Потанцуй со мной

— Я придумала, еще когда мы съезжали с моста, — засмеялась Джейн.
— Четыре порции жареных кальмаров, четыре порции жареных мальков и четыре кока-колы, — продиктовал Дилан студенту в окошке.
— Откуда ты знаешь, что нам хочется? — удивилась Мона.
— Потому, что это единственная стоящая еда в «Капитане Поле», — объяснил Дилан, расплачиваясь.
Они взяли еду на улицу, уселись на низкую стену около выхода и начали с удовольствием уплетать кальмаров. Дилан постоянно ощущал тепло тела Джейн. Ее обнаженная рука иногда касалась его руки, ее бедро прижималось к его ноге. Хлоэ отдала дяде своих кальмаров.
— И хотя я вообще-то вегетарианка, — отметила Джейн, — но я все же не могу сопротивляться моллюскам «Пола»…
— Я и не знала! — Глаза Хлоэ загорелись от восторга. — Мы обе любим животных! Хорошо еще, что кальмары беспозвоночные, они не чувствуют боли…
— Именно об этом я подумала, — ответила Джейн.
— Надо было мне сказать, — Дилан взглянул на нее, — мы могли бы пойти куда-нибудь, где подают салаты.
— «Капитан Пол» — это отлично. — Джейн толкнула его плечом. — Я здесь первый раз за много лет…
Дилан откусил кусочек кальмара, тот пах морем и был приготовлен действительно отменно, но сегодня мужчина едва ли мог это заметить. Сегодня все его внимание сосредоточивалось на Джейн.
Перекусив, вся компания направилась в сторону пристани.
Магазины еще работали, и девочки сразу же устремились в ювелирный.
— Лето в Ньюпорте, — пробормотала Джейн, вдыхая соленый воздух.
— Наше первое лето, — откликнулся Дилан.
Она усмехнулась:
— Ты такой милый.
— Крольчата милые — обиделся он, — а я бывший полицейский. Думаешь, капитан Пол оценил бы, если б его назвали «милым»?
— Я обедаю в этом кафе с незапамятных времен, но до сих пор не знаю, кто он вообще такой.
— Он был моряком, героем, — принялся рассказывать Дилан. — Он служил во Вьетнаме и был известен своей любовью к рыбалке. Он всегда говорил своим товарищам, что откроет в Ньюпорте кафе, после того как оставит службу в армии.
— Что с ним случилось?
— Он спас целую команду, их корабль потерпел крушение в Южно-Китайском море, и людей уже окружали акулы. Экипаж буквально отбивался веслами от хищниц, когда подоспел на помощь капитан Пол.
— Откуда ты все это знаешь?
— Он — легенда Ньюпорта, — объяснил Дилан. — Его корабль был назван в честь Уильяма Кроуфорда, начальника полиции двадцатых годов. Поэтому я чувствовал себя в некоторой степени связанным с капитаном. Он приходил к нам ужинать…
Дилан не договорил.
Джейн ждала продолжения.
— В дом моей жены, — после некоторой заминки продолжил Дилан. — Ее отец служил в армии во время Второй мировой войны. Хотя больше всего он любил яхты, это не мешало ему постоянно твердить, что он скучает по тому времени, когда Ньюпорт был военным городком.
— Интересный парень, — заметила Джейн.
— Для «барона-разбойника» — да, — согласился Дилан, не желая добавлять, что еще он вырастил испорченную, чванливую дочь. — Изабелл любила бабушку и дедушку, но она никогда не вписывалась в их жизнь. Застать ее мать в кафе, уплетающую жареных кальмаров, — это нечто невообразимое. Изабелл всегда походила на меня. Пока вся семья обедала в Бэйли-Бич, мы с ней тихонько ускользали в «Капитана Пола».
— Такие девочки мне нравятся, — улыбнулась Джейн.
— Ты бы ей тоже понравилась. — Лицо Дилана осталось серьезным.
— Да уж, любая девочка, обожающая жареных кальмаров, наверняка бы полюбила мои яблочные пироги, — сказала Джейн.
— Не поэтому, — возразил Дилан, обнимая ее. Они стояли посреди толпы туристов, любующихся на яхты, но ему было все равно. Он не курил с того времени, как покинул сад, но, как ни странно, ему и не хотелось. Он не желал портить сегодняшнюю ночь ничем. Все его чувства и эмоции были связаны с Джейн. Она была нужна ему, и он никогда ее не отпустит.
— Дядя Дилан! — раздался голос Хлоэ, пробивавшейся к ним через толпу.
— Да, дядя Дилан, — подхватила Мона, — нам нужен аванс!
— Наша зарплата, — объяснила Хлоэ, подходя к своему дяде, который как раз собирался поцеловать Джейн. Мужчина постарался не выдать своего разочарования.
 
— Зачем? — спросил он. — Я же платил вам только в прошлую пятницу.
— Знаю, — Хлоэ улыбнулась еще шире, — мы и не просим денег, просто выплати нам пораньше за следующую неделю. Мы только что нашли совершенно очаровательные вещицы, которые нам просто необходимо купить.
— Они напоминают нам о Джейн, — сказала Мона.
Джейн улыбнулась и покраснела.
— Обо мне?
— Да, о тебе. — Хлоэ наклонилась и подергала медальон Джейн, как колокольчик. — Мы нашли маленькие серебряные медальоны, совсем как твой, и мы должны купить их.
— Потому что мы твои фанаты, — пояснила Мона. — Ты печешь пироги, и благодаря этому у нас есть работа.
— Без тебя мы были бы безработными, — поддержала подругу Хлоэ.
— Эй, а как насчет медовых лепешек и кленового сахара, который я даю вам для продажи? — спросил Дилан. — Как насчет яблок, растущих на моих деревьях в эту самую минуту?
Обе девочки засмеялись.
— Не обманывай сам себя, дядя Дилан, — сказала Хлоэ. — Пироги Джейн — вот та причина, по которой люди приезжают к нам. Господи, она известна по всему штату! Поэтому нам надо купить такие же медальоны, как у нее, чтобы увековечить ее в наших сердцах.
— Мы вставим туда фотографии… — начала Мона и вдруг рассмеялась.
— Фотографии Джейн, — продолжила Хлоэ.
— Нет! Ее пирогов, — исправила Мона, и они захохотали.
— А что в твоем, Джейн? — спросила Хлоэ. — Я хочу посмотреть.
Джейн продолжала улыбаться, но казалась какой-то слишком спокойной. Она не присоединилась к веселью девочек, как делала это обычно. Она потянулась и зажала свой медальон в кулак, как будто защищая его. Молодая женщина слегка побледнела, выражение ее лица изменилось. У Дилана защемило сердце: возможно, там фотография мужчины. Кого-то, кого она любит в Нью-Йорке.
— Маленькая девочка, с которой я была знакома много лет назад, — ответила Джейн.
— Дай посмотреть, — попросила Мона.
— О, фотография такая крошечная, — Джейн продолжала сжимать медальон, — и она не очень крепко держится, я боюсь, ее может унести ветром.
— Да, это было бы обидно, — согласилась Хлоэ. — Тогда как-нибудь потом?
— Потом, — сказала Джейн, глядя Хлоэ прямо в глаза. Дилан ценил то, каким образом она общается с его племянницей. Родители девочки казались довольными тем, как проходит лето их дочери. Шерон позвонила ему недавно и сказала, что хочет встретиться с Джейн, что она благодарна им обоим, ведь сначала они с мужем были против работы Хлоэ в палатке, но теперь так рады. По крайней мере Хлоэ больше не выкидывает никаких номеров, как в мясной лавке, и не сбегает из дома в Семейный суд.
Кроме того, Джейн заинтересовала Шерон и по другой причине. Ведь она оказалась первой женщиной, привлекшей внимание Дилана после трагической гибели его семьи. Шурин слишком долго оставался замкнутым в своем горе. Шерон искреннее любила родственника и, возможно, чувствовала, что у них с Амандой не все ладилось.
— Вот дерьмо! — сказала Мона, глядя куда-то в толпу. — Простите мой язык.
— О, черт возьми! — Хлоэ прижалась к Джейн.
— Это он? — спросила Джейн, ее взгляд вдруг стал ледяным и острым.
— Ага. — Голос Хлоэ прерывался, и Дилану показалось, что он заметил в ее глазах слезы.
— Кто? — поинтересовался мужчина. Посмотрев туда же, куда и все, он увидел молодого парня, у палатки с хот-догами. У него были длинные светлые волосы. Подросток наверняка хотел, чтобы люди думали, что его волосы выгорели на солнце, но Дилан видел достаточно придурков и знал, что это «солнце» родом из флакончика с краской. Мальчишка был одет в шорты и футболку. На его руке красовалась татуировка с дельфином. Дилан сразу провел параллель: дельфин — вывеска Хлоэ.
— Что мне ему сказать? — спросила Хлоэ у Джейн.