Кареглазая моя (ЛП)
уходом этого придурка.
Долгое время я не могла вымолвить ни слова. Джо положил ладонь мне на
голову, словно защищая. И, оказалось, мне это было очень нужно. Я так крепко
прижалась к нему, что его тело стало необходимой линией раздела, границей
между мной и остальным миром.
Когда вот так держат разбитые кусочки тебя, это намного интимнее секса.
Постепенно я почувствовала, что согреваюсь, что возвращаются чувства.
Осознала, что щекой упираюсь Джо в обнаженное плечо, ощутила, какая горячая
и гладкая у него кожа.
– Я не хотела, чтобы информация о банкете попала в газеты. Просила приют
ничего не рассказывать.
– Сложно сохранить в тайне такой щедрый поступок. – Потянувшись, Джо
нежно поцеловал меня в ухо. – Можешь рассказать мне совсем немножко,
дорогая? О том, что он сказал тем утром?
Я с трудом сглотнула.
– Брайан позвонил и сказал, что его не будет на церемонии. Я подумала, что он
опоздает, поэтому спросила, не попал ли он в пробку, а он ответил, что нет, что
он вообще не приедет. Я была так потрясена, что лишилась дара речи. Даже не
смогла спросить, почему. Он сказал, что ему жаль, но он не уверен, любил ли он
меня когда-нибудь… или, возможно, любил, но чувства прошли.
– Если любовь настоящая, – тихо заметил Джо, – она не уходит.
– Откуда ты знаешь?
– Она же настоящая.
Мы медленно передвигались в воде, поворачиваясь, лениво скользя взад-вперед.
У меня не было опоры или контакта с твердой почвой. Лишь Джо. Он
контролировал наше движение, вел медленно и плавно, и меня убаюкивала
особенная чувственность этого скольжения.
– Брайан мне не изменял, ничего такого, – неожиданно продолжила я. – Он вел
кошмарный образ жизни. Работая на Уолл-стрит, нельзя даже пытаться заводить
отношения. Хотя бы до тридцати лет. Безумный график. Восьмидесятичасовая
рабочая неделя, попойки, отсутствие спорта и выходных… Брайан не мог
остановиться на достаточно долгое время, чтобы понять, чего он действительно
хочет.
Джо медленно сделал круг, и я поняла, что обвилась вокруг него, как русалка.
– Иногда ты думаешь, что любишь человека, – заметила я, – но на самом деле
ваши отношения – лишь привычка. В последнюю минуту Брайан понял, что
именно это он ко мне чувствовал.
Джо, положив мои руки себе на шею, соединил мои пальцы в замок. Я решилась
посмотреть ему в глаза и утонула в их обжигающей и одновременно спокойной
глубине. Наше движение по бассейну возобновилось, и я, держась за него, легко
скользила по воде. Каким бы ни было мнение Джо о Брайане – а оно, без
сомнения, было весьма эмоциональным – он пока оставил его при себе. Джо
молчал, терпеливо ожидая, вдруг я захочу продолжить. И каким-то образом
стало легче рассказать об остальном – о том, что знала только София.
– После звонка Брайана я пошла к отцу. Я заплатила за его перелет из Техаса,
чтобы он смог отвести меня к алтарю. Узнав об этом, мама пришла в ярость. Мы
с ней никогда не были особенно близки. И, кажется, обе почувствовали
облегчение, когда я уехала учиться в университет. Я люблю ее, но всегда знала,
что между нами что-то не так. После отца она дважды выходила замуж и
разводилась, но из всех своих мужчин его ненавидела больше всего. Она всегда
говорила, что, связавшись с Эли, совершила самую большую ошибку в жизни.
Думаю, она никогда не сможет смотреть на меня, не вспоминая, что я – плод
этой ошибки.
Теперь мы были на глубине. Я вцепилась Джо.
– Я держу тебя, – произнес он успокаивающе. – Продолжай.
– Мама заявила, что не придет, если Эли будет там. Сказала, что мне придется
выбирать между ними. И я выбрала его. В общем-то, это стало концом наших
отношений: с тех пор мы почти не говорили друг с другом. Я приглашала ее
приехать в Хьюстон и встретиться с Софией, но она каждый раз отказывается. –
Я расслабилась, когда Джо осторожно привел нас на мелководье. – Не знаю,
почему мне так сильно хотелось, чтобы Эли был там. Он не делал ничего из
того, что должен делать отец. Наверное, я думала, что если он отведет меня к
алтарю, то это что-то возместит. Исправит.
Джо посмотрел мне в глаза. Лицо его было непроницаемым.
– Что случилось, когда ты рассказала ему, что Брайан отменил свадьбу?
– Он дал мне платок и обнял меня. Помню, как я думала: «Это мой папа, и он
здесь. Я могу на него опереться, когда у меня трудности. И даже, наверное,
стоило потерять Брайана, чтобы понять это». Но потом он сказал …
– Что? – поторопил Джо, когда я замолчала.
– Он сказал: «Эйвери, в любом случае ваш брак не продлился бы долго». Он
поведал мне, что мужчины не созданы для моногамии – знаешь, биологически, –
и что большинство в конце концов разочаровываются в своих женах. Он сказал:
«Хорошо бы кто-нибудь давным-давно сообщил мне, что, как бы сильно ты ни
был влюблен – как бы сильно ты ни был убежден, что нашел «ту самую», – ты
всегда узнаешь, что обманываешь сам себя, когда будет уже слишком поздно». –
Я уныло улыбнулась. – Так папа понимал проявление доброты и поддержки. Он
старался помочь мне, открыв правду.
– Свою правду. Ничью больше.
– Это и моя правда.
– Ни черта подобного! – нетерпеливо отрезал Джо. – Ты проводишь большую
часть времени, планируя одну свадьбу за другой. Ты создала на этом бизнес.
Часть тебя верит в счастливый конец.
– Я верю в супружество для некоторых людей.
– Но не для себя? – Когда стало ясно, что я не отвечу, Джо продолжил: –
Конечно, не веришь. Два самых важных человека в твоей жизни нанесли тебе
двойной удар в тот момент, когда ты не могла себя защитить. Хотел бы я быть
там и задать им жару! – пылко добавил Джо.
– Не получится. Отец ушел из жизни, а Брайан этого не стоит.
– Однажды я все же задам ему жару. – Джо ослабил объятия, его движения стали
более дерзкими, более интимными. Небо окрасилось в кроваво-красный цвет,
жаркий вечерний воздух наполнился едким ароматом лантаны. – Когда, по-
твоему, ты будешь готова для новых отношений?
В последовавшей напряженной тишине я не посмела сказать ему, что на самом
деле думала… что пересказ горьких, грустных событий напомнил мне о том, как
сильно я не хотела им увлечься.
– Когда встречу мужчину подходящего типа, – наконец ответила я.
– Какой это тип?
В это мгновение Джо проскользнул пальцами под застежку бюстгальтера, и я
напряглась.
– Независимый. Тот, кто согласится жить раздельно. Кто не станет возражать,
если у нас будут разные увлечения, и разные друзья, и разные дома. Потому что
я люблю проводить много времени одна…
– Эйвери, ты описываешь не отношения, а дружбу, совмещенную с сексом.
– Нет, я бы не возражала быть частью пары. Я просто не хочу, чтобы отношения
поглощали все.
Мы остановились у края бассейна. Спиной я прижималась к стене, а ногами
едва доставала до дна. Пришлось вцепиться в его твердые плечи. Опустив глаза,
я заворожено уставилась на грудь Джо. На жесткие волосы, потемневшие и
распрямившиеся от воды.
– Похоже на твои отношения с Брайаном, – услышала я его голос.
– Не совсем, – защищаясь, ответила я. – Но да, нечто подобное. Я же знаю, что
для меня правильно.
В это мгновение он одним ловким движением расстегнул бюстгальтер, и
тяжелые чашечки ослабли. Я начала хватать ртом воздух и судорожно искать
ногами дно. Его руки скользнули мне на грудь, лаская под водой, дразня
затвердевшие соски. Джо снова прижал меня к стене, бедром развел мои ноги.
– Джо… – запротестовала я.
– Теперь моя очередь говорить. – Господи, у него не голос, а воплощение греха!
– Я тот мужчина, который тебе подходит. Может быть, я не тот, кого ты ищешь,