Шери и Лари. Черный охотник

И, наконец, дракон. Каким образом представитель высшей расы затесался в компанию к молодому охотнику? Как такое чудо могло произойти? Неужели это и есть та молодая девчонка, которая вместе с Зайрой присоединилась к охотнику, направившемуся в Ренорил? Очередной неучтенный фактор, о котором опять-таки до сего момента не поступало сведений. Как такие важные события ускользнули от внимания всего ордена? Ответ прост – расслабились. Решили, что один черный охотник, к тому же неопытный, даже с поддержкой представителей Клана Хаоса опасности не представляет, и убрать его можно в любой момент. А это, в свою очередь, наталкивает на вывод, что концентрацию нельзя терять никогда. Он же архимаг, посчитал себя неуязвимым и дал слабину. И вот теперь вынужден наблюдать за самой настоящей казнью всего Верховного совета Великой Башни и прощаться со своими далеко идущими планами.
Последним под клинком наемницы пал Гориен. Не потому, конечно, что лучше всех сражался. Просто он единственный решил убегать, а не прорываться к выходу. Вследствие чего его голова лишь в самом конце лишилась важной поддержки в виде шеи. Все закончилось за какую-то пару минут.
Эриния повернулась к архимагу, и тот твердо ответил на ее взгляд. Трусом он не был и смерть предпочел встретить достойно. Но наемница не спешила нападать, лишь издевательски отсалютовала окровавленным оружием. А затем обтерла его об одежду последнего убитого и спокойно отошла к двери, не предпринимая больше никаких действий и заставив Рамина Гуедо изумленно вздернуть бровь. Вперед выступил Галирон.
– Теперь моя очередь! – произнес он, доставая сразу два меча. – Когда-то ты с помощью предательства и заговора едва не убил меня и вынудил бежать.
Сделав еще несколько шагов вперед, по направлению к старому врагу, маг продолжил:
– Но пользы принести за все эти годы ты так и не сумел. Более того, как последний глупец, не учтя уроков прошлого, подверг весь наш мир опасности. В своей неуемной жажде власти заново открыл дорогу гелдам. Маги прошлого не сумели с ними справиться, пришлось с помощью драконов создавать охотников. Ты же решил уничтожить и их – главных защитников Окатара. На что ты надеялся? Что сможешь контролировать иномирных захватчиков? Всемогущим себя возомнил? И как, получается?
Архимаг ничего не ответил. Да и нечего было отвечать. Он и сам прекрасно понял, что просчитался. Гелды захватывали один населенный пункт за другим, не считаясь с прежними договоренностями. Больше всего страдали территории, подконтрольные Мигее. Войска Герхана Третьего терпели поражение при каждом столкновении, не нанося сколько-нибудь серьезного урона врагу. В орден уже поступило множество запросов о помощи из нескольких стран, опасающихся за свою целостность на фоне происходящего у соседей. Неудивительно, что Эллиана Мигейская помогла Галирону, ведь ее государству, оказавшемуся в бедственном положении, никто не пришел на помощь.
– К нам приходили драконы, – наконец выдавил проигравший по всем фронтам глава ордена. – Высшие сказали: теперь такого, как тогда, не произойдет. И я поверил.
Галирон при этих словах слегка поморщился. Его догадки подтверждались.
– Драконы пообещали устранить гелдов после того, как они выполнят свою задачу? – предположил он.
– Почти, – кивнул архимаг. – Они сказали, что те не успеют нанести такого вреда, как в прошлом.
– Но своего непосредственного участия они не гарантировали? И ты, не получив гарантии в оказании помощи, решился на такое? Уже к этому моменту тысячи жизней ни в чем не повинных людей – на твоей совести!
Чуть помедлив, Галирон продолжил:
– Ты запятнал честь магов! Нам еще долго предстоит восстанавливать свою репутацию. В связи с вышеперечисленным я приговариваю тебя к смерти. От моей руки. С тебя я начну исправлять все ошибки, допущенные тобой и твоими прихвостнями! И пусть это звучит несколько пафосно, но таково мое решение. Однако я дам тебе шанс. Он будет таким же, какой был у меня, когда на Землю пришла Эриния. У меня не имелось магии. Имелся лишь меч, которым я сражался против заведомо более сильного противника. У тебя будет так же.
 
С этими словами Галирон кинул противнику один из своих мечей, который тот поймал на лету.
– Сумеешь использовать свой шанс – будешь жить.
Не тратя больше слов, Галирон напал. Не очертя голову ринулся в атаку – для начала сделал несколько осторожных выпадов. Когда-то давно его противник неплохо владел холодным оружием, чему поражалось все магическое сообщество, не утруждавшее себя физическими упражнениями и полагавшееся исключительно на подвластные магам потоки силы. Каков его уровень владения мечом теперь, было неизвестно. Первые же секунды показали: нынешний глава магического совета, который вскоре предстояло набирать заново, в последние годы основательно забросил свои тренировки. Видимо, превосходство в силе убедило Рамина Гуедо в своей неуязвимости. Галирон же когда-то был охотником, да и на Земле основательно тренировался, догадываясь, что рано или поздно его найдут.
Архимаг отразил несколько атак и даже попытался ударить сам, но неосторожно открылся и получил глубокий порез левого бока. Галирон криво усмехнулся и отступил, не предпринимая больше попыток нападать. Всем своим видом он продемонстрировал, что передает инициативу противнику. Тот не заставил себя долго ждать и нанес рубящий удар справа, но сталь встретилась со сталью, так и не достав до живой плоти. Попытка нападения слева также не принесла результата. Колющий удар не был более эффективным, что немало раздосадовало Гуедо. Он понимал, что уступает противнику в мастерстве, но сдаваться не собирался. Также магистр понимал – таким способом ему мстят, и это бесило еще сильнее. Попытки достать врага раз за разом с треском проваливались.
Так продолжалось еще некоторое время: выпады Гуедо и уверенные отражения их Галироном. А затем последний к чему-то прислушался и внезапно произнес:
– Хватит. Пора заканчивать.
Взгляд его из насмешливого превратился в холодный и расчетливый. Игры кончились. При следующем выпаде архимага он уже не защищался. Двинулся навстречу, в последний момент чуть повернулся, позволив лезвию скользнуть вдоль груди, и нанес свой удар, пронзив врага насквозь.
– Вот так умер и я, – глядя в расширенные от боли глаза поверженного, сообщил Галирон. – Только при всплеске магической энергии я сумел вернуться в свое тело. Сейчас, через несколько мгновений, закончится действие моих артефактов, а значит, как я и обещал, ты окажешься в тех же условиях. Только сумеешь ли вернуться?
После этого маг повернулся и направился к Эринии в полной уверенности – враг не повторит его подвига. Но, сделав несколько шагов, услышал хриплый полушепот за спиной:
– Я не повторю этого фокуса, но зато и вас утащу с собой за грань!
Галирон резко развернулся, почувствовав неладное, и увидел, как Рамин Гуедо слабеющими руками сжимает амулет, который сумел вытащить из-за пазухи. И понял внезапно, что в своей самоуверенности допустил большую ошибку. Он ведь не с простым магистром сражался, а с архимагом! А у того резерв энергии куда больше, что может и при смертельной ране помочь немного продлить жизнь, сохранив возможность к магическому воздействию. Теперь он, не успевая вмешаться и предотвратить катастрофу, наблюдал, как последние крохи энергии умирающего перетекают в амулет, активируя его.
…Активируя магическую бомбу, способную разнести в пыль пару городских кварталов!..
  
Глава 16
 
– Лари, ну прекрати! Ничего ведь особенного не произошло! – уговаривала Айликонэ, еле сдерживая довольную улыбку.
– Ты считаешь, что высунуться из окна в одном белье и предстать перед толпой мужиков – это ничего особенного? – возмущенно воскликнул Даниил.
Он понимал, что ревновал, но ничего с собой поделать не мог. Его отношение к драконице менялось день ото дня, усиливая чувство собственности. Видимо, это было следствием того, что он полностью перестал запрещать себе чувства, которые с некоторых пор стали просыпаться. В итоге дело дошло до откровенного приступа ревности после очередной выходки Шери. Она его провоцировала – это он тоже понимал и до сего момента держал себя в руках. Но на сей раз внутри что-то перемкнуло, и он буквально набросился на нее с претензиями.