Костоправ. Книга 2 (СИ)

— Что-нибудь придумаем, — отмахнулся я. — Сейчас главное — добраться живыми.
Он умолк ненадолго, погрузившись в размышления, а затем неожиданно громко, с нескрываемой злостью в голосе воскликнул:
— Вот же ювийские ублюдки! Будь нас немного больше!..
— Это были не ювийцы.
— В смысле?
— Всё подстроено Бьердами.
От удивления Рони опустил ноги вниз, принимая вертикальное положение, и уставился на меня:
— Что?.. Ты в своём уме?
— Кому из ювийских командиров придёт в голову нападать на заброшенную деревню? Кто станет рисковать целым подразделением с двумя боевыми магами?
— Эйдан, по-моему, это какой-то бред…
— Ты слышал их голоса?
— Какие ещё голоса?
— Они кричали на нашем, зувийском языке! Ни слова на ювийском. Ты разве не заметил?
Глаза Рони расширились от изумления. Несколько секунд он ошарашенно смотрел на меня, пытаясь осознать сказанное, а затем недоверчиво переспросил:
— Подожди… Ты хочешь сказать, что Садрок специально направил нас в Азерон?
— Да!
— Ты правда считаешь, что он знал о нападении?
— Я понятия не имею, что известно Садроку, но в одном уверен точно: он действовал по приказу Бьердов.
— У тебя нет доказательств.
— Рони… — вздохнул я. — Забудь о доказательствах.
— Зачем Бьердам устаивать это в самый разгар войны?
— А ты как думаешь? Забыл, почему я попал в твою воинскую часть?
— Не забыл, но идти на такое из-за какой-то драки? Прямо во время войны? Рискуя жизнями своих людей?
— Во время осеннего бала я одолел в дуэли Ганнера Бьерда на глазах у королевской семьи, — медленно сказал я. — Его Дом воспринял это как оскорбление.
— Погоди, о какой дуэли речь?
— Дуэль чести.
Рони смерил меня долгим, испытующим взглядом, будто пытаясь понять, не шучу ли я:
— Ты не рассказывал.
— Ты ничего не слышал об этом?
— Я живу на краю Оикхелда, Эйдан, — устало ответил он. — Я не интересуюсь столичными делами.
— Что ж, теперь ты знаешь, с чего всё началось, — сказал я. — После этой дуэли меня пытались убить артефактом. Затем, когда не вышло, на меня наложили проклятие прямо во время турнира. А под конец учебного года Ганнер вместе со своим дружком поджёг дальнее крыло академии, где я жил.
— «Поджёг»?
— Я поймал его с поличным.
Лицо Рони прояснилось:
— И тогда ты избил его.
— Да.
— Он понёс хоть какое-то наказание?
— Моё слово против его, — усмехнулся я. — А на суд, как ты понимаешь, Бьерды оказывают серьёзное влияние. Одного обвинения оказалось недостаточно.
— Подожди, а как же Зал правды? Если ты всё видел, мог же доказать.
— И выдать все свои секреты?
Рони издал короткое «О» и замолчал.
Полуденное солнце безжалостно палило с небес. Жара была невыносимой — казалось, даже воздух плавился и дрожал от зноя. Я стянул с себя рубаху и обмотал ею голову на манер тюрбана.
Рони постепенно восстанавливал свои магические силы, по крупицам собирая растраченную энергию, но мы решили пока поберечь этот бесценный ресурс — опреснять морскую воду средь бела дня казалось непозволительной роскошью. Лучше было потерпеть до вечера, когда жара спадёт.
Время от времени я обшаривал взглядом линию горизонта, до рези в глазах всматриваясь вдаль в надежде различить спасительную полоску земли. Но куда бы ни устремлялся мой взор, повсюду расстилалась лишь бесконечная водная гладь.
Просто оставаться на плаву с каждой минутой становилось всё более изнурительной задачей. Мышцы ног и рук ныли от напряжения, а солёная вода то и дело заливала лицо, заставляя жмуриться и откашливаться.
Странное дело: всю свою жизнь я провёл у моря, купаясь и ныряя с малых лет, но никогда прежде мне не доводилось проводить в воде столь долгое время без передышки. Теперь я начинал понимать, сколько сил это отнимало на самом деле.
По расчётам Рони, течение должно было привести нас к другому проливу к концу второго дня, поэтому я старался не унывать. Нужно лишь немного потерпеть.
Когда начало темнеть, он наконец решился использовать магию и опреснить воду. Я долго не мог напиться с его ладони, одержимый жаждой.
 
— Не думал, что будет так сложно, — признался он.
— Опреснять воду?
— Плыть, — невесело усмехнулся Рони. — Ноги задубели. Будь тут хоть какая-нибудь жалкая деревяшка…
— Могу исцелить мышцы Мраком, — предложил я. — Станет легче.
— А ты не можешь наполнить меня его энергией?
— Даже не думай.
— Почему? Если ты…
Он вдруг осёкся на полуслове и тыкнул пальцем мне за спину:
— Смотри! Там что-то плывёт!
Я обернулся и различил огоньки.
— Рони, это же корабль?
— Да!
Поначалу приближающееся судно казалось крошечной точкой, но с каждой минутой оно становилось всё больше и различимей. В какой-то момент корабль поравнялся с нами — до него было едва ли полсотни метров.
— Что думаешь? — тихо спросил я.
— Можно подать сигнал.
— А если это ювийцы?
— Мы сейчас ближе к Лаубиену, чем к Юви, — сказал Рони. — Да и корабль всего один. По-моему, оставаться в воде рискованнее, чем звать на помощь.
Я ещё раз всмотрелся в ночную даль, пытаясь разглядеть другие суда, но горизонт был пуст и спокоен. Нельзя было упускать такой шанс.
— Хорошо, — произнёс я, нащупав кинжал на поясе. — Если это всё же ювийцы, то главное, чтоб там не было магов. С обычными бойцами мы разберёмся.
— Значит, подаём сигнал?
— Давай, — кивнул я. — Действуй!
Рони поднял руку к небу и послал небольшой, но яркий магический огонёк в сторону корабля. Выждав несколько секунд, он повторил это ещё два раза.
— Плыть навстречу не будем, — сказал он. — На водную стихию энергии уходит больше всего.
— И не нужно, — произнёс я. — Сохрани силы.
Вскоре до меня донеслись неразборчивые крики. Рони сотворил огонь вокруг руки и замахал ей, что было сил. Корабль начал потихоньку замедлять свой ход. Судя по всему, команда спустила на воду шлюпку. Я внутренне собрался, готовый в любой момент войти в поток Мрака.
Шлюпка с факелом на носу всё приближалась. Голоса становились громче, но я, как ни старался, не понимал ни слова.
— Что за язык? — шёпотом спросил Рони.
Что-то в их говоре было странное — какие-то неуловимые нотки, которые, кажется, я уже слышал.
— Точно не ювийский и не эльфийский, — продолжил Рони.
— Вампиры, — наконец озарило меня.
— Ты уверен?
— Не до конца, — сказал я. — Не расслабляйся раньше времени.
Шлюпка подплыла совсем близко, и я вцепился в её борт. Нас с Рони ухватили и рывком затащили внутрь.
— Спасибо… — поблагодарил я, осторожно вглядываясь в лица спасителей.
Один из них что-то произнёс, но я беспомощно развёл руками, давая понять, что не понимаю его языка. В свете факелов мелькнули клыки, и у меня отлегло от сердца — значит, правда вампиры.
— Мы не знаем ваш язык, — медленно и громко произнёс Рони, старательно выговаривая каждое слово. — Не понимаем вас.
— Лад-но, — по слогам сказал тот, что сидел напротив меня. — Ладно.
Мы поплыли обратно, и вскоре взобрались на сам корабль.
— Кто такие будете? — на удивление чётко и с еле уловимым акцентом спросил мужчина, который был одет заметно лучше остальных. — С Оикхелда?
— Позвольте узнать, я говорю с капитаном?
— С капитаном, — ответил мужчина, сверкнув клыками. — Так откуда вы?
Я ещё раз огляделся и ответил:
— С Оикхелда.
— А конкретнее?
Интуиция подсказывала, что врать не стоило, поэтому ответил честно:
— Мы из оикхелдской армии. Моё подразделение было размещено в Азероне, недалеко от границы. После ночной атаки пришлось прыгать в воду — вот и оказались здесь.
— Смотрю, от подразделения-то ничего не осталось, раз вас всего двое, — сказал капитан и представился: — Меня зовут Якиф кир Нахзир.
— Эйдан Кастволк.
— Рони Однер.