Волчий Рубин (СИ)
— Лионелла, — Влад осторожно тронул её за плечо. — По-моему это бесполезно. Он не проснётся.
Почему-то парень был уверен в своих словах, хоть и не мог понять, как человек может столь беспробудно спать. Магичка заслонила лицо ладонями, пытаясь сдержать истерику, и вдруг решительно кивнула каким-то своим мыслям. Аккуратно вытащила кинжал из ножен, лежащих на прикроватном столике, шагнула к возвышению, опустилась на колени. И резанула вену на левой руке. Густая бордовая кровь плеснулась на камень, оставив красивые кляксы, похожие на вишнёвый сок, уютно легла в желобок. Медленно потекла. С губ Лионеллы слетали непонятные слова (даже амулет оказался бессильным), звучащие певуче-загадочно. Лицо приобрело пугающее отстранённое выражение.
«Алтарь! — пронзила мозг Влада догадка. — Конечно, а желобок и предназначен для стока жертвенной крови». Вот только на этот раз жертвой сделалась девушка, которая уже стала для него дорога. Первым порывом было оттащить её оттуда, остановить кровь, привести в чувство. У Комольцева за спиной раздался негромкий стон.
— Конрад! — Лионелла подбежала к кровати, где ворочался маг. Тот приподнялся на локте, не открывая глаз. Девушка протянула руку, с которой обильно стекала кровь, потормошила Конрада за плечо.
Пробуждающийся перехватил её кисть, резко сжал, так что Лионелла не смогла сдержать крик. Казалось, хрупкая кость запястья сейчас с лёгким щелчком сломается. Влад кинулся на выручку и попытался разжать пальцы Конрада, ставшие словно стальными прутьями. Маг уже раскрыл глаза, но колыхавшаяся в них тьма не обладала разумом. Второго «противника» он встретил прямым в челюсть, и Влад улёгся на пол считать искры, сверкнувшие перед взглядом.
— Конрад, проснись, — голос Лионеллы звучал умиротворяющее, кто знает, каких усилий ей это стоило. — Это же я, Конрад.
Клубящийся сумрак постепенно покидал зрачки мага, сдавая позиции усталости. Пальцы медленно разжались, освобождая руку девушки.
— Что такое? — хрипло спросил он. — Зачем ты это сделала?
— Инквизиторы идут. Нужно готовиться к обороне.
Конрад наконец поймал в фокус всю комнату, увидел Влада, всё ещё приходящего в себя. Вопросительно поднял бровь:
— Ты вернулся раньше. — Однако в интонации было больше утверждения.
Парень, потирая челюсть, встал.
— Что-то в последние дни мне слишком часто в лицо бьют… Нехороший обычай.
— Он же не понимал, что это ты, — вступилась за мага Лионелла. — Расскажи лучше, что ты узнал.
— Сначала надо тебе руку перевязать. Если уж всё-таки он проснулся, то потерпит десять минут. Пошли.
Влад скинул засов с двери и, приобняв Лионеллу за плечи, увлёк за собой.
Только когда порез на запястье магички был аккуратно перебинтован, а повязка закреплена пластырем из экипировки Влада, разведчик начал рассказывать. Он подробно изложил всё случившееся с ним в негостеприимном городе Риме, увиденные приготовления к полномасштабным военным действиям и услышанное в разговоре коменданта Кардаччи с монсеньором Лоренцо. В пальцах дымилась долгожданная сигарета. Из бутылки, нашедшейся в шкафу Конрада, по кружкам разлилось багровое вино.
— Значит, завтра они будут здесь, — подвёл итог Конрад, пригубив напиток. — Тогда к чему было меня так срочно поднимать? Вся ночь впереди!
И Лионелла, и тем более Влад опешили от такой реакции.
— Нужно призвать волков, Конрад, — тихо сказала девушка. — За ночь ты можешь не успеть.
Конрад фыркнул, чуть не подавившись напитком:
— У меня гораздо больше шансов собрать стаю ночью, чем сейчас, когда я два слова вслух с трудом связываю — не то что мысленно!
— Слушай, я спешил, как проклятый, бил стражников, бегал по крышам, блуждал по лесу! А теперь оказывается, что всё это было ни к чему?! — Влад аж задохнулся от возмущения.
Пальцы мага задумчиво бегали по краешку кружки.
— Нет, это хорошо, что ты смог добраться до меня раньше. Спасибо. Ты всё сделал правильно. Но сейчас я ничего не соображаю, к сожалению, а колдовать и подавно не могу. Пойду спать. — Бросил взгляд на Лионеллу. — Не волнуйся, мы успеем.
Он пошатывающейся походкой отправился обратно к своему ложу. Громыхнул засов. Видно, Конрад закрыл его по привычке. В комнате повисло молчание: Влад угрюмо отхлёбывал вино, как воду, не ощущая вкуса, а Лионелла просто сидела рядом с ним.
— Не обижайся на него… — сказала она почти умоляюще. — Ему очень трудно, если приходиться не спать.
— Да я тоже за прошедшие сутки глаз почти не сомкнул! — взорвался Влад. — Однако не причитаю по этому поводу! Что вообще за странность: ты — ночью, он — днём, как спящие красавица с красавцем.
У Лионеллы дрогнули губы, как будто она пыталась сдержать слёзы. Длинные ресницы моргнули раз-другой, и крупная капля всё-таки стекла на щёку. Девушка отвернулась и вскочила со скамьи, направляясь к двери во двор.
«Дурак!» — обругал себя Влад, догоняя магичку.
— Постой. Прости, я не хотел на тебя кричать.
Лионелла доверчиво прижалась к нему и дала волю слезам, а Влад нежно поглаживал её по спине и шептал что-то ласковое и доброе. Она была почти одного роста с парнем, поэтому когда немного отстранилась, успокоившись, то их лица очутились близко-близко. Комольцев не разобрал, кто из них первым качнулся навстречу, поцелуй начался словно сам собой, без постороннего участия. А потом всё закружилось вокруг — зелень листвы и солнечные блики, сочная трава и птичий щебет, жаркие губы и требовательные руки, и жёсткость лавки в доме, и упоение друг другом.
На узкой скамье было неимоверно тесно, у Влада затекла рука, на которой задремала белокурая магичка, но он мужественно терпел, рассматривая узор древесных жилок на досках потолка и одновременно обдумывая сложившуюся ситуацию. «Итак, что мы имеем? Попробуем рассуждать логически, как бы это ни было трудно. Теперь уже однозначно ясно, что судьба (в лице Земного трибунала) забросила нас в какой-то иной мир. Может, другая планета, или прошлое, или, чем чёрт не шутит, соседнее измерение. Не суть важно. Главное, что я здесь, дороги обратно не видно, да и возвращаться, если по-честному, не тянет. Дома, скорее всего с распростёртыми объятиями не примут, раз один раз с таким пафосом изгнали. Та-а-ак. Далее. Существует здесь и магия, и сверхъестественные существа. То есть для здешних мест они совсем даже естественные… Не успел я туточки проявиться, как умудрился влезть в давнюю вражду инквизиторов и оборотней. И сразу как-то само собой оказалось, что принял сторону „волков“. Ну, это ладно. В конце концов, Конрад мне здорово помог тогда, ночью. И Лионелла… — он втянул запах её волос. — Хорошая девушка… Доверчивая такая, красивая… Милая…» Логика закончилась и начались сантименты. Да и усталость навалилась тяжёлым мешком, припечатала свинцовыми шариками веки и потащила в глубокий омут снов.
Глава 2.2
Инквизитор склонился над листом бумаги, занимавшем почти всю площадь столешницы. Он иногда что-то помечал, с досадой хмурил брови. Виски его серебрились проседью, хотя священнику вряд ли исполнилось пятьдесят. В дверь требовательно постучали и, не дождавшись разрешения, через порог шагнул отец Лоренцо. Левый глаз санктификатора был окружён чёрно-фиолетовым синяком, а на дне зрачков скопился осадок усталости. Да и всё лицо посерело, отразив напряжение прошедших суток. Он коротко поклонился:
— Приветствую, монсеньор Гаэтано.
— Проходи, Лоренцо, присаживайся, — глава Святой Инквизиции лишь на секунду оторвался от карты. — Рассказывай, что там у тебя случилось.
— Тот подозрительный арестант, про которого я вам сообщал вечером, совершил побег.
Гаэтано медленно поднял взгляд. Глаза инквизиторов встретились, похожие, как близнецы-братья. Чернее мрака подземелий, где дожидаются приговора еретики.
— Как сбежал?
— Вместе с ещё одной задержанной. Убили двух стражников, ещё двое пострадали. Ушли по крышам в трущобы, а там ищи ветра в поле!