Сюрприз Купидона

— Можете подумать над моими словами. — Роберт всем своим видом давал понять, что аудиенция закончена. — А теперь безбоязненно отправляйтесь домой, но к себе, не к Джудит. Машина вас ждет.
Эрбан встал с кресла и направился к двери, где уже ждали Луиз и Джудит. Подойдя к ним, он неловко обнял Луиз и положил дрожащую руку на плечо Джудит. Может быть, впервые в жизни он осознал, какую беду навлек на обеих женщин.
— Не думай, Джуди, — он понизил голос, — мы ценим, что ты всегда для нас делала и что делаешь сейчас.
Увидев приближающегося в сопровождении адвоката Роберта, Эрбан легонько вздрогнул, и его рука упала с плеча Джудит, будто Роберт ударил по ней.
Валриш придержал дверь, пропустил Эрбана и Луиз и вышел вслед за ними. Луиз плакала, а Эрбан шагал, виновато опустив голову.
— Не забудьте забрать детей, — бросила им вслед Джудит, затем повернулась к Роберту и сказала голосом, холодным как лед: — Я могу понять, почему ты не хочешь взваливать на себя такой груз. Но вот другого не понимаю: ты всю жизнь собираешься прятать меня от моей семьи?
— А почему бы и нет? Эрбан Грей прирожденный ловчила, а твоя сестра прирожденная жертва.
— Думаешь, я не знаю этого? — процедила Джудит сквозь зубы. — Причем, заметь, они — второе поколение. Мой отец мошенничал, мать до сих пор живет в выдуманном ею мире. Как ты думаешь, что ждет близнецов? Я ужасно боюсь, что Лойал вырастит продувной бестией, а Рейчел неудачницей, которая всю жизнь будет «ловить шанс». — Ярость душила Джудит, сжимала горло. Повернуться бы и уйти в гордом молчании, но она не могла остановиться. — И кстати, такого условия мы не оговаривали.
— Согласен. Это был импульс, мгновенное решение. Такое иногда со мной случается. Когда я увидел Грея и твою сестру, льнущую к тебе, как пиявка, мне пришло в голову это забавное дополнение.
— Забавное? — взвилась Джудит.
— И поучительное. Показывающее, как они относятся к тебе после того, что ты годами для них делала. Теперь ты знаешь им цену.
— Это шантаж.
— Верно. И шантажисты — они. А ты всего-навсего простофиля. Я, можно сказать, прояснил ваши отношения.
— Луиз этого не вынесет.
Джудит знала: если все будет так, как задумал Роберт, Луиз предстоит мучительный выбор: муж, которого она любит, или сестра, в чьей поддержке она нуждается.
— Спорим? — насмешливо протянул Роберт.
И Джудит захотелось разбить что-нибудь ценное. Ну хотя бы вот этот старинный глобус. Бросить на пол и топтать, топтать… Но ее остановила мысль: Роберт тут же схватит ее, а сейчас ей даже думать невыносимо, что он может до нее дотронуться.
— Мне нужно освежиться, — холодно проговорила Джудит. — Я поднимусь наверх.
Она была уже в дверях, когда Роберт сказал:
— С нами будет ужинать Ллойд. Он останется у нас на ночь.
— О, я просто мечтаю об этом, — сыронизировала Джудит. — Наверное, он здорово удивился, узнав, в какой семейке ты меня откопал. Кто бы ни была та дама, которая почему-то не стала твоей женой, Ллойд наверняка считает, что ты здорово промахнулся.
Ее глаза по-прежнему туманила ярость, но все же Джудит заметила, как изменилось лицо Роберта, и поспешила выйти из комнаты. Она зашла слишком далеко и даже не испытывала радости оттого, что сравняла счет. Оказавшись в спальне, куда, к своему удивлению, она без труда нашла дорогу, Джудит поначалу не обнаружила никаких признаков своих вещей, но потом увидела их аккуратно разложенными и развешанными в шкафу. Ее ужасал предстоящий ужин в компании с Робертом, который, должно быть, так же злится на нее, как она на него, и адвокатом, свидетелем ее унижения. О чем завяжется разговор? О еде? О погоде? Возможно, Валриш поинтересуется, откуда она родом и чем зарабатывала на жизнь. А может, и не спросит, он же видел, как Роберт выставил из дома ее родственников, а просто будет с любопытством поглядывать на новоиспеченную миссис Хилл.
Ни разу в жизни Джудит не чувствовала себя такой одинокой. Мать и сестра, несмотря на все их недостатки, любили ее, как и она их. Но Роберт никогда этого не поймет. Более того, он хочет разрушить их отношения, потому что в его сердце нет места для любви и сочувствия. И, случись с ней что-нибудь, жалости от него не дождешься. Поэтому, если она хочет выжить, надо быть сильной.
 
Джудит приняла душ, вытянулась на кровати, закрыла глаза и попыталась расслабиться. Вскоре она услышала, как в спальню вошел Роберт, но не пошевелилась. Он двигался, как всегда, бесшумно и быстро, к тому же пушистый персидский ковер заглушал шаги. И все-таки, даже с закрытыми глазами, Джудит ясно видела Роберта.
Вот он раздевается в ванной, вот вода каскадом сбегает по его голове, плечам и спине, а затем по плоскому животу и длинным сильным ногам. Джудит знала его тело так же хорошо, как свое собственное. Однако знание это ограничивалось только тем, что доступно глазу, — о творящемся в душе она не представляла, туда ее взгляд не проникал. Тем не менее каждое движение Роберта волновало ее женское естество. Даже на расстоянии Джудит ощущала властный зов его тела.
— Ты спустишься в столовую или тебе прислать что-нибудь сюда? — спросил Роберт, не повышая голоса, как будто был уверен, что она не спит.
Джудит открыла глаза и, не поворачивая головы в его сторону, пробормотала:
— Что подумает твой карманный адвокат, если я не спущусь к ужину? Что мне неприятно его видеть? Что я трепещу перед ним?
— Ну, трепетать — это не твой стиль.
И не твой тоже, подумала Джудит.
— Не воображай, что Ллойд шокирован. Он имел дело с куда большими негодяями, чем Эрбан Грей.
— Но они не были его зятьями…
— Брат Ллойда получил пять лет за миллионную аферу.
— И Ллойд был… — Голос Джудит пресекся.
— …В это замешан? Нет, и я тоже, если ты хотела спросить об этом. Но он сочувствует всем, у кого в семье водится паршивая овца. А Эрбан даже не паршивая овца, а сбившийся с пути агнец.
В глазах Джудит этот факт придал адвокату некоторую человечность, и предстоящее общение с мистером Валришем показалось ей менее тяжкой повинностью. Когда Джудит поднялась, Роберт взял со столика плоский черный футляр и протянул ей со словами:
— Выбери одно из них.
Джудит открыла коробочку и невольно вскрикнула:
— Ах!.. А они настоящие?
Роберт даже не потрудился ответить.
На черном бархате, сверкая сине-желто-красно-зеленым огнем, лежали три кольца, все три с крупным бриллиантом в центре — овальным, квадратным и круглым, — окруженным более мелкими камешками. Хорошо понимая, что это не столько подарок, сколько подтверждение ее статуса жены, Джудит тем не менее уставилась на кольца в безмолвном восхищении.
— Если они тебе не понравятся, завтра можешь подобрать себе что-нибудь другое, — сказал Роберт.
— Можно, я возьму это? — Джудит указала на кольцо с овальным бриллиантом.
— Выбирай, какое хочешь.
Это кольцо — не то что обручальное — Джудит надела на палец сама. Она вспомнила, как Роберт сказал когда-то: «У вас есть возможность выбора». Но, подари он ей тогда такое кольцо, выбора бы у нее не было.
Джудит не сразу привыкла к приятной тяжести и сверкающему блеску бриллианта. Многокаратный камень жадно ловил и отражал свет настенных бра и расставленных по углам ламп, когда она сидела за столом с Робертом и Ллойдом.
За тяжелыми гардинами бушевал ветер и разносились по городу сплетни о ее браке, а здесь, в столовой, царствовали тишина и покой. Время от времени слышались приглушенные телефонные звонки, но они не нарушали уютной атмосферы комнаты.
Погруженная в свои мысли, Джудит поначалу не особенно прислушивалась к разговору мужчин. Тем более что речь шла о вещах малоинтересных: о лошадях в конюшне нового тренера, о каком-то несчастном случае в Гималаях, о повышении биржевых котировок… Но затем мужчины заговорили об археологических раскопках, с которых только что вернулся Ллойд Валриш. Джудит насторожилась и с любопытством взглянула на адвоката.