Путь океана: зов глубин (СИ)

У него засосало под ложечкой.
Витал подхватил сумку поудобнее, и стараясь не привлекать внимания, зашагал к киоску.
Юнга заметила его в отражении и замерла. Не оглядываясь, она сейчас же туже перехватила поднятый ворот бушлата и поспешила ретироваться.
Что за?!. На всякий случай капитан принял беззаботный вид.
Знакомые приподнимали треуголки и приветственно кивали ему, но потерять подозрительную юнгу среди площадной суеты казалось Витал важнее обмена новостями.
Потому он коротко кивал, но не отвечал на рукопожатия. Прищуренные же глаза всё высматривали странную адъютантку в толпе.
Вот снова мелькнул её бушлат. На этот раз она замерла у киоска с дамскими сапожками. Разумеется, девиц привлекало красивое платье и прочие штучки… Однако застывшая у выставленной обуви фигурка вскинула обе руки к лицу, словно в недоумении.
На соседнем тротуаре показались чёрные бушлаты Внутренней Службы. Капитану стало тревожно. Тихонько он продвигался вдоль стены, и с каждым шагом в нём поднималась нервозность.
Субтильность, бледность этой кожи…
— Поглоти меня Бездна… — простонал он и рванул к киоску.
Когда же рядом с незнакомкой возникли Лукас с Дафной, Витал едва не взорвался от негодования.
Настигнув компанию этих тунеядцев, он рявкнул громким шёпотом:
— Ну-ка стоять!..
Троица вжала головы в плечи и остановилась.
— Лукас! Мормышка! Это что такое! А вы, миледи!.. От вас-то… от вас я никак не мог ожидать подобной каверзы!..
Когда на него обернулись три очень виноватых лица, во рту пересохло.
Шкодливая парочка юнг с «Крылатого Марлина» уже вряд ли была способна его чем-то удивить… Но такого Витал точно не мог бы предположить…
По залитыми румянцем скулам де Круа в направлении подбородка и подрагивающей нижней губы спускался затейливый каскад изящных полос, перечисляющий навыки морехода с правом ведения переговоров на суше от имени Гильдии. Так могло выглядеть лицо старшей юнги-адъютанта, блестяще зарекомендовавшей себя в административной работе на судне. Нанесённый рисунок ещё больше приковывал взгляд к ее голубым глазам и оттенял белизну тонкой кожи, едва тронутой загаром.
Вытянувшееся лицо капитана должно быть имело самый уморительный вид, потому что покрасневшая до ушей миледи вдруг закашлялась в кулак в безуспешной попытке замаскировать робкую улыбку.
Дафна же отвернулась, будто срочно высматривала нечто полезное среди дамских сапожков. Плечи же её предательски подпрыгивали, да сдавленное фырканье выдавало хихиканье.
Вид капитана сделался суров. Юнги притихли.
— Агилар! Давно не виделись!
Знакомый штурман салютовал и сейчас же перебежал к ним с противоположной стороны улицы. На кислую ухмылку капитана мореход сообразил, что застал сцену обычных разборок с младшим командным составом и заржал:
— Эй, капитан, твои салаги проштрафились что ли?
— Угу.
— Совсем от рук отбились. А ты рапорта сразу подай на всех троих, и не жалей! Так их!
— Угу.
Он похлопал Витала по плечу и перед уходом подмигнул сконфуженным юнгам:
— Впредь хитрее надо быть, эх вы!..
Тем временем капитан ткнул пальцем в Дафну и прорычал:
— Значит так, Мормышка. Уверен, что идея твоя. Будешь драить гальюн до самого Да-Гуа. Спать будешь в ближайшей к нему каюте. Самое место для мелких пакостников. Как поняла? Лукас, а тебе за соучастие я придумаю наказание потом.
Вся троица зароптала и запротестовала наперебой.
— Ну капитааан… — начала, надув губы Дафна, — А то вы как будто и не знаете, все ж так делают! И никому никогда ничего не было, вот честно! Вон к девицам пассажиров отродясь водют… и ничего!.. Застращали совсем эти ваши… как их… Да не тревожьтесь вы так! Не, а кто им поверит-то⁉ Не, капитан, а сами посудите — а какой толк миледи неделями сидеть взаперти?.. Ну правда, капитан…
Виталу показалось, на переносице от постоянного потирания давным-давно образовалась мозоль.
Он развернулся всем телом к де Круа и демонстративно уставился в ожидании её оправданий. — Прошу вас, не ругайте… Понимаете, все ушли, капитан… — виконтесса имела абсолютно жалкий вид или явно преуспела в имитации испуга и замешательства, — Что мне оставалось? Но уверяю, мы вышли всего на несколько минут! И более того, уже шли обратно… Когда сказали, что никто ничего не узнает, я тотчас же подумала, что это ужасно безответственная идея! Ах, сама не понимаю, как решилась на эту авантюру… Я немедленно вернусь. Хотите, хоть прямо сейчас? Только покажите дорогу назад, если вас не затруднит… а то все эти ваши дворики, мостики и ходы… я запуталась…
 
Неслыханно! Подумать только, какая авантюристка! А еще леди! Консул! Уверяла, что выполнит все условия… А сейчас краснеет, заламывает руки и оправдывается как последняя… В голове пульсировала ядреная смесь из злого торжества, любопытства и какого-то абсолютно неуместного… умиления.
— То есть я правильно понял? Ваш кузен и Брут тоже где-то слоняются? Да что с вами со всеми⁈..
Де Круа замялась. Лукас тотчас просиял:
— Капитан, насчет остальных пассажиров вам не следует беспокоиться! Проблем они точно не доставят. Они отдыхают у Мадам Розы. Вы ж знаете, как у неё заботятся о гостях… Уже уплочено же!
— Лукас, Дафна… С глаз моих!..
Юнги кивнули, плутовато переглянулись и скоренько смешались с толпой.
Капитан мрачно смотрел им вслед.
Полный провал…
Леди консул сопроводила юнг тревожным взглядом и украдкой покосилась на него из-под потертой шляпы.
— Что же теперь делать… Я правда… Уверяю вас, я и не предполагала, что так получится…
Витал смерил взглядом горе-дипломатку и погрузился в размышления. Словно специально в глаза бросилась выбитая надпись одной из ажурных арок над кованной дверью соседнего здания: «Тайна — щит безопасности». Да, все верно. Он поступит так, как требует долг. Он сейчас же вернет не в меру любопытную, коварную обманщицу с этим ее стыдливым румянцем и бездонными голубыми глазами туда, где ей надлежит быть.
Но неожиданно для себя самого он зловеще процедил:
— Теперь придется постараться, чтобы загладить вину, миледи. Отныне будете при мне как юнга-адъютант. Вместо праздного разгуливания по городу с ошарашенным видом, придётся соответствовать заявленному в «рисунках» на вашей коже… Полагаю, справитесь не хуже Дафны или Лукаса. Прошу за мной!
Капитан вручил виконтессе сумку с бумагами и пройдя несколько шагов, вопросительно обернулся.
Де Круа так и стояла, по всей видимости, оскорбленная приказом.
— Миледи, велите дожидаться или уже пойдём?
Она отбросила колебания и повиновалась…
На ходу Витал вполголоса продолжил:
— Меня беспокоит, что вы бродите по городу с разинутым от удивления ртом в сопровождении не самых прозорливых членов моего экипажа. Я подумал и решил, что нет места надёжнее, чем у всех на виду. Под моим контролем шансы попасть в неприятности снижаются.
— Это шутка? Вы же не оставляете мне выбора: или оказаться у вас на побегушках, или…
— … вернуться под замок. Совершенно верно.
Витал остановился и вопросительно поднял брови на де Круа, которая встала как вкопанная.
— Что ж. Если это необходимо, чтобы заслужить ваше прощение…
Она огляделась, вздохнула, перехватила сумку поудобнее и засеменила следом.
* * *
Де Круа приходилось почти бежать, чтобы поспевать за быстрым шагом капитана.
Разумеется, жгучий стыд пожирал её.
Восторг по первости от хулиганской выходки и в кои-то веки беззаботная прогулка сменились паникой. Нарушить обещание, данное капитану, и поддаться на горячие уверения младшего командного состава… а точно ли она соответствует высокому дипломатическому чину?
О чем ты думала, Селин⁈
Укор капитана о соответствии «рисункам» вдруг оглушил пониманием: носить мореходские татуировки, пусть даже поддельные, права она не имела. А стало быть, стала если не организатором, то соучастником подлога.