Александра. Клан (СИ)
— И в школу с шести лет?
— Да, у меня день рождение в январе, в самый раз. Я училась в третьем классе, когда мы узнали, что мама больна. А через пять лет её не стало. Брат к тому времени уже жил отдельно, а после этого совсем отдалился. Папа постоянно работал, а еще через 2 года я узнала, что он нашёл новую женщину. В общем было сложно. Мы постоянно ругались. Я злилась, он психовал. К моему поступлению в университет наши отношения более-менее наладились, — я решила пропустить несколько моментов. О моем почти удавшимся побеге с моей первой неудачной любовью, о депрессии по поводу этой самой клятой любви, ну и всех тех истерик, что я закатывала, — и с отцом, и с его новой женой. Отец снял мне квартиру, и я уехала в другой город учиться. И вот через год я оказалась тут.
Ну да, у отца дела идут хорошо и жена вроде нормальная. Моложе его на четырнадцать лет, но очень мудрая женщина. И терпеливая. Думаю, когда отец снял мне квартиру, она была больше всех рада. Не удивлюсь, если она молилась, чтоб я назад не вернулась. А я уже успокоилась. Год вдали от дома пошёл мне на пользу. И мой приезд на пасху приятно удивил и её и отца. Но зачем это знать магу из другого мира. Он и так вон задумался о чем-то.
— А зачем ты в университет поступала?
— Нуу… а как иначе? Я хотела выучиться, потом найти хорошую работу и мужа. Потом детей и так далее.
— У вас все женщины работают?
— Ну не все… но большинство. Это статус, независимость.
— Так, а твой род благороден?
— Не знаю. У нас уже давно нет дворянства. Отменили, — про те остатки, что ещё есть промолчим. А так, чисто теоретически, могу быть и благородной, кто там знает.
Мастер Чанрок покивал моим словам. Прямо как китайский болванчик- постоянно кивает. И не поймёшь, то ли одобрительно мне, то ли я сказала, что-то, соответствующее его представлению.
— Угу… — старик опять завис в своих мыслях чему-то кивая. Потом посмотрел на меня задумчивый взглядом.
— Что?
— Александра, — он полез за пазуху и достал целую связку разных подвесок. Из них выучил маленький ажурный золотой ключик и протянул его мне, — возьми. Видишь там на дальней полке маленькая чёрная коробочка? Да-да, на четвёртой снизу. Возьми её, пожалуйста.
Я подошла к полке, на которую указывал мастер. Там было несколько
коробочек, но чёрная только одна. Небольшая, как шкатулка для украшений, деревянная, с замысловатым резным узором по бокам и маленькой замочной скважиной. Симпатично.
— Теперь открой и возьми камень, — я послушно открыла шкатулку. Внутри и правда лежал камень. Размером с куриное яйцо, темно серого цвета. По всей поверхности извивались разные линии и узоры более тёмного цвета. Я поднесла камень к глазам. При движении казалось, что линии тоже движутся. Зрелище завораживало, хотелось смотреть неотрывно. Я даже не сразу разобрала, что мне говорит маг, — Александра! Ты меня слышишь?
— А, да-да. Просто очень интересный камешек.
— Как ты себя чувствуешь?
— Нормально все, а что? — с чего такие вопросы, интересно. Я только сейчас оторвала взгляд от камня и с подозрением посмотрела на старика. А камень как-то сразу захотелось назад положить.
— Ничего-ничего. Всё отлично. Положи его назад в шкатулку и закрой как было.
Я сделала как было велено, но подозрения мои только увеличились. И радость мага, которую я услышала, тоже не прибавляет ясности.
— Что это за камень?
— О, это очень интересная вещичка. Но обо всем по порядку… Сначала тебе надо разобраться в основах нашего мира.
— Вашего мира? — я же не ослышалась? Он спокойно и даже как-то удовлетворённо об этом говорит.
— Да-да. Я так полагаю, ты из другого мира. Конечно, может быть и так, что ты откуда-то из далека, наш мир очень большой, но это не играет особой роли.
— Я из другого мира, — раз уж это не играет особой роли, то зачем скрывать?
— Как ты можешь быть в этом уверена? Как я и говорил, наш мир очень большой. И возможно ты просто с другого материка, например.
— У нас нет магии.
— Ну и такое может быть.
— Как? Как может быть, что тут она есть, а тут нет?
— Наш мир- Баукелэ. Что означает Колыбель. Он бесконечен, и тут возможно все.
— Я знаю свой мир. Я видела много раз карту всего мира. И тут совсем не моя родина.
— Карту всего мира? Ваш мир такой маленький?
— Нормальный мир. Просто у нас развитие технологическое, вокруг планеты летают спутники. И мы можем посмотреть даже как выглядит наш мир с космоса. Мы летаем на самолётах с континента на континент. Самолёт, это такая большая летающая машина, она перевозит людей.
— И сколько же на такой машине лететь на другой континент?
— Меньше суток.
— Это какая же скорость должна быть?
— Эээм… вроде до тысячи километров в час. Или меньше… — А я не знаю точно, да и зачем мне эта информация была в той жизни. — От Европы до Америки примерно шесть с половиной тысяч километров.
— Кхе! Да наши северные горы длиннее более чем в два раза. Ты что-то путаешь, наверно.
— Как больше? Это какая их протяженность?
— Почти четырнадцать тысяч километров. А это не самая большая горная гряда на нашем континенте.
Я зависла. Это много, это очень много. Вспомнила карту, показанный мной командиром. Там я видела эти горы целиком на карте. Это какой масштаб карты должен быть? И почему я раньше не поинтересовалась? Но тогда получается…
— А река Эруул, какой она ширины?
— Местами больше трехсот километров.
— Это невозможно. Как? — и я опять зависла. Это очень много. Хотя… — А как мы с вами понимаем друг друга?
Теперь с непониманием на меня смотрел маг.
— Ну мы же говорим на одном языке. И я его раньше не знала.
— На общем. Уверена, что не знала? — я кивнула, конечно, уверена. Как можно быть не уверенной в таком деле? — Это дар всем разумным от Лефиф.
— Лефиф? Что за дар?
— Лефиф, он же Хайзин, Аласан, Хиленгар. Верховное божество, олицетворяет тьму и разум. И его дар, это общий язык всем разумным.
— Тьму и разум. Общий язык всем разумным, — я как попугай повторяла то, что не до конца понимала, а мой мозг опять начинал кипеть, — А дар в чем?
— Каждый разумный, изучая свой родной язык, само собой получает знание общего языка. С первых слов. Общий не надо учить.
— А-балдеть. И я на нем сейчас говорю?
— Да.
— Как такое вообще возможно?
— Божественная воля, — сказал маг, как нечто само собой разумеющееся.
Наверное, это должно было мне все пояснить. Божественная воля. Я не до конца поверила…
— И все знают общий?
— Все, кто умеет говорить.
— А исключения бывают?
— Нет.
— Круто, — а что тут ещё скажешь. — А зачем тогда вообще другие языки? Общий для всех и все довольны.
— Общий нельзя выучить самостоятельно. Это магия, и она завязана на твоё знание языка. Любого. Ты не сможешь сказать или понять то слово, которое тебе незнакомо, хоть на каком языке.
Я опять задумалась. Звучит невероятно. Невероятно даже для магии. У меня в голове крутились тысячи вопросов, но я не могла еще принять то, что уже узнала.
— Тогда получается, мой километр, может отличаться от вашего. Верно? — мне очень хотелось опровергнуть хоть какую-нибудь из тех невероятных вещей, которые я тут услышала. И очень хотелось нормальных пояснений, а не «божественная воля».
— Может, но не сильно. Я так полагаю, это не единственная мера измерений известная тебе?
— Нет.
— Язык приводит тебе ближайший вариант.
Я тоже покивала, от мага по нахваталась уже видимо. По идее, чего я так поражаюсь? Это совершенно другой мир. Факт? Факт. Магический… Так стоит ли чему-то так удивляться? И не верить. Зачем магу лгать?
— Александра, — я глянула на мага вопросительно, — ступай отдыхать. Сегодня был долгий день. Завтра продолжим. Мне тоже надо подумать, да.
— Хорошо, мастер. Спокойной ночи.
Мысли мои были не тут, и слова мага я отметила походя. Вся в раздумьях собрала посуду и отнесла ее на кухню. А потом и все остальное, кроме чайника с кружкой. Вдруг магу захочется чаю.