В интересах государства. Аудиториум, часть 2 (СИ)
А вот такое развитие событий мне нравилось.
– Согласен.
Хруцкая распахнула дверь и вышла первой. Когда я очутился в коридоре, девушка закрыла дверь, затем достала из кармана кусочек какого-то странного материала, похожего на пластилин, присела на корточки и, судя по всему, прилепила его.
– Это зачем?
– Небольшая предосторожность. После сегодняшнего разумно проявить осмотрительность. Так я буду знать, заходил ли кто-нибудь в мою лабораторию.
– А если Плещеевым что-то понадобится?
Хруцкая фыркнула.
– Им? В моем кабинете? Точно ничего. Реактивы выдает Ванька под опись. А Евгений Родионович очень щепетильно относится к чужому рабочему пространству.
Я пожал плечами. Предосторожность казалась мне бесполезной. Впрочем, Ядька была артефактором, а это означало, что могла зачаровать и пластилин. Превратить его в сигнализацию, например. Кто знает, что могло прийти в ее голову?
– Идем.
Девушка повела меня вперед по коридору. Треть стен была убрана старым кафелем со следами старой мозаики, а верх стен выкрасили бледной краской. Создавалось ощущение, что мы шли по больничному коридору, да только стальные стеллажи, уставленные старыми коробками и какими-то затейливыми приборами давали понять, что место это было особенным.
Дойдя до конца коридора, Ядвига остановилась перед треугольным окошком.
– Налево – коридор с рабочими кабинетами и общий зал для лекций, – пояснила она. – Но нам сейчас туда не нужно.
– А что направо?
Девушка хитро подмигнула.
– Лестница на первый и нулевой этажи. Запасная лестница, которой почти никто не пользуется…
Это хорошо. Это мне нравилось.
Но что-то отвлекло Ядвигу, и девушка, пройдя было мимо окна, вернулась к нему и, встав на цыпочки, выглянула вниз.
– Хм… Странно.
– Что там? – спросил я.
– Медики приехали. Гляди, – она отодвинулась, давая мне место, и ткнула пальцем в стекло. – Видишь?
– Ага.
У низкого одноэтажного флигеля действительно был припаркован белый фургон с красным крестом и пропуском на лобовом стекле. Но на карету скорой помощи он совсем не походил. Закрытый, с окнами только на переднем ряду сидений и гербом Аудиториума на кузове, он больше походил на автомобиль для перевозки грузов.
– Часто они к вам заезжают?
– Впервые их здесь вижу, – озадаченно ответила Хруцкая. – Очень странно… Обычно если к нам и приезжают медики, то на скорой. Если у кого бабахнет, лекари лечат ожоги.
Мы переглянулись, а затем я заметил движение возле фургона. Человек в белом комбинезоне и скрытом маской лицом возился у задних дверей фургона, загружая в него небольшие металлические ящички.
Силу внутри меня вскинуло, словно она хотела о чем-то меня предупредить. Опасность? Но какая опасность могла исходить от фургона? Я внимательно всмотрелся в ящички и увидел, что крышка каждого из них была помечена каким-то символом. Незнакомым.
– Ядь, что за знак на ящиках?
– Биологическая опасность…
Я не заметил, как, но мы оба синхронно перешли на шепот.
– Хрень какая-то, – отозвался я, не сводя глаз с ящиков. – У вас бывают биологические отходы? Я думал, вы работаете с неорганикой и Благодатью…
– Бывают, но редко. Материалы для артефактов разные. Некоторые и с растениями работают. Может это просто вывоз отходов?
– Тогда зачем так много одинаковых маленьких ящиков?
– Не знаю, Миш…
Чуйка подсказывала, что на это следовало взглянуть поближе.
– Откуда они их выносят?
– Видимо, с нулевого этажа. Там холодильные установки.
Не сговариваясь, мы оба осторожно двинулись к лестнице.
«Я хочу посмотреть, но лучше не попадаться», - прозвучал в моей голове голос Хруцкой. – «Держись за мной и не вылезай вперед. Постараюсь провести нас тихим путем».
«Добро».
Стараясь ступать бесшумно, мы сперва спустились на первый этаж, затем Ядвига осторожно, стараясь не скрипеть подошвами, скользнула за угол.
«Сюда! Это кладовка!»
Я тенью метнулся за девушкой и спрятался в полумраке кладовки, вжавшись в кучу старых халатов. И как раз вовремя – с нулевого этажа как раз поднялся еще один человек с металлическим ящиком в руках. Мы с Ядвигой вжались в провонявшие чем-то жгучим и явно ядовитым тряпки, когда человек в комбинезоне проходил мимо нас.
Фух… Вроде не заметил.
«Ящиков немало. Что могло храниться в таком количестве у вас внизу?» – спросил я ментально.
«Понятия не имею. Я редко туда спускалась – моих реактивов там нет. Мне не нужен холод для работы».
А денек-то переставал быть томным.
«Спустимся?»
«Лучше не стоит. Там только один выход и почти негде спрятаться».
«Понял».
Мужик в комбинезоне вернулся вниз, и мы с Ядькой снова озадаченно переглянулись.
«Что будем делать?» – спросила девушка.
«Подождем, посмотрим. Может они что-нибудь сболтнут».
Снизу, со стороны лестницы, снова послышался шум – шорох пластикового комбинезона и шарканье обутых в бахилы ботинок по ступеням. С нулевого этажа и правда тянуло холодом – причем гораздо сильнее, чем с улицы из распахнутой двери. И холод был какой-то… Неестественный. Вполне вероятно, что он поддерживался зачарованными артефактами. С Лабораториума сталось бы.
Человек в комбинезоне почти поднялся, когда белая бахила зацепилась за торчавший из стены выступ, порвалась, и сотрудник споткнулся. Металлический ящик вылетел у него из рук, подлетел на добрый метр и с диким грохотом упал на кафельный пол. Я услышал звук металла и звон разбившегося стекла.
Ядька едва не вскрикнула от неожиданности, но я успел зажать ей рот.
– Проклятье! – выругался мужик в комбинезоне.
Раздвинув висевшие халаты, я осторожно высунулся и взглянул на происходящее. И едва не выругался сам.
От удара защелки ящика распахнулись, и все содержимое вывалилось на пол. Белый кафель был залит чем-то темно-красным – лужа расплывалась и норовила забраться к нам в кладовку.
«Тихо. Не шевелись», - велел я артефакторше.
«Что там?»
«Не знаю. Похоже на кровь».
«В ящиках кровь?»
«Кажется, да. В пробирках».
Сыпля проклятьями, человек в комбинезоне осторожно обошел лужу и направился к выходу.
– Вить, у нас проблемы, – громким шепотом позвал он.
– Чего там?
– Один из контейнеров разбился.
– Дерьмо! Говорил же, что у тебя руки из жопы! Номер контейнера?
– Пятнадцатый.
– Ладно. Сверимся со списками, второй забор сделают. Но тебя, паскуда такая, я прикрывать не буду. Лишишься премии – на себя пеняй. Сюда иди, нужно подготовить список тех, кто был в пятнадцатом…
Мы с Ядвигой вновь переглянулись. Человек в комбинезоне вышел на улицу, и мы высунулись из кладовки. Стараясь не испачкать обувь в крови, я подкрался к контейнеру.
Стекло – тонкое, мелкие осколки. Пробирки. Каждая – с этикеткой. Некоторые остались целыми.
Я потянулся к одной из них, но голос Ядвиги меня остановил:
«Куда голыми руками? Может быть заразно! Хотя бы „Берегиню“ повесь как перчатку»…
Она была права, это я ступил.
«Стой на стреме», - велел я. – «Гляну, что за надписи».
Впрочем, я уже догадывался.
Осторожно подняв защищенной рукой целую пробирку, я прочитал: «А.А. Меншиков 19.03.2004». Взял следующую – надколотую, но с целой биркой – «М.Е. Хилкова 30.12.2003».
А затем взгляд упал на расколотую пробирку: «И.А. фон Штофф 5.05.2004».
Значит, они перевозили кровь, которую взяли у всех нас, когда объявили эпидемию. Но ведь говорили, что образцы уже были проверены. И зачем тогда был нужен второй забор?
«Миш, быстрее! Идет!»
«Ядвига, на кой черт Аудиториуму сдалась кровь первокурсников?»
Девушка не ответила. Я лишь увидел, как она шарахнулась в сторону, увидев тень в дверном проеме.
Глава 22
Петли входной двери внезапно скрипнули. Звук резанул по ушам так, что я скривился и вздрогнул. Стеклянная пробирка выпала у меня из рук.