К тебе (ЛП)
— Простите, Трекслер. Я, должно быть, ослышался. Мне показалось, или вы не составили официальный отчёт о подозрительной активности возле сверхсекретного правительственного объекта? — спросил сенатор Беннет. — И вы ещё занимаете пост главы охраны! — рявкнул он.
— Генерал всё ясно дал понять, — ответил я.
— Питер, почему ты так дёргаешься из-за этого? В чём дело? — спросила Наоми.
— Если об этом станет известно, СМИ накинутся на нас.
— Из-за пары дохлых зверушек? — спросила Наоми.
— В Колорадо Спрингс десятилетиями существует подспудный страх секты, действующей в окрестностях этой горы. Слыхали о девочке, найденной мёртвой не далее, как в трёх милях отсюда пятнадцать лет назад? О ней до сих пор снимают репортажи для шестичасовых новостей! И как мне, мать вашу, объяснить зону, закрытую для полётов новостных вертолётов? Это грёбанный кошмар для пиара. — Беннет затянул галстук, а затем снова его ослабил. — Нам хватает проблем с пожарами. И так каждый день приходится отгонять вертушки репортёров.
— В этой горе расквартирован НОРАД[21], сэр, — заметил я. — Это воздушное пространство, запрещённое для полётов. Со всем уважением, вам ни хрена не нужно объяснять.
Беннет разгладил галстук и направился к выходу. Оглянувшись, он указал на меня Сандерсу, стоящему по стойке смирно возле двери:
— А он мне нравится. Проследите, чтобы он не лез в неприятности.
— Я передам генералу, сэр.
Мы все вздохнули с облегчением, когда последний из людей Беннета удалился.
— Иисусе, во даёт, — сказал Харбингер. — Не может же он на самом деле так париться из-за ерундовой теории заговора.
— Он молод и пост в комитете данного объекта он получил благодаря своему отцу, — пояснила Наоми. — Он не хочет быть в центр внимания. Не сейчас.
Все уставились на неё.
— Это просто догадка, — Наоми подняла руки.
— Разумеется, — подколол её Мартинез.
Наоми схватила свою вилку и воткнула её в столешницу в считанных сантиметрах от руки Мартинеза. Он ошалело уставился на вилку.
— Всё тебе неймётся? — фыркнул Слоан.
— Мы обсуждали личную жизнь Трекслера, а не мою, — огрызнулась она, и я нахмурился. — Ой, да ладно. Ты что, утратил своё чувство юмора, переехав сюда? — поддразнила Наоми, пихнув мою руку.
— Можно подумать, оно у него было, — встрял Мартинез.
— Когда ты нас с ней познакомишь? — поинтересовался Слоан.
— Никогда, — ответил я.
Команда начала возмущаться, но Китч быстро всех успокоил.
— Я не сказал ей, что я морпех. Ей нельзя это знать. Пока нельзя.
Наоми нахмурилась.
— Я скажу ей. Мне просто нужно, чтобы сначала она узнала меня получше, чтобы поняла, что я совсем не такой, как он.
— Как кто?
— Её бывший, Шон. Настоящий говнюк. Он мучил ей. Она пару раз говорила, что не станет встречаться с военным, и я не… — Наоми пнула меня. — Ай! Чёрт!
— Трекс, — взорвалась Наоми. — Продолжишь скрывать от неё всякую хрень и она не примет тот факт, что ты не можешь раскрыть ей детали своей работы. А стоит ей самой догадаться, она станет угрозой национальной безопасности.
Мартинез кивнул Харбингеру:
— Что ты говоришь своей жене?
— Что исполняю новые приказы. Она не спрашивает. Я больше не пропускаю футбольные матчи и дни рождения… а это всё, что её интересует.
— Вот видишь? — спросил Слоан Харбингера.
— Слишком рано, Слоан. Я не стану всё портить, чтобы представить её дикарям, вроде вас.
— Дикарям? А вот сейчас обидно было, — возмутился Китч, с трудом сохраняя серьёзное выражение лица.
В помещение вошла группа учёных, включая докторов Филпот и Дюпонт. Группа торопливо направилась к стойке с лапшой. Насколько нам было известно, все они провели последние пару месяцев в Глубинном Эхо. Они выглядели бледными и уставшими, но воодушевлёнными возможностью выбраться.
Доктор Филпот потирал ручки, перечисляя повару ингредиенты, попутно болтая с другим мужчиной в белом лабораторном халате, который был вдвое больше его. Филпоту пришлось сделать пару шагов назад, чтобы не задирать голову слишком сильно. Один за другим учёные подхватили свои подносы и уселись за столом позади меня.
Наоми разглядывала их, продолжая жевать.
— Что? — наконец не выдержала она.
Я повернулся и увидел, как доктор Дюпонт улыбнулась ей.
— Разве не любопытно, — начала доктор Дюпонт, — что в данной столовой тридцать столов, а доктор Коэн — первый из нас, кто взял поднос и сел — выбрал стол рядом с вашим? Люди имманентно испытывают страх одиночества. Мы жаждем быть частью группы, не важно, сознаём мы это или нет.
— И наш чудесный запах тут не при чём, — пошутил Слоан. Команда рассмеялась, но вялая, жутковатая улыбка доктора Дюпонт осталась неизменной.
— Вы кажетесь малость уставшей, доктор Дюпонт. Мы не видели вас неделями. Где вы были? — спросил Харбингер.
— В Глубинном Эхо, — отозвался Филпот, жадно лопая свою лапшу из миски.
— Вы там ночевали? — спросила Наоми.
— Иногда, когда работы много, — ответила доктор Дюпонт.
— Не то, чтобы это было добровольно, — недовольно хмыкнул высокий доктор.
— Трекс, позвольте представить вам доктора Эндрю Коэна. Он наш биофизик.
— Биофизик? — переспросил Мартинез. — На хрена вам биофизик? Это что, тоже засекречено?
— Да, — ответила Дюпонт.
— Там что, проводятся какие-то безумные эксперименты над людьми? Пришельцы? — не унимался Мартинез.
— Всё засекречено, — парировала Дюпонт.
— Брехня, — вмешался Слоан, чем привлёк внимание доктора Филпота.
— Радуйтесь, что вам это неизвестно, — заметил Филпот. — В этом горном комплексе неведение — воистину благо.
— Что ж, у вас хоть какая-то информация есть, чтобы принять осмысленное решение, хотите вы работать с этим, или нет, — проворчал Харбингер.
— Нет, вы ошибаетесь, — возразил доктор Коэн. — Осведомлённость здесь означает утрату выбора.
— Вот жуть, — заметил Мартинез.
— Ладно, — сказал я, вставая. — Перерыв окончен, возвращаемся в наш штаб.
Моя команда вышла следом за мной, направившись по коридору к нашей раздевалке. Я уселся на центральную скамью, набирая сообщение Дарби, которое она никогда не получит, так как у неё не было мобильного телефона.
— Это так… странно, — заметила Наоми.
— Вот и не лезь, — огрызнулся я.
— А чего ты просто не купишь ей телефон? — спросил Слоан. — Девчонкам ведь это нравится, верно?
— Я предлагал. Ей нравится обходиться без телефона. Шон выходил из себя, если она не снимала трубку с первого гудка или не отвечала на сообщения незамедлительно. Я не виню её, но теперь… мне нужно придумать, как сделать так, чтобы у неё был телефон. Я подыскиваю дом. Будет просто установить камеры видеонаблюдения и сигнализацию. Тревожные кнопки. Дом расположен на расстоянии полутора миль от полицейского участка. Если мне удастся уговорить её переехать, она будет в безопасности круглые сутки.
— Не знаю, как насчёт дома, но если бы она знала, что телефон нужен только для того, чтобы ты посылал ей любовные послания, она бы согласилась, — подначила меня Наоми.
В моей рации послышались помехи, затем раздался голос Сандерса.
— Трекс, немедленно подойдите в центр управления со своей командой.
— Вас понял, — ответил я, жестом показывая команде выдвигаться.
Сандерс стоял у входа, когда мы прибыли. Он провёл нас через комнату к камерам наружного наблюдения.
— Пожар на расстоянии десяти миль от комплекса.
— И что? Ирригационная система и пожарная команда комплекса справятся с этим. Можем завести внутрь весь персонал и оборудование, — сказал я. — Самое время начинать.
— Направление ветра не в нашу пользу и… — он указал на участок в нескольких милях от внешних границ. — Небольшая группа лесных пожарных приближается к нашему внешнему периметру. Им дали указание спасти комплекс. Но если направление ветра изменится… дело дрянь.
— Сегодня в этом районе работает горная противопожарная бригада. Вам, случайно, не о них говорили? — уточнил я.