(Не) случайный малыш от босса (СИ)

— Плевать. Думаю, я заслужил отдых в компании любимой девушки, — Матвей целует меня за ушком, а я закрываю глаза от удовольствия. — Что скажешь?
— Думаю, что да. Поехали, Громов, — целую его в губы, а потом выбираюсь из объятий и забираю свои вещи. Матвей сразу же перехватывает у меня сумку. Берёт её в одну руку, а другой обхватывает меня за талию.
Какой же он всё-таки замечательный... Ведь на самом деле простить и отпустить обиды, особенно, когда боль тебе причинили самые близкие люди, может не каждый. На это способен только поистине сильный человек. И я горжусь тем, что Матвей именно такой.
Сейчас мне кажется таким странным, что ещё несколько месяцев назад я считала его настоящим мудаком. Просто я его совсем не знала.
Этот вечер мы действительно проводим вместе. Заказываем еду из ресторана и кормим друг друга. Единственное, что чуточку угнетает меня — это молчание самого Матвея. Неужели он действительно забыл, какой завтра день... А может, он сюрприз мне готовит?
— Спокойной ночи, малыш, — шепчет мне на ушко, когда я укладываюсь у него на груди.
— Спокойной ночи, Маивей, — говорю и очень надеюсь, что завтрашний день принесёт мне много невероятных сюрпризов.
Это же Матвей Громов, чёрт побери! Он любит меня, и я не должна ни секунды в нём сомневаться. Но ведь тут не в сомнениях дело... У меня день рождения, а он делает вид, что всё, как и всегда.
Ну что ж, Матвей. Вот завтра и узнаем, как у тебя с памятью. Ведь ты же не разочаруешь меня, правда?
 Глава 40 
Глава 40
— Марин, прости, мне надо срочно в офис съездить, — это всё, что говорит мне Матвей, когда проснувшись на следующее утро, я нахожу его на кухне с чашкой кофе.
Сказать, что мне сейчас хреново — это ничего не сказать. За какую-то несчастную секунду Громов умудрился разбить все мои надежды о сегодняшнем дне в дребезги.
А я ведь до последнего была уверена, что он вспомнит о моём дне рождения. Идиотка наивная...
— Ты серьезно? — выдавливаю через сжатые губы, потом что чувствую, что вот-вот расплачусь. Ну уж нет такого удовольствия, я ему не доставлю, он ведь даже... доброго утра мне не пожелал!
— Прости, детка. Обещаю, что к обеду буду дома, — в задницу себе свою "детку" засунь...
Матвей ставит чашку на стол и прижимает меня к себе.
— Не дуйся, Маринка-мандаринка, решу неотложное дело и буду весь твой.
— Очень на это надеюсь… — бормочу себе под нос и принимаю его поцелуй. Не хочу сегодня ссориться, хотя настроение уже и так испорчено.
Матвей уходит через десять минут, а я остаюсь в квартире совсем одна. Знаю, что он делает это нечаянно, но эта мысль как-то вообще не утешает. Ведь про мой день рождения он всё-таки забыл...
Сначала принимаю поздравления от мамы, отца и брата. Последний уже знает, что Громов подарил мне машину, и минут десять расспрашивает какая она и просит фото прислать. За это надо благодарить Карину. Сестра уже успела всем растрепать о щедрости Громова.
Кстати, сама Карина звонит ближе к обеду. Тоже с поздравлениями. После того, как она поздравляет меня, делаю то же самое, ведь праздник у нас общий.
— А с настроением что? — спрашивает, когда я лениво благодарю её.
— Ничего... Матвей на работе, — выдавливаю нехотя. — Я думала, мы этот день вместе проведём.
 
— Ну, что сказать. Твой Громов в своём репертуаре! — фыркает Карина. И я буквально вижу, как на том конце провода она закатывает глаза. — Если не появится в ближайшее время, наберёшь меня. Поедем вдвоём праздновать... Хотя нет, Любу ещё возьмём.
— Я верю, что появится! — ворчу и заканчиваю вызов.
***
Часы на стене как-то слишком быстро пересекли цифру двенадцать, а от Матвея ни слова. Не удержавшись, сама набираю его номер, но на том конце провода слышу только длинные гудки. Чувствую, как нарастает раздражение, и к своему полному разочарованию понимаю, что Громов не приедет.
Он звонит сам через пять минут и сразу же начинает просить прощения.
— Малыш, прости! Проблема довольно серьёзная. Мне придётся ещё немного здесь побыть.
— Но ведь ты говорил... — замолкаю на полуслове. Чувствую, как тяжёлое гнетущее разочарование змеиным клубком сворачивается где-то в центре груди и больно жалит сердце.
— Знаю, прости! Если не хочешь дома сидеть, проведи время с сестрой или подругой, а я, как только освобожусь, наберу тебя, — выпаливает, явно второпях. — Не обижайся, Мариш. Я очень тебя люблю.
— Я тебя тоже, Матвей. — говорю совершенно искренне и завершаю вызов.
Дома сидеть точно не хочется. Так я ещё больше себя накручу и моё и без того паршивое настроение окончательно скатится на самое дно. Поэтому набираю сестру и говорю, что заберу её минут через сорок. А потом и Любу предупреждаю, чтобы одевалась.
На улице сегодня по-осеннему холодно, но солнечно. Поэтому надеваю темные лосины и белую тунику, обуваю сапоги на плоской подошве и накидываю белую куртку. Ну... Вроде бы всё. Хотела провести этот день с Матвеем, а он как всегда. Охрененный день рождения....
Сначала еду за Кариной и, когда она садится в салон, отмечаю, что сестра оделась очень... мягко говоря, ярко. Хотя чего удивляться? У неё ведь сегодня также праздник.
— Ты решила поразить всех наповал? — рассматриваю её коротенькое красное платье и просто отпадный макияж.
— Естественно. Это же день рождения моей сестрёнки! Ну и у меня заодно, — подмигивает мне. — Мы же в ресторан едем, Марина, — добавляет таким тоном, как будто объясняет мне, что земля, круглая, а не держится на трёх китах. — Там наверняка будет много красивых мужчин.
Закатив глаза, молча усмехаюсь. Карина как всегда в своём репертуаре.
Вместо ответа достаю с заднего сиденья подарок, который для неё приготовила заранее, и кладу сестре на колени. Когда она видит, что там комплект белья известного бренда, тут же начинает визжать от счастья.
Дальше забираем Любу. Ну хотя бы она оделась более скромно. А то я уже начала комплексовать... Она тоже в платье и с макияжем, но не в таком открытом, как у моей сестры.
— Так куда мы едем? — спрашиваю у Карины, заводя двигатель.
— Я знаю одно отпадное место! Там очень красиво! — сестра уже вводит в навигатор адрес, и я понимаю, что ехать нам минут сорок.
Место это находится за городом. Наверное, там действительно красиво. Особенно сегодня, когда пожелтевшие листья падают к ногам, а солнце в последний раз перед зимой пригревает теплом.