартной программе и мне начали через решетку руки и лапу протягивать. Дай де нам, дяденька, белый человек, что-то вкусненькое. Заслужили мы это своими кривляньями. Обезьяна от негров не отстает, сначала одну, а потом и вторую лапу мне протянула.
Мля…
Стыдобища-то какая…
Мне стыдобища, а не неграм и обезьяне…
Я чуть не бегом от клетки с неграми и обезьяной отбежал. Матерясь про себя в сторону слонов зашагал. Черт меня к этим слонам дернул!