Сюрприз Купидона

Мы играем в какую-то сумасшедшую игру, подумала Джудит и бросилась в атаку:
— А как насчет вас? Вы когда-нибудь влюблялись без памяти?
— Без памяти — никогда. Мы ведь только что пришли к заключению: любовь скорее зло, чем добро.
Тем не менее Джудит не понимала, почему этот богатый, невероятной привлекательности мужчина выбрал именно ее.
— Наверное, я не просто пьяна, я пьяна вдрызг, потому что, на мой взгляд, ваши доводы лишены всякого смысла. Да, я стараюсь честно выполнять то, что считаю своим долгом. Я вам нравлюсь — пусть. Я никогда не перепутаю секс с любовью — и это верно. А все-таки недостаточно, чтобы жениться на мне.
Хилл взял Джудит за руку. Его прикосновение пронзило ее, будто электрическим током, разбудив в ней бурю противоречивых ощущений — вожделение, тревогу, страх… Ничего похожего на то слабое влечение, которое она время от времени испытывала к другим мужчинам.
— Вполне достаточно, — возразил Хилл. Джудит была сейчас не в том состоянии, чтобы спорить, и только спросила:
— Вы дадите мне время подумать?
— У вас-то время есть, чего не скажешь о муже вашей сестры.
Предложение Роберта Хилла, если он говорит всерьез, могло бы стать для всех спасением. Но сейчас нужно проститься с ним и хорошенько подумать, потому что все это кажется какой-то нелепой шуткой. Не более того.
— Извините, но я хотела бы поехать домой, — сказала Джудит.
— Я вас отвезу, — предложил Хилл, не делая попытки ее удержать.
— Спасибо.
У дома Джудит Хилл, открыв дверцу машины, помог спутнице выйти. Джудит еще раз поблагодарила его.
— Подойдите к окну и дайте знать, что все в порядке, — попросил он. — Завтра, около полудня, я к вам заеду. Вы должны дать мне ответ.
Поднимаясь по лестнице, Джудит твердо решила ни матери, ни Луиз ничего не говорить. Они едва ли ей поверят — она и сама-то этому не верит, — но будут охать и ахать и часами обсуждать одно и то же. Прежде самой нужно разобраться в ситуации.
Луиз лежала на диване в гостиной, дверь в спальню была приоткрыта.
— А где мама? — спросила Джудит.
— Я сказала, что она может вернуться к себе, она и уехала. Правда, Джуди, мне так спокойнее. А что у тебя? Он предложил тебе работу?
— Ну… О! Чуть не забыла.
Джудит вышла в спальню и посмотрела на улицу. Роберт Хилл по-прежнему стоял около машины. Она открыла окно, помахала и улыбнулась, давая понять, что у нее все в порядке. В ответ он поднял руку, дескать, сигнал принят.
Джудит глубоко тронуло его внимание. Всю жизнь ее подстерегали проблемы, и всегда ей приходилось решать их в одиночку. И только сейчас, случись что, она не осталась бы без поддержки. Джудит вернулась в гостиную.
— И что это за работа? — снова спросила Луиз.
И Джудит начала фантазировать:
— В библиотеке, составлять каталог. В «Розен-хаусе» сотни книг.
Во время экскурсии по дому Джудит и в самом деле видела большую библиотеку. Она еще подумала: какое прекрасное место, вот бы где посидеть с книгой.
— А зарплата?
— О, очень хорошая!
Что бы ни случилось потом, сейчас нужно поддержать Луиз. Вид у нее по-прежнему был подавленный. Правда, пузырек со снотворным лежал у Джудит в сумочке, и это немного успокаивало.
Джудит долго ворочалась с боку на бок, не в силах уснуть. Она решила даже воспользоваться таблетками Луиз — какой у нее будет вид, если она не выспится? — но для этого нужно встать с кровати, пойти на кухню за стаканом воды… Одна эта мысль вызывала отвращение. И Джудит лежала, уставясь широко открытыми глазами в потолок, и гадала, что принесет ей завтрашний день.
«Я прошу вас выйти за меня замуж…» Действительно ли Роберт Хилл сказал это, или я все нафантазировала? Может быть, и это игра разгулявшегося воображения? Или я слишком много выпила, и в голове все перепуталось? Его предложение для меня крупный выигрыш: скачок от бедности к богатству.
Впрочем, Джудит немного лукавила: настоящей бедности она никогда не знала, хотя нередко оказывалась с ней рядом. Порой долги громоздились перед ней, будто Монблан. Вот как сейчас, например. И уже не осталось ничего ценного, что можно было бы продать.
 
А моя честь? — с сарказмом спросила сама себя Джудит. Чем не товар? Роберт Хилл покупает себе жену — в дополнение к тому, что уже приобрел для «Розен-хауса». Особняк, набитый дорогостоящими игрушками, из которых самая ценная — супруга хозяина.
Сквозь беспокойный сон пробился жалобный голос Луиз:
— Пожалуйста, прошу вас, потише…
Все ясно: близнецы буйствуют, а у Луиз раскапывается голова. Джудит, босая, в ночной рубашке, потащилась в гостиную. Она успокоила племянников, усадила сестру за кухонный стол, дала ей тост, фруктовый сок и пару таблеток аспирина, затем приготовила себе теплую ванну, добавив туда благоухающей розовым маслом специальной жидкости, нашла на коротких волнах легкую музыку и погрузилась в белую пену.
Роберт Хилл нанесет визит около полудня, у нее есть еще часа три, чтобы подготовиться. Джудит раздирали сомнения. Глупо, конечно. Любая девушка на ее месте прыгала бы до небес. Ей тоже полагалось бы радоваться. Этот брак — единственная возможность спасти тех, кого она любит. И все же, все же… Роберт Хилл не ждет от нее любви, более того — он не хочет любви. Чего он в действительности хочет, она узнает, только став его женой. И хотя смелости ей было не занимать, Джудит честно признавалась себе, что в глубине ее души таился страх. Страх перед этим человеком.
Джудит решила лежать в ванне до тех пор, пока не почувствует, что полностью успокоилась. Потом она вымоет голову и выберет самую нарядную одежду. Какой бы пожар ни бушевал в сердце, она должна выглядеть красивой, холодной и собранной.
Пахучий туман стоял в ванной комнате, заволакивая большое зеркало. Интересно, какой лосьон употребляет Роберт Хилл? Этот аромат она узнала бы где угодно. Вот и сейчас Джудит вдруг почувствовала его здесь, в ванной комнате. Он странным образом пробился откуда-то сквозь пряный запах розового масла. Мистика, да и только. Должно быть, этот запах живет у нее в подсознании. Как и его хозяин.
Джудит включила горячую воду и снова раскинулась в ванне, чувствуя, как смятение растворяется в теплых пахучих струях.
Вдруг в ванную просунулась голова Луиз. На лице сестры застыло выражение панического испуга.
— Он… — прошептала Луиз.
— Кто? — приподнялась в ванне Джудит.
— Роберт Хилл.
— Пусть перезвонит.
— Да нет, он здесь…
О Боже! Джудит как ошпаренная выскочила из ванны, схватила самое большое полотенце и завернулась в него. Неужели Хилл сказал Луиз, что сделал мне предложение? Нужно поскорее развести их. И Джудит распорядилась:
— Пошли в спальню, поможешь мне одеться.
Затем она приоткрыла дверь ванной комнаты и выглянула. Хочешь не хочешь, а придется идти через гостиную. Крупная фигура «жениха», казалось, занимает всю комнату. И когда Джудит, закутанная в полотенце, проскользнула мимо, ей почудилось, что на мгновение она чуть ли не прижалась к Хиллу.
В спальне Джудит начала усиленно растираться полотенцем. Вскоре кожа порозовела, а волосы превратились в пылающий каскад. Да, выглядит она неплохо, но преимущество все равно на стороне Хилла. Он выхолен, безупречно одет, его костюм стоит целое состояние, не то что ее тряпки с распродаж. Какая несправедливость!
Джудит подумывала предложить Хиллу прийти попозже, чтобы иметь возможность привести себя в порядок. Однако у нее в ушах тут же прозвучал наиболее вероятный ответ: «Не торопитесь, я подожду». Раз уж этот человек что-то решил, он от своего не отступится.
— Что он тебе сказал? — спросила Джудит, натягивая белье на еще влажное тело.
— Говорит, ему нужно обсудить с тобой какое-то дело.
— О да, верно.
Джудит торопливо оделась, подвела глаза, слегка коснулась кисточкой щек и, морщась, расчесала спутанные пряди. После этого она вышла в гостиную и предстала перед Робертом Хиллом, невероятно элегантным в коричневых брюках, коричневом кожаном пиджаке и кашемировом цвета топленого молока свитере с высоким горлом.