Из Ро́ссии с любовью (СИ)
Какие страсти! Дяденька, я выросла в двадцать первом веке. У нас в кино такие спецэффекты демонстрируют, что вам и не снилось. Поэтому остановилась и обвиняюще, как мужик с безумными глазами на патриотическом плакате прошлого века, ткнула в призрака пальцем:
— Вы так детей испугаете! Думаете, граф-заика, страдающий энурезом, лучше, чем граф, боящийся крови?
Эймери сдулся. Во всех смыслах. Стал нормальной величины и перестал давить на меня своей потусторонней силой.
¬— Давайте ваше письмо, — выдохнул он устало. — Так и быть, доставлю вашему жениху.
— Письмо напишу в течение дня. Ближе к вечеру заберёте на каминной полке.
— Мария, я рад, что именно вы рядом с детьми, — услышала я, когда уже заворачивала за угол птичника. — С вами они не пропадут.
Говорю же — маразматик!
В доме тоже шёл бой местного значения. Проснулась Инес, поняла, что не в замке, выслушала от Гильома версию происходящего и устроила истерику.
— Это ты во всем виноват! — показывала она пальцем на брата, так же, как минуту назад я тыкала в Эймери. — Ты! Вот пусть тебя и наказывают, а я здесь и минуты не останусь! Выпустите меня отсюда!!!
— Может, сначала умоешься, приведёшь себя в порядок и поможешь сестре? — спокойно спросила я, проходя к очагу и рассматривая кухонную утварь и сам камин. — Так… как же тут сковороду установить-то? Вот на этот крючок можно повесить над пламенем котелок с водой, а сковороду как? Не в котелке же омлет готовить…
Инес, видя, что я не собираюсь её успокаивать, подбежала и дёрнула меня за руку, отвлекая от раздумий о хлебе насущном:
— Вы что, не слышали, что я сказала? Я хочу немедленно отсюда уйти!
— Слышала, — я спокойно повернулась к девочке. — Хочешь уйти? Ступай себе с богом. Только там, за дверью, деревня. В ней живут люди. Ваши люди, к слову сказать. Для них владельцы графства должны быть примером во всём: в воспитании, в поведении, во внешнем виде. Хочешь уйти? Лохматая, расхристанная, со спущенным чулком? Да тебя куры в нашем дворе засмеют, а не только крестьяне. А сейчас отойди и не мешай мне готовить завтрак.
— Я есть не буду! — топнула ножкой виконтесса.
— Хорошо. Спасибо, что предупредила. На тебя готовить не стану.
Я с трудом сдерживала раздражение. Безумно хотелось наорать на капризную девчонку, шлёпнуть, поставить в угол или отправить с глаз долой в ту дальнюю комнату, где ещё не была сама. Но понимая, что ничего хорошего из этого не выйдет — Гильом и Авелин станут на защиту сестры, — и мы все рассоримся, я старательно отвлекалась на розжиг очага.
— Мадемуазель Мария, может воды принести? Я там колодец видел, — предложил мальчик, которому надоело слушать скандал.
— Было бы неплохо. — согласилась я. — Вот это ведро возьми. Только сполосни его, прежде чем воду наливать будешь.
— Можно я с братом пойду? — подскочила с лавки Авелин, уставшая сидеть без дела.
— А кто мне помогать готовить будет? — «удивилась» я. — Ты уйдёшь, и всё дело встанет.
Малышка бегала по дому без башмачков, в одних чулочках.
— Инес, — обратилась я виконтессе, отвернувшейся ото всех. — Послушай меня, пожалуйста. Нам всем очень трудно. Мы растеряны, и нам не нравится происходящее. Но если мы будем кричать, требовать и ничего не делать, то станет ещё хуже. Помоги мне. Видишь, я занята завтраком? Найди обувь Авелин. Она должна быть где-то там, — я махнула в сторону второй комнаты. — Заодно, может быть, и гребень увидишь. Пока здесь такая неразбериха, что у меня голова кругом идёт.
— Да-да, Инес, найди мне башмачки, пожалуйста! — подбежала к сестре малышка. — У меня ножки замёрзли.
Девочки ушли искать обувь младшей виконтессы, у меня разгорелся огонь в камине, а мокрый Гильом притащил полведра воды.
Жизнь-то налаживается!
Глава 17. Распределение обязанностей и знакомство с соседом
«Порой наши соседи знают о нас больше, чем наши родственники или коллеги по работе». Люся Лютикова.
Почему же нам этими знаниями не воспользоваться?
Подумав о том, что жизнь налаживается, я сильно погорячилась. Кое-как приготовив лёгкий завтрак, пригласила детей за стол. И опять надутые губы. Отчего так скудно? Почему нет булочек и мёда? Не хочу омлет, дайте творог.
На сей раз капризничали все. Даже Гильом, поковырял ложкой в тарелке и отодвинул еду подальше. Посмотрев на недовольные мордашки своих подопечных, решила, что подобные выкрутасы необходимо пресекать на корню.
— Я правильно поняла, что завтрак вам не понравился? — доев свою порцию, спросила я. Два синхронных кивка головой от старших и немного погодя от младшей — она как все. — Хорошо, тогда с вас обед. Готовьте на свой вкус.
Сделав это неожиданное заявление, я собрала со стола всю посуду, свалила в одну миску недоеденный омлет и пошла к двери.
— Какой обед? — удивлённо вскинула брови Инес.
— Желательно съедобный. Хорошо было бы вкусный, — ответила я, обернувшись перед самой дверью.
— А завтрак? — подал голос мальчик, успевший хорошо проголодаться за утро.
— От завтрака вы отказались, — я приподняла миску с остывающим омлетом, — и я его отдам курицам. Думаю, они капризничать не станут.
— Подождите, Мария, — Гильом выскочил из-за стола и забрал у меня посуду. — Не надо курам. Я сам съем.
— А я? — хныкнула Авелин. — Я тоже кушать хочу.
Виконт не чинясь подвинул к ней миску, и они вдвоём с аппетитом принялись за еду. Через несколько минут, видя, что омлет скоро закончится, к ним присоединилась Инес.
Завершался завтрак кружкой козьего молока. Сытно и полезно.
— Наелись? — спросила я, когда всё было съедено и выпито. — У меня к вам серьёзный разговор. Мы попали в неприятную и непривычную ситуацию. Наша задача выжить. Постараться придётся всем…
— И мне? — удивилась Авелин.
— И тебе, малышка, тоже, — привлекла к себе девочку и чмокнула в макушку. — Вы когда-нибудь плавали в лодке?
Дети дружно кивнули.
— Отец, когда готовил корабль к отплытию, однажды брал нас с собой в Тулон. От берега до судна мы добирались в шлюпке, — объяснил мальчик.
— Очень хорошо, что у вас есть такой опыт. Думаю, когда вы садились в небольшое судёнышко, вам объяснили, что нужно сидеть спокойно, не пересаживаться с места на место, не раскачивать лодку. Иначе можно перевернуться или упасть в воду и погибнуть. — Я вопросительно посмотрела на слушателей, в ответ мне снова кивнули. — Так вот, мои дорогие, мы с вами сейчас как в той самой лодке посреди моря. Выбор у нас небольшой. Мы можем стать дружной командой и добраться до благодатной суши, а можем каждый грести в свою сторону и…
— Утонуть? — задумчиво спросила Инес.
— До берега благополучно однозначно не доберёмся, — подтвердила я догадку девочки.
В комнате стало так тихо, что было слышно, как где-то вдали блеет коза. Наша?
— И что нам делать? — задала следующий вопрос Инес.
— Я знаю! — подскочил с места Гильом. — Надо избрать капитана и беспрекословно его слушаться.
Девочки посмотрели на брата. Старшая пожала плечами, а младшая кивнула и предложила:
— Давайте выберем на эту роль мадемуазель Марию.
— Почему это? — вздёрнула носик её сестра.
— Потому что она старше нас, опытнее и знает больше, — привёл логичные аргументы мальчик. — Да и по договору с замком обязана нас опекать.
Три пары глаз уставились на меня. Малышка смотрела с любовью и верой, Инес с недоверием, Гильом с готовностью помочь.
— Что ж, я принимаю ваш выбор. У нас много дел. Сегодня нам необходимо сделать уборку, разобрать вещи и распределить обязанности.
— Можно я курочек буду кормить? — с энтузиазмом попросила Авелин, но вдруг что-то вспомнив, вздёрнула брови домиком и призналась: — Только я петуха боюсь…
— Можно, малышка. С петухом мы с тобой разберёмся, не расстраивайся. А ещё ты будешь собирать яйца в корзинку и наблюдать за маленькими цыплятками, которые скоро появятся у наших кур.