Кареглазая моя (ЛП)

постель, дрожа от прохлады простыней.
Через минуту Джо вернулся в спальню с «Никоном» и маленькой отдельной вспышкой. Он
открыл плотные шторы, оставив прозрачные занавеси, которые немного скрадывали яркий
дневной свет. Когда он снял верхнее покрывало, я натянула простыню до подбородка.
Сейчас Джо смотрел на меня как-то иначе. Видимо, оценивая световые эффекты, тени,
визуальную геометрию.
– Мне неловко от своей наготы, – призналась я.
– Проблема в том, что ты не так уж часто расхаживаешь обнаженной. Тебе надо ходить без
одежды девяносто пять процентов времени и тогда привыкнешь.
– Ты явно в восторге от перспективы, – пробурчала я.
Джо улыбнулся и поцеловал меня в голое плечо.
– Ты так прекрасна без одежды, – прошептал он, продолжая целовать меня в шею. – Стоит
мне увидеть тебя в просторной майке, как я сразу же вспоминаю о сексуальных
округлостях под ней и мгновенно возбуждаюсь.
Я возмущенно зыркнула.
– Тебе не нравится, как я одеваюсь?
На мгновение перестав меня целовать, он ответил:
– Ты красива в любой одежде.
Самое странное в том, что Джо не врал. С самого начала я знала, что он не кривит душой, восхищаясь моим телом. Недостатки моей фигуры не были таковыми для Джо. Он всегда
разглядывал мое тело со смесью одобрения и желания, что страшно льстило.
Тут я задумалась. Возможно ли, что я неосознанно его проверяла, пытаясь выяснить,
действительно ли ему плевать на мои платья-рубашки, безразмерные майки и мешковатые
штаны? И они его явно не волнуют. Джо считает меня красавицей. Так почему я сама
должна думать иначе? И зачем тогда в моем шкафу все эти красивые ненадеванные
наряды?
– Стивен помог мне выбрать несколько действительно стильных костюмов. Я никак не
найду подходящего времени, чтобы их надеть.
– Ты не должна меняться ради меня.
Удивительно, но я тут же захотела, чтобы на мне было что-нибудь новое и красивое – то, что соответствовало бы тому образу меня, который сложился у Джо.
По его указанию я легла на бок, неловко подперев голову рукой.
Сев на корточки, Джо установил фотоаппарат. Щелкнул затвор, и на тумбочке включилась
лампа. Так Джо уравновешивал яркость солнечного света, льющегося из окна позади
кровати.
– Не надо стесняться. Каждая клеточка твоего тела невероятно соблазнительна. – Джо
подправил вспышку, снова проверил настройки и повернулся ко мне.
– Покажешь мне ногу? – негромко попросил он.
Я колебалась.
– Только ногу, – уговаривал он.
Осторожно я вытянула ногу поверх простыни.
Скользя глазами по обнаженной плоти, Джо покачал головой, будто не мог вынести
искушения. Отодвинув фотоаппарат, поцеловал меня в колено.
Я погладила его по черным волосам.
– Ты сейчас уронишь камеру.
– Мне плевать.
– Когда она разобьется, ты изменишь свое мнение.
Джо проник рукой под простыню.
– Возможно, прежде мы могли бы…
– Нет. Не отвлекайся.
Джо убрал руку и с надеждой спросил:
– Потом?
– Посмотрим, – не смогла сдержать я улыбку. И тут же услышала щелчок затвора. Джо
продолжил снимать меня с разных ракурсов, уверенной рукой подкручивая фокус.
– Почему ты сам регулируешь настройки? – спросила я, плотнее укутываясь в простыню.
– При таком освещении я быстрее настраиваю фокус, чем это делает автоматика.
Его руки на фотоаппарате выглядели очень сексуально. Особенно мне нравилось, как
умело Джо держит камеру и управляется с ней. Все-таки это особое удовольствие –
наблюдать за мужчиной, который мастерски справляется со своей работой.
Работал Джо сосредоточенно и больше ни на что не отвлекаясь. Через некоторое время он
уложил меня на живот и спустил простыню на попу, полностью открыв спину. Я опустила
голову на сложенные руки и искоса на него посмотрела. Несколько раз щелкнул затвор.
– Черт, какая же ты фотогеничная, – прошептал он, подходя к постели. – Твоя кожа
впитывает свет, будто жемчужина. – Джо продолжил снимать меня с разных ракурсов,
восторгаясь мною, флиртуя, лаская при каждом удобном случае. И я начала наслаждаться
 
процессом.
– Я тут подумала, что ты просто пользуешься моментом, чтобы меня полапать.
– Это дополнительный бонус, – пояснил Джо, забираясь ко мне на постель. Не выпуская
фотоаппарат из рук, он легко оседлал мои бедра.
– Эй, – запротестовала я, подтягивая простыню на груди.
Встав на колени, Джо направил фотоаппарат прямо на меня сверху и сделал несколько
снимков. В такой близости я не могла не заметить, как натянулась его ширинка. Шаля, я
погладила бугор и скользнула пальцами в проемы между металлическими пуговицами.
Джо подправил фокус.
– Эйвери, не отвлекай меня.
– Я лишь пытаюсь помочь. – И расстегнула верхнюю пуговицу.
– И вовсе ты не помогаешь. Вообще-то, эффект противоположный. – Он судорожно
выдохнул, когда я принялась за вторую пуговицу, и убрал мою руку. – Будь хорошей
девочкой и дай мне еще поснимать. Мне очень нравится этот ракурс. – Джо одарил меня
поцелуем в ладонь и придал позе расслабленности, переместив мою руку за голову.
Поправил локоть, смягчая угол. И при каждом его движении я ощущала приятное
давление на промежность.
Взяв фотоаппарат, Джо снова встал на колени. Он смотрел на меня, а я смотрела в
объектив и вспомнила, как мы в прошлый раз занимались любовью. Как Джо стоял у
кровати и, закинув мои ноги себе на плечи, дразнил и медленно входил в меня.
В этот миг, тая от эротических воспоминаний, я вдруг ощутила всеобъемлющее,
незнакомое прежде ощущение покоя и томной открытости. Мои комплексы испарились, и
я впервые не пыталась ничего скрыть. И это было настолько удивительно и неожиданно, что на моих губах заиграла легкая, изумленная улыбка.
Джо щелкнул затвором еще несколько раз.
– Вот так, – прошептал он, опустив фотоаппарат.
– О чем ты?
– У меня получился нужный снимок.
Я моргнула.
– Откуда ты знаешь?
– Иногда я чувствую это до того, как увижу. Все словно сходится. Стоит нажать на затвор, и я уже знаю, что вот он, идеальный кадр.
Джо потянулся поставить фотоаппарат на тумбочку, и я снова занялась ширинкой, скользя
волосами по его голому животу. Он тихонько рассмеялся и стянул майку. Я провела
языком по полоске волосков, спускающейся за пояс, наслаждаясь шелковистой кожей и
шероховатостью завитков. Низко застонав, Джо обхватил слегка дрожащими руками мою
голову. Поддалась еще одна пуговица, и еще одна, а затем я потянула за резинку трусов.
Джо приподнялся стянуть джинсы, но я не могла ждать и жадно набросилась на него, взяв
внушительную, обжигающе-горячую плоть обеими руками. Провела губами, и тонкая
кожица легко задвигалась по твердому члену. Джо застыл, забыв про сбившиеся на
коленях джинсы. Его легкие работали, как кузнечные мехи. Я облизывала Джо языком,
ощущая соль, атлас, чувствуя бешеный пульс. Его наслаждение было таким сильным, что, казалось, я и сама испытываю отголоски. Услышав его умоляющий стон, я медленно
подняла голову, продолжая ласкать языком член. Моим глазам предстало самое
соблазнительное зрелище на свете – раскрасневшийся, напряженный Джо.
Я проползла по нему, и он зарылся рукой мне в волосы, побуждая меня склониться.
Наконец он скинул джинсы, я села ему на бедра и потянулась направить его. С хриплым
шепотом он мне помог.
И я задвигалась – быстро, решительно, позабыв обо всем и полностью отдаваясь
наслаждению. Желая продлить удовольствие, Джо обхватил меня за бедра, заставляя
замедлиться. Он нежно ласкал меня, гладил, постепенно притягивая к себе. Наконец
поднял голову и обхватил мой сосок губами. Я извивалась, ощущая его жар внутри. Мне
казалось, что тело мое наполнено ощущениями до краев, что они сейчас выплеснутся,