Невеста на ночь
«Но любовь к ребенку сильнее, — хотелось возразить Кэйро. — А еще мне надоело выслушивать попреки родителей, слишком одержимых работой, чтобы уделять нам внимание».
Но она опять отмахнулась от воспоминаний и сказала:
— Свою работу я не забываю. Во время экскурсий я иногда провожу раскопки. Вот почему я хочу, чтобы через месяц ты отправился со мной в Белиз.
— В Белиз? — Дункан усмехнулся. — В археологическую экскурсию или просто позагорать недельку-другую?
— И то, и другое, — созналась Кэйро. — На уроках подводного плавания или при осмотре заповедника ягуаров я обойдусь и без посторонней помощи. Но мне необходим человек, знакомый с джунглями и руинами поселений майя.
— Могу назвать десяток археологов, которые охотно примут твое предложение.
— Мне нужен не просто археолог. Я хочу… видишь ли… — Она отвела взгляд, заметив ироническую усмешку Дункана. — В общем, я хочу, чтобы рядом был человек, который не боится боа-констрикторов, умеет прорубать тропу в джунглях с помощью мачете…
— Такое под силу тебе самой, — перебил Дункан. — Помнится, у тебя была ручная кобра по кличке Зубастик, а однажды ты попросила родителей подарить тебе на Рождество живого крокодила.
Кэйро вздохнула — отчасти с досадой, отчасти потому, что Дункан ничего не забыл.
— Слушай, Дункан, такие экскурсии я уже проводила. Поверь мне, туристам приятнее видеть в качестве гида мужчину, а не женщину.
— Найди кого-нибудь другого.
— Не могу. Мне просто не хватит времени. И потом… — Последнее слово случайно сорвалось с ее губ, прежде чем Кэйро спохватилась. А если и этот довод не подействует?
— Договаривай, Кэйро.
Черт возьми! Она уставилась на него в упор.
— В рекламном проспекте напечатана твоя фамилия. Туристы ждут встречи с Дунканом Кинкейдом — выдающимся авантюристом.
На лице Дункана отразилось насмешливое удивление, гулкий хохот раскатился по пещере, заполнил каждый уголок и ударил в уши Кэйро.
— Похоже, ты заварила нешуточную кашу!
— Так ты поможешь мне расхлебать ее?
— Почему я?
— Ради всего, что было между нами.
— Ты добилась расторжения нашего брака. Ты не ответила ни на одно мое письмо. Ты…
— Ну пожалуйста! — тихо взмолилась она.
— Нет.
Схватив Кэйро за руку повыше локтя, Дункан повел ее к веревкам.
— Не отказывайся сгоряча, — просила Кэйро, послушно отдавая Дункану фотоаппарат. — Подумай хоть немного. Тебе же не помешают деньги.
Дункан обвязал Кэйро веревкой, пристегнул карабин и вложил веревку ей в руки.
— Поднимайся.
— Но я еще не закончила. Я не собираюсь сдаваться так сразу.
— Ты уйдешь отсюда, — твердо заявил он. — И я тоже, но не надейся, что я передумаю.
Неожиданно для самой себя Кэйро состроила женственную, кокетливую гримаску, надеясь хоть таким способом переубедить Дункана.
— И не смотри на меня так, Кэйро.
— Как «так»?
— Ты прекрасно понимаешь, о чем речь. Этот же фокус ты проделывала в Египте всякий раз, когда хотела чего-нибудь добиться от меня. Правда, тогда я был не в своем уме. Но теперь я выздоровел и уже не куплюсь на твои театральные уловки.
— Тогда почему же ты уходишь вместе со мной? Может, останешься здесь, а я отправлюсь домой одна?
— Лучше бы ты ушла раз и навсегда. Но раз уж ты здесь, я обязан проводить тебя. Чтобы убедиться, что ты уехала.
— От меня не так-то просто отделаться, Дункан.
Его прищуренные голубые глаза вспыхнули, он смерил ее взглядом:
— Знаю, давным-давно знаю.
У Кэйро перехватило дыхание, чего с ней не случалось с тех пор, как они с Дунканом стояли лицом к лицу в люксе для новобрачных в отеле «Луксор» в Лас-Вегасе. В тот раз он помедлил, а затем спустил с плеч бретельки ее белого легкого сарафана и запечатлел обжигающий поцелуй на впадинке у основания ее шеи.
Кэйро глубоко вздохнула и отвернулась, но ненадолго. Дункан протянул руку, приподнял указательным пальцем ее подбородок и заставил посмотреть ему в глаза. Большим пальцем он легонько провел по ее нижней губе — должно быть, она дрожала, выдавая нервозность Кэйро. Внезапно он отдернул руку.
— Мне не нужна твоя работа, Кэйро. И твои деньги тоже. — Он указал на веревку, которую вложил ей в руки: — А теперь поднимайся.
Спорить она не стала. Послушно карабкаясь вверх по веревке, она думала о том, что надо сразу вернуться в Сэнктуари и смириться с поражением. Близость Дункана слишком сильно волновала ее и сулила неприятности — одному Богу известно какие.
Кэйро вовсе не собиралась сдаваться.
Глава 2
Да, черт возьми, деньги ему не помешали бы! Дункан размышлял об этом, пробираясь по узкому туннелю. Однако даже ради денег он не собирался работать вместе с бывшей женой, какой бы обольстительной она ни была, как бы аппетитно ни выглядели изгибы ее бедер, манящие его за собой… куда угодно.
Кэйро Макнайт в совершенстве владела искусством флирта. Эта сирена целых пять лет дразнила и соблазняла Дункана, а потом, вскоре после свадьбы, разбила ему сердце. Нет, впредь он не поддастся ее чарам.
Никогда.
Зачем она вообще вернулась? Если она решила в очередной раз унизить его, то потерпела фиаско.
Откуда она узнала, что ему нужны деньги? О Дункане часто писали в журналах, но не упоминали про его финансовые дела. Очевидно, с тех пор как они расстались, Кэйро пристально следила за всеми поворотами судьбы Дункана и уже успела выведать, что его банковский счет представляет собой всего-навсего четырехзначную цифру. А еще она наверняка знает, что ему пришлось оплачивать лечение отца, специальную аппаратуру, сеансы физиотерапии и все прочие расходы, на которые не распространялся страховой полис. Но если бы она не вернула нераспечатанным одно из его писем, в котором он сообщал о лобовом столкновении машин, о смерти своей матери и травме позвоночника у отца, Кэйро не пришлось бы узнавать о подробностях жизни мужа через третьих лиц.
Если бы Кэйро прочла хотя бы одно из его писем, они до сих пор были бы мужем и женой. Но она пренебрегла письмами, а до этого не удосужилась даже проведать Дункана в забытой Богом египетской тюрьме. Возможно, он и вправду порой совершал ошибки, но Кэйро ни разу не дала ему шанса объясниться или исправиться.
А может, это и к лучшему. Меньше всего ему нужна такая обуза, как Кэйро — женщина, способная свести его с ума. Пусть даже у нее самые аппетитные ягодицы в мире, самые обольстительные глаза, самая сексуальная улыбка и жаркое, тесное…
Фонарик на шлеме Дункана уперся в какое-то препятствие, и только тогда Дункан сообразил, что Кэйро замерла на месте. Он протянул руку и коснулся бедра, обтянутого джинсовой тканью. Ему не сразу удалось отвести взгляд от двойного шва на джинсах, проходящего между ягодицами и скрывающегося в промежности. Медленно повернув голову, Дункан увидел, что Кэйро нахмурилась.
Она опустила руку и сбросила с бедра левую ладонь Дункана, а потом многозначительно перевела взгляд на его правую ладонь, поддерживающую ее снизу.
Кэйро нахмурилась сильнее, и Дункан нехотя отвел руку.
— Что с тобой? — спросила она, пристально и вопросительно глядя ему в лицо. — Последние пять минут ты что-то бормочешь себе под нос.
— Просто пытаюсь понять, что ты задумала.
— Я же объяснила.
— Да, конечно. Ты хочешь, чтобы я развлекал ораву богатых, избалованных туристов, которые не в состоянии отличить настоящего археолога от персонажа из приключенческого фильма, а руины майя — от дешевой студийной декорации. Не пойму только, зачем ты потащилась за мной в Сэнктуари? Гораздо проще было бы отправиться прямиком в Голливуд и нанять какого-нибудь красавца киноактера.
— Видишь ли, это чертовски трудно — найти себялюбца, похожего на тебя, воображающего себя величайшим из археологов современности, хотя на самом деле он не кто иной, как неудачливый авантюрист, над которым потешаются все ученые мира!
— Откровенный ответ.