Чисто шведские убийства. Отпуск в раю

Грузовик приближался. Аманда еще прибавила газу — кажется, она не замечала опасности. Шоссе было довольно узким, слишком узким для новичка, гнавшего машину на большой скорости.
Винстон вцепился в ручку над дверью.
— Ты же видишь… — начал было он, но Кристина оборвала его:
— Это что — непрошеные советы?
Грузовик был все ближе. Желтый грузовик с нарисованным на ветровике сконским гусем, скорость не меньше восьмидесяти километров в час. Он расплющит их машинку, как яйцо. Сердце у Винстона заколотилось, в голове снова зашипела газировка.
— Тормози! — крикнул он.
Но было поздно: грузовик уже надвинулся на них. Винстон зажмурился, вцепился в ручку так, что побелели костяшки, и стал ждать удара.
За окошком раздался гул, а потом стало тихо.
Он открыл глаза.
Их машина катила дальше по шоссе, не сбиваясь с прямого курса. Аманда выглядела совершенно невозмутимой — похоже, ситуация ее не удивила. Напротив, она управляла машиной без рывков, привычными движениями. Поймав взгляд Винстона в зеркале заднего вида, она широко улыбнулась.
— Спокойнее, папа. Я уже два года за рулем. Мы с Поппе как-то затеяли ралли по лесным дорожкам вокруг замка. Он говорит, что я вожу машину естественно.
— Так-так. — Винстон подавил страстное желание объяснить, насколько безответственна и незаконна идиотская затея Поппе. И к тому же опасна для жизни.
— Петер, не надо так напрягаться, — рассмеялась Кристина. — Мы не в городе, а твоя дочь, если честно, водит машину лучше, чем ты сам.
Винстон, натянуто улыбаясь, вытер потную ладонь о штанину.
Пляжу в Кнэбексхусене было место где-нибудь в Средиземноморье, а не на восточном побережье Сконе. Длинный, поросший лесом берег круто обрывался к пляжу. Деревья вытягивали свои густые зеленые макушки в сторону моря так далеко, что их тени падали на прибой.
Белоснежный песок устилал несколько километров берега, лишь кое-где встречался то родник, то гладкий валун, то наполовину ушедший в песок плавник, который солнце, соль и ветер с моря сделали похожим на ископаемое. На юге виднелся рыбацкий поселок Вик, а на севере высились над бухтой у острова Ханё крутые склоны Стенсхувуда [34]. Голубая вода искрилась, сливаясь с небом.
— Самый красивый пляж Швеции, — заметила Кристина, пока они спускались по длинной деревянной лестнице, протянувшейся по прибрежному склону. Корзинка для пикника оказалась тяжелой, солнце палило нещадно, и Винстон в душе был благодарен Кристине, которая убедила его надеть что-нибудь менее формальное, нежели его обычный наряд. По этому случаю Винстон облачился в рубашку, слаксы и лоферы, под которыми, разумеется, были носки, ведь он не дикарь.
Едва спустившись на пляж, Аманда с Кристиной разулись и пошли босиком. Винстон остался в обуви, и это была ошибка. Всего через десяток метров и лоферы, и носки оказались полны песка, и при каждом шаге у лодыжек Винстона поднималось облачко мельчайших песчинок. Винстон делал вид, что его это не смущает, хотя и видел, как Аманда с Кристиной потешаются над ним.
На берегу они двинулись в южном направлении и без труда нашли свободное место для пикника. На пляже, несмотря на чудесную погоду, было пустовато, как и на парковке.
— Ветер, — объяснила Кристина. — Сегодня западный ветер, он гонит верхние слои воды в открытое море, а на ее место из бухты Ханё приходит холодная вода. Посмотри, почти никто не купается.
И она указала на море, где немногочисленные купальщики упорно сражались с волнами.
— Западный ветер — милое дело для пикника на берегу, — продолжала Кристина. — Он с берега, никакие ненормальные в воду не лезут. При восточном ветре вода теплая, и сюда едут все. На пляже шагу ступить негде, а дорога забита неправильно припаркованными машинами. Каждое лето одно и то же.
Винстон тяжело упал на подстилку и вытряхнул песок из лоферов. Подумав, он неохотно снял носки и немного подвернул штанины.
— Ну вот, — заметила Кристина. — Еще пару пуговиц на рубашке расстегни — и почти сойдешь за нормального человека.
 
Винстон заворчал, но послушался. Ему всегда казалось, что ценность всего этого общения с природой сильно преувеличена, однако он, конечно, не стал об этом говорить, а постарался насладиться моментом.
Аманда открыла корзинку и раздала газировку и светлое пиво.
— Ну, рассказывай, как продвигается расследование, — с любопытством обратилась она к Винстону.
Тот встревоженно взглянул на Кристину.
— Я… больше не участвую в расследовании.
— Почему? — разочарованно спросила Аманда.
— Ну… в общем, предполагалось, что я просто дам пару хороших советов. Прослежу, чтобы никто ничего не упустил.
— Но ты же жаловался, что Эспинг не хватает опыта? Думаешь, она сможет изловить убийцу без тебя?
Винстон отпил пива.
— Мы не обнаружили ни единого доказательства того, что Джесси действительно убили, так что, по всей вероятности, полицейское начальство закроет дело.
— Ну и слава богу, — с облегчением сказала Кристина.
— Но почему, мама? — Аманда повернулась к Винстону. — Папа, ты же не считаешь, что это был несчастный случай.
Винстон кожей чувствовал взгляды Кристины. В то же время ему не хотелось врать Аманде. Он и так уже утаил от нее, что он на больничном.
— Не считаю, — сказал он. — Я считаю, что Джесси Андерсон убил кто-то, кто попытался обставить все как несчастный случай.
Винстон сделал вид, что не замечает раздраженной морщинки, которая залегла у Кристины между бровями.
— Но ты обязательно должен продолжать расследование! Объясни начальнику участка, что он неправ.
— У папы отпуск. — Кристина протянула дочери салфетку. — Пусть расследованием займутся другие полицейские.
Винстон отпил еще пива и стал стряхивать с подстилки песок, пытаясь не замечать разочарованных взглядов Аманды.
Он кое о чем думал и теперь ждал, когда можно будет сменить тему.
— Вчера Поппе заезжал, — сказал он.
— И?
Кристина спросила так, будто знала об этом визите, однако Винстон в этом не был уверен.
— Я тут вот о чем подумал. В воскресенье я спросил, почему Поппе не может притвориться, будто интересуется Йислёвсстрандом, чтобы вас пригласили посмотреть виллу. Ты сказала что-то вроде того, что не решаешься его просить. Почему?
Кристина сморщила нос.
— Поппе не в восторге от этого проекта. В детстве он проводил лето в лагере морских скаутов в Йислёвсхаммаре и очень любит это место. Но помалкивает, потому что его семья и Врамы знали друг друга еще при датчанах. А еще у него, по-моему, какие-то дела с Никласом Мудигом.
Кристина повернулась, чтобы достать из корзины салфетки.
— Я на днях видела Даниэллу в Истаде, — сказала Аманда. — Она сидела в уличном кафе с мамой Люссан.
— Кто это — Люссан? — спросил Винстон.
— Лувиса Андерклев, — пояснила Кристина. — Ты их видел на дне рождения. У ее матери адвокатское бюро в Мальмё. В Шиллинге у них большой дом.
Винстон понятия не имел, о ком говорит Кристина.
— Мудиги и Андерклевы знакомы? — спросил он.
Аманда помотала головой:
— Вряд ли. Больше было похоже на деловой ланч.
— Значит, Даниэлла ездила к адвокату. Когда?
— Вчера. — Аманда впилась в бутерброд.
Никлас сказал, что Даниэлла уехала посмотреть лошадей, припомнил Винстон. Никлас солгал им — или ему самому солгала Даниэлла?
Кристина протянула ему бутерброд, завернутый в бумагу. Ростбиф с соусом ремулад, его любимый. Винстон откусил, прожевал, потом откусил еще.
— Вы же общаетесь с Мудигами, — сказал он. — Как бы ты их описала?
— Мы не то чтобы близкие друзья, — уклончиво ответила Кристина.
— Да ладно, мам.
— Да, ладно тебе, — подхватил Винстон. — Выдай один из своих знаменитых анализов. — Он заслонил глаза от солнца, ослепительно отражавшегося от водной глади.