Чисто шведские убийства. Отпуск в раю

Даниэлла Мудиг открыла дверь прежде, чем они успели постучать, и пригласила их в просторную гостиную, где ждал Никлас. Здесь явно не обошлось без дизайнера интерьеров: гостиная была красивой, но абсолютно безликой. Ваза с цветами, чаши с фруктами, а мебель, на вид старинная, могла приехать сюда прямиком с фабрики. Даже фотографии на каминной полке казались специально отобранными, как будто их главной задачей было составить красивую композицию, а не напоминать о родных и близких.
За панорамным окном раскинулись луга, там-сям виднелись ряды плакучих ив.
— Присаживайтесь! — Никлас указал на кресла, между которыми стоял столик с кофейным подносом.
Никлас выглядел совершенно спокойным. Голубые глаза, белые ровные зубы, загар. Футболка и светлые льняные штаны, немного закатанные над босыми ногами.
Усилием воли Винстон сохранил невозмутимый вид. Кто же принимает гостей босиком?
— Итак, как долго вы знали Джесси Андерсон? — спросила Эспинг, включив в телефоне диктофон и убедившись, что все формальности соблюдены.
— Да-а, как долго?.. — Никлас самоуверенно откинулся на спинку дивана. — Четыре года, пять лет — наверное, так. Мы познакомились, когда она помогала нам продать квартиру в Лос-Анджелесе. Кажется, тогда это было, да, дорогая?
— Пять лет. Квартира в Марино дель Рей, — поправила Даниэлла.
— Точно. Мы не то чтобы дружили, но иногда встречались за ланчем, ходили на одни и те же вечеринки. Я доставал для ее ВИП-клиентов билеты на заключительные матчи сезона. А Джесси пристроила Даниэллу в пару эпизодов «Голливудских жен»…
— Я сама туда пристроилась, — перебила Даниэлла. — Джесси просто представила меня продюсеру. — Она встала, пытаясь уравновесить раздраженный тон ослепительной инстаграмной улыбкой.
— Мы уже давно ищем, где поселиться в Эстерлене, — продолжал Никлас. — Эта усадьба принадлежит родителям Даниэллы. Гостевой домик, конечно, очень симпатичный, но мы бы хотели жить у моря. Что-то я плохо переношу запах навоза. В Лос-Анджелесе я с таким бедствием не сталкивался.
Никлас широко улыбнулся, словно удачно пошутил, и продолжил:
— Джесси связалась с нами, еще когда только планировала проект. Собственный участок на морском берегу, американский стандарт. Мы решили — то что надо, правда?
Даниэлла кивнула, хотя вид у нее был не такой восторженный, как у мужа.
— Что вы можете рассказать о вчерашнем дне? — Эспинг подалась вперед, словно желая подчеркнуть серьезность вопроса.
— Просмотр был назначен на два часа, — начала Даниэлла. — В дверях мы столкнулись с ассистенточкой Джесси, она же девочка на побегушках.
— Элин, — примирительно улыбнулся Никлас. — Приятная девушка. Всегда готова помочь!
— Что было потом?
Даниэлла пожала плечами.
— Джесси провела нас по дому. Красивый, но мы с Никласом ожидали чего-то большего. Наш лос-анджелесский дом — это девятьсот квадратных метров, так что мы привыкли к простору.
Эспинг подавила желание закатить глаза. Ее собственный домик не дотягивал до сотни квадратных метров, и она не считала, что живет в стесненных условиях.
— Какой вам показалась Джесси? — спросила она.
— Шумной, назойливой, — ответила Даниэлла. — Без конца хвасталась этой своей уродливой скульптурой, в которую вбухала столько денег.
Никлас, натянуто рассмеявшись, перебил жену.
— Даниэлла шутит. Джесси, как всегда, была веселой, жизнерадостной.
— Вы что-нибудь пили?
— Выпили по бокалу шампанского. Не больше, потому что потом нам надо было садиться за руль.
— А Джесси?
— При нас — два бокала, — резко проговорила Даниэлла. — Да еще до нас наверняка влила в себя столько же.
— Вы хотите сказать, что она была пьяна? — спросила Эспинг.
— Нет! — Никлас укоризненно взглянул на жену. — Ну, может, в приподнятом настроении.
— Сколько времени вы оставались в доме? — Эспинг еще немного подалась вперед. Ей показалось, что она заметила на загорелом лбу Никласа мелкие капли пота.
— С полчаса, — ответил Никлас. — Мы приехали каждый на своей машине, Даниэлла потом уехала в Мальмё, по магазинам. Я, прежде чем возвращаться домой, решил покататься. Так что ни у нее, ни у меня нет алиби, если вы об этом.
 
Никлас снова рассмеялся, еще более натянуто, чем в первый раз.
До этой минуты Винстон молча делал пометки в записной книжке.
— Вы не знаете, кто-нибудь мог желать Джесси зла? — спросил он.
Мудиги переглянулись, словно вопрос застал их врасплох.
— Нет… — ответил Никлас. — Ну то есть, господи, поначалу на стройплощадке началась движуха, но ведь все уляжется?
— М-м. — Винстон что-то черкнул в записной книжке. Это движение, кажется, заставило Никласа почувствовать себя неуютно.
— Вы уж простите, я пошутил насчет алиби. — Он посерьезнел. — Но ведь гибель Джесси была несчастным случаем?
— Пока не знаем. — Винстон поднял на него глаза. — Дело в том, что вы последние, кто видел ее в живых. Так что все, что вы расскажете, будет нам в помощь.
Мудиги снова переглянулись.
— Все, что можете вспомнить, — прибавила Эспинг. Ей казалось, что она должна что-то сказать.
— Ну… было кое-что, — задумчиво произнесла Даниэлла. — Это насчет ассистентки Джесси. Мы говорили, что встретили ее в дверях — она куда-то уходила.
— Да. Она должна была съездить за шампанским, — пояснила Эспинг.
— Ясно. — Даниэллу эти слова, кажется, не убедили. — В общем, когда мы ее встретили, она выглядела очень растерянной. Едва поздоровалась, чуть не на бегу, вся заплаканная, очки в руках. Джесси пыталась делать вид, что все как обычно, но видно было, что она не в себе. И наливалась шампанским. — Даниэлла наклонилась вперед. — Я больше чем уверена, что она устроила Элин выволочку. Может, даже уволила. Когда Джесси бывала не в духе, ассистенткам доставалось по первое число. Она могла за год сменить нескольких. Меня лично поражает, как Элин сумела продержаться так долго.
Винстон записал. Где-то в доме зазвонил мобильный телефон, но Даниэлла с Никласом сделали вид, что не слышат.
Мудиги еще постояли у огромных окон, глядя, как машина Эспинг выезжает на дорогу и удаляется.
— Зачем тебе понадобилось приплетать Элин? — спросил Никлас.
— А почему бы не приплести? Это же правда, — ответила Даниэлла. — К тому же надо было замять твою ахинею насчет алиби. Какого хрена ты вообще об этом заговорил? Да еще с таким фальшивым смехом. Думаешь, кто-нибудь купится?
Никлас повернулся к жене. Глаза потемнели от злости.
— Я занервничал, ясно? Полиция подозревает, что это убийство. А на кону — наше будущее…
— И кто же в этом виноват? — фыркнула Даниэлла. — А, Никлас?
Не говоря ни слова, Никлас отвернулся, подошел к сервировочной тележке и принялся раздраженно перебирать бутылки. Пока он наливал себе щедрую порцию виски, его жена все еще задумчиво смотрела в окно.
— Но кто бы ни убил Джесси, — проговорила она, не оборачиваясь, — этот человек оказал нам услугу. Правда, дорогой?
Никлас молча поднес стаканчик к губам и одним духом выпил.
  
Глава 13
 
— Ну как вам? — спросила Эспинг, едва Винстон успел откусить. — Лучшие в Сконе бургеры с селедкой.
Винстон постарался изобразить одобрение, хотя на самом деле изо всех сил пытался проглотить хоть кусок этого удивительного блюда. Обычно он воздерживался от всего, с чем нельзя управиться посредством ножа и вилки.
Горчичный соус капал между пальцев, от сырого лука щипало в глазах и драло в глотке, а мягкие рыбьи косточки во множестве прилипали к нёбу и деснам, напоминая собачью шерсть из машины Эспинг.
— Очень вкусно.
Винстон заставил себя откусить еще — только чтобы обнаружить, что Эспинг уже расправилась со своей порцией.
Они сидели на лавочке в чивикской гавани, недалеко от воды. Рябь искрилась под проглянувшим солнцем; над головой у Винстона с голодным видом кружили чайки. В Чивике уже начался туристический сезон, но в очереди стоять не пришлось, потому что Эспинг водила знакомство с владельцем рыбного ресторанчика.