Балтийский форпост (СИ)

Ближе, ближе чужой корабль! Громко скрипят длинные вёсла в уключинах, журчит потревоженная вода, слышно даже как кто-то на борту командует гребцами! Вот уже и воинов в шлемах можно разглядеть. И носовой стреломёт вперёд по курсу смотрит, вот что хорошо! Ещё немного…
Зараза! Именно в этот момент купец решил захрапеть! Во всю мощь своих лёгких и на всё реку выдал длинную замысловатую руладу! Даны всколыхнулись, руками замахали, головами закрутили, стреломёт разворачивать в нашу сторону принялись!
— Огонь! — скомандовал. Ну и сам же первым свою же команду и выполнил!
Пушчонка у нас пусть калибра и невеликого, но картечь успела разлететься на таком расстоянии. Недаром я её в берестяной стакан засыпал. Грохот выстрела, да в белом безмолвии сильно по ушам ударил! Расчёт стреломёта просто исчез со своей площадки! От станка станина только и осталась!
Досталось и бушприту, и стрелкам на баке. Даже фок-мачта вздрогнула!
А может мне это просто показалось, в дыму померещилось.
— Заряжайте! — скомандовал помощникам, а сам уже перескочил ко второй пушке.
Довернул ствол на кормовой стреломёт, проверил прицел и сразу же выстрелил! В любом случае не промахнусь! Не по стреломёту, так по воинам точно попаду. Их там столько на ближнем к нам борту скопилось, что мне даже показалось, что корабль накренился на этот бок!
— Заряжайте! — повторился. И добавил, глядя прямо в ошалевшие глаза нового артиллериста. — Справишься?
Дружинник только кивнул в ответ. И подхватил банник с подставки. Значит, точно справится. Знает же, за что первым делом хвататься нужно. А мне пора первую пушку заряжать. Впрочем, там и без меня дело пошло! Похоже, успели уже перенять мою науку. Да там ничего сложного и нет. Пороховой заряд в мешочках, пыжи отдельно лежат. Картечь в берестяных стаканах…
Навести, если только? Нет, пускай сами пробуют! А я со стороны проконтролирую.
Даны опомнились быстро. Уже в нашу сторону полетели стрелы. И над головой громко стукнуло! Листья посыпались, ветка затрещала и обломилась, в снастях мачты запуталась. Так по канатам вниз и съехала. Хорошо ещё, что не на нас упала. Это ещё что такое?
— Со второго корабля стреломёт бьёт! — словно бы услышал мой вопрос Мокша. — Хорошо ещё, что нас не видит, не выцелить ему!
И тут же рявкнул на арбалетчиков:
— А вы чего замерли? Первый раз пушку в деле увидели⁈ Ну-ка, разобрали цели! Залп!
И уже мне:
— Сейчас им не до нас будет, с мыса их обстреливать начнут! Вот, я же говорил!
А я и сам услышал звуки разгорающегося боя в тумане. Нужно быстро добивать этих и идти на подмогу нашим…
  
Глава 19
 
С борта первого, головного, корабля почти что никто уже и не стреляет. И не высовывается, что главное. Не торчат над бортом маковки головёнок! Значит, что? Пора брать его на абордаж!
Только поспешать нужно, вёслами на нём перестали работать, а речение реки никуда не делось. И сейчас корабль начинает сносить вниз, на нём же якоря не бросали! Он только-только набирает скорость. А что будет, когда наберёт? Там же где-то в тумане есть ещё один точно такой же! И лодки, наверное. Лодок я пока ни одной на реке не видел. Если столкнутся, поломаться могут! А мне так не хочется, чтобы моё имущество портилось…
Ещё очень не хочется, чтобы в устье образовалось искусственное препятствие в виде «острова погибших кораблей»! Это сейчас у нас первый пробный выход в море. Дальний поход, можно сказать. Потом таких походов много будет. И такое нагромождение обломков нам самим здорово мешать будет в дальнейшем.
— Мокша, видишь корабль?
— А чего на него смотреть? Вот же он, рукой подать!
— Командуй своему отряду абордаж!
— Что командовать, боярин?
— Абордаж! Это… — замялся на мгновение. Как объяснить? — На приступ идите! На борт подниметесь и первым делом якорь за борт бросьте! Мы следом пойдём!
— Приступ? Это другое дело, это понятно. Так я пошёл?
— Иди! Да про якорь не забудь! А то унесёт вас в море!
— Не забудем, боярин! — кивнул головой Мокша и тут же озадачил двух дружинников в лодке. — Приказ боярина слышали! Чтобы якорь сразу же за борт выкинули! Да канат не забудьте закрепить! А то и впрямь унесёт нас в море.
 
А мы их прикроем, пока на борт карабкаться будут. А потом и поможем, если нужда в том появится.
— Ух, как гремит! — вылез из моей каютки купец. Волосы в разные стороны торчат, борода спуталась и набок сбилась, лицо красное и мятое, словно тряпка пожёваная. — Это что? Гроза? В тумане?
— Гроза, гроза, — усмехнулся. — Ты бы не высовывался оттуда! А то молоньей невзначай и пришибить может!
— А вы тут что? А с кем это вы? — огляделся и разом протрезвел тесть. Сообразил, что тут происходит.
— А вот с ними! — кивнул на корабль.
— А эти куда? — купец проводил уходящую лодку глазами.
— А эти корабль захватывать будут!
— Стой! — неожиданно рявкнул тесть. — Стой, кому говорю!
И перескочил через борт! Хорошо, что лодки впритирку шли, поэтому перепрыгнул без проблем. Только приземлился плохо, не удержался на ногах, завалился вперёд. А туша солидная, мало того, что дружинника под себя подмял, так и двух гребцов со скамьи спихнул.
Пока я соображал, что это такое было, тесть поворохтался в лодке, перевернулся на бок и прокричал:
— Я с ними на корабль! Прослежу, чтобы не поломали там ничего!
С помощью подоспевших дружинников встал на колени, помог подняться придавленному дружиннику, подпихнул в спины свалившихся на дно лодки гребцов. И добавил:
— Корабль беречь нужно! Такое добро нам очень пригодится!
— Там ещё один такой есть, — под весёлый гогот дружинников просветил тестя.
— Ещё один? — взволновался купец. Заёрзал, устраиваясь поудобнее, но не рискуя подниматься на ноги. Так и остался стоять на коленях. Наказал мне строго. — Ты там побереги его!
— Да куда тебе столько?
— Так лишним не будет. А если и будет, так всегда что-то и продать можно! — прищурился довольно. — Это ж сколько серебришка за такой корабль отсыпать могут⁈ Да что там серебро! Золотом пусть платят!
— Смотри, купец, сглазишь! — одёрнул размечтавшегося тестя Мокша.
— Тьфу, тьфу, — сплюнул за борт купец.
И тут же спохватился, зажал себе рот ладонью:
— Прости, водяной-батюшка! Не со зла я, сдуру в воду плюнул!
Оглянулся по сторонам, окинул взглядом довольные рожи дружинников, вздохнул и перекрестился:
— Прости, Господи! На тебя одного уповаю…
И забормотал в бороду молитву. Ну да мне то уже неслышно было. Неожиданно из камышовых зарослей грохнуло басом:
— Во имя Отца и Сына и Святаго Духа…
Узкие длинные ветви на берегу зашуршали. Священник в чёрной рясе раздвинул руками ивовые и камышовые листья, переступил с ветки на ветку, оттуда перепрыгнул в лодку. Его тут же подхватили под руки дружинники, удержали, не позволили упасть.
— Отче⁈ — удивился такому неожиданному и очень фееричному появлению священника. — Ты зачем здесь?
— То долг мой! — ответил священник и споро принялся разжигать кадило. Подул, подул, пробормотал что-то еле слышно, выпрямился и строго оглядел всех нас:
— Дружинку малую, на мыс ушедшую, я благословил на сечу лютую за друзи свои, теперь и вам пора пришла.
Перекрестил всех и начал:
— Отпускаю всем воинам грехи ваши! И помните, если кто из вас положит душу за друзей своих, за землю родную, то тому прямая дорога в Царствие Небесное! Благословляю вас, дети мои на рать!
И ещё раз всех перекрестил. Вдохнул вкусный дымок из кадила, перекрестился следом.
— Возвращайтесь с победой, дети мои! — напутствовал нас священник и перепрыгнул с борта на ивовую ветвь. Пробежался по ней, шустро перебирая ногами в сапогах, подбирая рясу одной рукой, чтобы не путалась, и другой придерживая кадило. И скрылся в камышах.
Вот тебе и священник! Зря я на него бочку катил! А тестюшка мой как-то разом посвежел, помолодел. О дружинниках не говорю уже, у них лица светятся!