Правила Барби (СИ)

– Она никогда не будет с тобой. Она видит в тебе лишь друга, – прямо сказал я.
Мейсон взглянул на меня исподлобья, уголок его губ пополз вверх.
– Но ты ведь сам не уверен в этом?
Он напросился, только я дернулся вперед с твердым намерением сломать шею родному брату, как кто-то остановил меня, вырывая яблоко из моих рук. Я перевел пылающий гневом взгляд вниз с новым намерением – уничтожить помешавшего мне человека, но вместо будущего покойника заметил Эванс. Кокетливо подмигнув мне, она улыбнулась и надкусила фрукт.
– Упс. Ты потерял яблоко. – Маленькая капелька яблочного сока задержалась на краешке ее губ, но уже через секунду сорвалась и медленно покатилась вниз, заставляя меня как одержимого жадно наблюдать за ней. Барбара собиралась убрать ее, но я не позволил, одной рукой перехватил ее запястье, а большим пальцем другой руки коснулся ее губ.
– Зато я приобрел кое-что гораздо дороже всех существующих яблонь в мире. Точнее, кое-кого. – Ухватив покрепче ее лицо, я поцеловал Барбару, наслаждаясь сладостью ее рта, химическим запахом лака для волос и тяжелой энергетикой моего брата, заполонившей собой всю кухню. Он ревновал, и это не могло не радовать. Мейсон должен понять сразу: она моя и только моя, и я не позволю ему коснуться ее. Брат вылетел из кухни, так и не решившись сказать еще какое-нибудь дерьмо.
– Зачем ты делаешь это? – разорвав наш поцелуй, негодующе спросила Эванс. Мой взгляд опустился на обгоревший на солнце маленький нос, и я не смог подавить в себе улыбку.
– Делаю что?
– Не прикидывайся! К чему это показное представление перед Мейсоном?
– Я не могу поцеловать свою невесту?
– Можешь, но…
– Вот именно, могу, и если моему брату это не нравится, он может просто уйти, что он и сделал.
Она вздохнула и расположилась за барным островом.
– Кажется, Мейсон что-то имеет против этого союза, не знаю, что именно, но мы с ним только недавно наладили отношения, и мне нравится наше общение, поэтому не хочу все испортить.
Ауч. Это было неприятно слышать.
– Хочешь сказать, что не догадываешься, почему он так реагирует? – немного раздраженно спросил я. Барбара нахмурилась.
– Думаешь, у него все еще есть чувства ко мне?
– А ты так не думаешь?
– С чего бы?
– Может, потому что ты была рядом с ним чуть ли не с пеленок? – А еще переспала с ним, что наверняка было лучшим сексом в его жизни. Черт возьми, даже мысли об этом выворачивали мою грудную клетку наизнанку.
Просто оставь это, Фостер! Это прошлое – никому не нужное прошлое, важно то, что есть у тебя в будущем.
– Нет у него никаких чувств, только обида на меня и на тебя, ведь все, что мы делали в прошлом, происходило за его спиной. Такое нелегко пережить, поэтому просто не провоцируй его, – серьезно попросила она. А я-то уже хотел стянуть с нее это нежно-голубое платье и заняться любовь прямо на барном острове. Облом. – И ты не видел мой блокнот с эскизами? Нигде не могу его найти.
Я покачал головой, вспоминая, как совсем недавно забрал этот маленький блокнот в свой кабинет. Но Эванс об этом пока не узнает.
Глава 33 
Барбара
Вот уже двадцать минут я гоняла горошек по тарелке и увлеченно наблюдала за этим. Столовую Фостеров поглотила тишина, помимо звона столовых приборов и громкого причмокивания матери Джефри не было слышно ничего. Иногда я поднимала взгляд, чтобы посмотреть на полную луну, поднимающуюся из-за горизонта, витражные стекла, переливающиеся в этом лунном свете, темную конюшню и пустую леваду. Но прямо напротив меня сидела Дорис, чей надменный взгляд я ловила на себе каждый раз, как поднимала голову, поэтому наблюдение за горошком в тарелке казалось мне наиболее интересным занятием в этот вечер.
Джефри как истинный хозяин дома сидел во главе стола, вообще он не страдал манией величия и не считал себя королем в этом доме, просто после смерти отца привык сидеть именно там. По словам Фостера с того места было видно всю столовую, а также каждое из окон, а вот зачем ему такой полный зрительный доступ я не знала.
 
Я терпеть не могла Дорис, и это никак не исправить, но настойчивый голосок в моей голове без конца трещал о том, что я должна поддерживать Джефа в чем бы то ни было. Если мы действительно хотим выстроить новые отношения, нужно, чтобы работали оба.
– Расскажи, как там твой друг? – вдруг раздался голос Джефри, он обращался к своей матери. – Роджер, не так ли?
– Роберто.
– Верно.
– Мы расстались, – пожала плечами Дорис. – Но в тот же вечер я познакомилась с Джеком, и остаток заслуженного отпуска я провела с ним.
– Заслуженного отпуска? Если мне не изменяет память ты перестала работать сразу после того как начала качать деньги из моего отца, и даже после его смерти ты все еще словно клещ, ошиваешься в этом поместье. Так отчего ты отдыхаешь? – откидываясь на спинку стула, спросил Мейсон.
Признаться честно, когда Мейсон решил к нам присоединиться, я не ждала ничего хорошего, но сейчас, я была даже рада тому, что младший Фостер был с нами. Уголок моих губ дернулся в улыбке, в этом вопросе я всегда буду на стороне Мейсона.
– Заткнись, Мейсон, – ровным тоном бросил Джефри.
– Расслабься, мальчик, я нахожусь не в доме твоего отца, я нахожусь в доме своего сына.
Мейсон оскалился, что видимо изначально задумывалось как улыбка, и одним махом осушил стакан с виски.
Ужин с Дорис – плохая идея. Это было ясно сразу. Но под прицелом в этот вечер была именно я. Между мамой Джефри и Мейсоном, конечно, была неприязнь, но даже на законнорожденного сына Дэниела от его единственной супруги Дорис не смотрела с такой ненавистью как на меня. Ведь именно мой отец в свое время обидел ее сильнее всего, так что я вне милости только из-за того, что родилась, и это я еще молчу о свадьбе.
– А ты, деточка, расскажи, что произошло в твоей жизни за последние пять лет? – безразличным голосом спросила мама Джефри. Она оторвалась от пережевывания салата и аккуратно утерла уголки губ салфеткой, ее красная помада на удивление не пострадала.
Я краем глаза взглянула на Джефри, он был натянут, словно струна. Должно быть, он опасался того, что я выпущу коготки, но я пообещала, прежде всего себе, что не стану опускаться до уровня Дорис.
– После переезда в Нью-Йорк я открыла модный бутик на Манхэттене. Я шью одежду для знаменитостей, однажды платье моего производства даже попало на страницы глянца.
– Но под именем Барбары Эдвардс, – усмехнулся Мейсон, подмигивая мне.
Я послала ему убийственный взгляд и еле сдержалась, чтобы не метнуть в него нож.
И откуда они все об этом знают?
– Как интересно, – пропела Дорис, облокачиваясь на стол и элегантно подпирая руками голову. – Знаменитостей, говоришь. Значит, ты приехала на похороны папочки или все же за его деньгами?
Джефри дернулся, и я точно знала, что он собирается прекратить этот разговор, но я сжала его колено под столом, чтобы даже не думал вмешиваться. У меня все под контролем.
– Я не была на его похоронах, так уж вышло, что я не знала, что он умер.
Дорис улыбнулась.
– Значит, за наследством. Кто бы сомневался.
– Все не так…
– Мама, хватит, – сузив глаза от негодования, сказал Джефри.
– И решила выскочить за моего сына, чтобы увеличить активы, не дурно.
– Нет! – уже громче воскликнула я.
– Дорис, – покачал головой Джефри.
– Вообще-то, она выскакивает за него только потому, что осталась полностью без денег, а Эванс в своем завещании указал крайне глупое условие о браке с одним из Фостеров. В противном случае Барбара не сможет получить свое наследство, – облокотившись на стол и по-скотски улыбнувшись, объявил Мейсон. – Я же ничего не забыл? А вот вы, кажется, забыли. Или все переменилось. Черт! Я запутался. Кажется, мне нужно почитать правила этой игры.
Мейсон собрал на себе комбо из взглядов: разъяренный Джефри, взволнованный мой и взгляд Дорис, который я не могла расшифровать, но, думаю, именно так смотрят на белку перед тем, как съесть ее живьем. И через несколько секунд этот взгляд обратился ко мне.