Волчий Рубин (СИ)

Третье. На траве лежал лук и колчан со стрелами. Не спортивный, пластиковый, а самый настоящий, какому самое место в экспозиции музея.
Пока Арман протирал глаза, прикидывая, видит ли он на самом деле то, что видит, или это ему мерещится в коматозном состоянии, крепыш отпустил юношу и они уселись на траву, намереваясь, кажется, тихо-мирно продолжить общение без рукоприкладства.
— Представь, возвращаешься ты сейчас к инквизиторам. Охранники, которые меня стерегли, скажут, что это ты увёл пленного на допрос к кардиналу. А потом — какое совпадение! — еретик исчез, а вместе с ним и сын начальника Святой Палаты. На следующий день — ну надо же! — являешься целым и невредимым, с невинными глазами заявляешь, что ни сном ни духом про побег не знаешь. Смешно же!
Чезаре прикрыл глаза и словно бы задремал.
— Эй, ты меня слушаешь вообще? — возмутился Влад.
— Не ори, — между бровями мальчишки пролегла усталая морщинка. — По-моему, я что-то слышал. Там, — он указал пальцем за спину собеседнику, на плотную стену кустов, — кто-то есть.
Влад резко обернулся, но сквозь листву ничего невозможно было разглядеть.
— Уверен?
— Мне ещё раньше послышались шаги, но думал, показалось. Но там точно человек… По крайней мере на зверя по звуку не похож. — Чезаре стрельнул глазами в сторону лука.
  
Глава 4.6
 
«Да, недолго они ушами хлопали. Правда, удивительно, что заметил моё присутствие мальчишка. Крепыш-славянин производит впечатление более опытного вояки». Перед Арманом встал вопрос — продолжать делать вид, что его здесь нету, надеясь, что не пойдут проверять, или легализоваться и попробовать договориться миром. Оба варианта имели большие минусы. Скрываться смысла не имело, потому что юноша абсолютно точно указал направление на него, и любое движение в сторону теперь-то наверняка заметят. А если выйти самому, то существует немалый риск нарваться на стрелу, нож или в лучшем случае удар в морду. Был и третий вариант действий — сидеть на месте и ждать, пока разыщут, но это Лерою совсем не нравилось.
Вздохнув, он решил: «Всё равно нужно выяснять, где я, и прочее». Нарочито громко произнёс по-итальянски:
— Я не собираюсь нападать! — и, разведя ветки руками, шагнул на поляну.
В мышцах словно свернулись скрытые пружины, готовые резко бросить тело в сторону, убирая с линии выстрела или удара. Но атаки не последовало. Оба мужчины едва ли не с раскрытыми ртами уставились на пришельца.
«Сон в руку», — первая мысль, которая проскользнула в голове Влада. Из-за кустов вышел Арман Лерой собственной персоной, главный отрицательный герой привидевшейся ночью истории. Явление вызвало шквал эмоций, в котором превалировали удивление и ненависть к врагу, но, как ни странно, где-то в глубине души угнездилась радость от встречи с человеком из своего мира. Комольцев молча взирал на вылезшего из кустов наёмника, пытаясь удержать себя от желания сразу же наброситься и пару раз врезать по лицу высокомерному наёмнику. «Даже сейчас, даже здесь, продираясь сквозь колючие заросли, умудряется выглядеть хозяином положения!» Неизвестно почему, но именно данный факт раздражал Влада больше всего.
— Что ты здесь делаешь?! — парень очень пожалел, что его оружие осталось у инквизиторов.
— Я тут заплутал немного, — голос Армана звучал дружелюбно и даже немного заискивающе, но безобидное впечатление портил расчетливый взгляд карих глаз, словно заранее обнаруживающий слабые места у тех, кто стоял перед ним.
Чезаре, воспользовавшись моментом замешательства, подхватил лук, закинул колчан на плечо и, не успели остальные двое мужчин и глазом моргнуть, как мальчишка уже целился в них. Правда, держать «на мушке» сразу обоих было затруднительно, и лучник переводил острие стрелы с одного на другого, медленно пятясь на более выгодную позицию.
Влад мученически закатил глаза и пробормотал:
— Опять двадцать пять! Ненавижу фанатиков!
Арман примирительно поднял руки открытыми ладонями вперёд и обаятельно улыбнулся. «Хм, а я-то думал, что второй опасней, а он даже не вооружён. Мальчишка гораздо шустрее. Чёрт! И не обойдёшь его никак. Что ж тут у них происходит? С двоими я сто процентов не справлюсь, а вот поодиночке можно было бы попробовать… Как непонятно всё…»
 
На поляне разыгралась патовая ситуация. Трое участников стояли в вершинах воображаемого равнобедренного треугольника, достаточно далеко друг от друга, так что достать до соседа никто не мог. Выигрышная позиция — только у Чезаре, да и то не факт, что он успеет выпустить две стрелы по разным направлениям с такой скоростью, чтобы справиться с обоими противниками.
— И долго мы так будем столбами стоять? — наконец не выдержал Арман. Он присмотрелся повнимательнее к новым знакомым и заметил, что руки у белокурого юноши изрядно подрагивают. — Мальчик, ты уж стрелял бы, что ли. Ты из нас единственный в активной позиции. — Он усмехнулся, увидев блеснувшую в серо-зелёных глазах ярость. «Злится, это хорошо. Значит, ошибётся». Блестящий наконечник, слишком яркий, чтобы быть стальным, уставился в грудь французу.
— Ты бы лучше не нарывался, Лерой. Он ведь выстрелит, — заметил Влад.
Вот к этому Арман готов не был.
— Откуда ты знаешь моё имя? — левая бровь скакнула вверх.
— Так вы знакомы? — это уже Чезаре. — Ещё один еретик из другого мира?
— Опусти лук, мать твою! Не нервируй меня! — что-что, а рявкать Влад умел. Уверенности, что приказной тон подействует сейчас, не было, но попробовать стоило.
— Не ори на меня! — повышение голоса вышло мальчишке боком, головная боль резанула с новой силой. Оружие он действительно опустил, правда, не совсем, чтобы быть готовым в случае опасности быстро выстрелить, но и то прогресс. — Короче, не в состоянии я разбираться, что тут происходит и кто он. — Лёгкий кивок в сторону Армана. — Убивать тебя, Влад, я не хочу. Ухожу к своим. Считай, что тебе повезло. Всё.
Чезаре, держа лук наготове, отошёл спиной вперёд к краю поляны, потом наконец отвернулся и исчез в подлеске. Оставшиеся один на один, Влад и Арман переглянулись удивлённо. Француз пожал плечами: дескать, моё дело — сторона, я человек неосведомлённый.
— Так откуда тебе известно, как меня зовут? — повторился он, ощупывая глазами соперника и окружающую поляну — вдруг где-нибудь всё-таки скрывается что-то убийственное.
Влад мысленно материл себя за несдержанность языка. И одновременно пытался придумать, как быть дальше. С одной стороны, наёмник был врагом, и ненависть к нему подступала к самому горлу, хотелось броситься и бить, уничтожить раз и навсегда командира, чей отряд отправил на тот свет стольких хороших парней. Но с другой, француз сейчас ничего не помнил, это можно было использовать и обзавестись таким образом сильным союзником (что ни говори, а Арман был профессионалом в своём деле). Да и в конце концов Лерой в данной ситуации оказывался едва ли не самым близким человеком во всём враждебном ином мире.
— Давай присядем, а то действительно, как два столба, — Влад постарался вложить в интонацию как можно больше дружелюбия, но получилось, судя по лицу Армана, не очень хорошо.
Француз прищурился, сплюнул в траву и опустился на бревно. Влад присел на другой поваленный ствол, так, чтоб быть не слишком близко к собеседнику. Замшелые дубы лежали крест-накрест, перечёркивая свободное пространство прогалины.
— Прежде чем ответить на твой вопрос, позволь задать встречный, — Влад решил сначала разъяснить для себя некоторые подробности. — Как ты очутился в этом лесу?
— Отвечать вопросом на вопрос — не очень-то вежливо, — протянул Лерой. — Хоть бы представился ради приличия. А то ты знаешь моё имя, а я твоё нет. Общаться неудобно. Кстати, у тебя огоньку не будет? — он достал из кармана пачку сигарет.
«Вот оно, счастье! — первая мысль, родившаяся у Влада. Но тут же пришло осознание, что „огоньку“ у него нету. — Дьявол, огниво моё там же, где и все остальные шмотки!» Парень всё же абсолютно автоматически похлопал по карманам, но они, к сожалению, были пусты. Уже открыл рот, чтобы посетовать на отсутствие источника огня, но наткнулся взглядом на кремень и кресало, валяющиеся рядом с остывшим кострищем. Видимо, Чезаре не убрал ночью, а на утро оказалось не до тщательных сборов в дорогу.