Кареглазая моя (ЛП)

слышно было на километры вокруг. Ава умерла от рака за два года до этого, и не было
никого, кто бы мог вмешаться и примирить отца с сыном. Несколько лет отношения между
ними были холодны как лед; восстановились же они, когда Джо поселился с Черчиллем
после несчастного случая на катере.
– Мне быстро пришлось научиться терпению, – рассказывал мне Джо. – У меня были
повреждены легкие, и я дышал словно пекинес. В таком состоянии трудно кому-либо
возражать.
– Как вам удалось помириться?
– Мы поехали играть в гольф. Я ненавидел гольф. Игра для стариков. Но отец настоял. Он
научил меня, как размахивать клюшкой. После этого мы сыграли пару раз. – На лице Джо
появилась улыбка. – Он был таким старым, а я таким разбитым, что оба набирали больше
ста тридцати очков. Плохой результат, наверняка знаешь.
– Но вы хорошо провели время?
– Да. И после все было прекрасно.
– Но… это же невозможно. Если вы не обсудили ваши сложности…
– Одно из преимуществ бытия мужчиной. Иногда мы устраняем проблему, решив, что все
это бред сивой кобылы, и не обращая больше внимания на всякую ерунду.
– Это не решение проблемы.
– Нет, решение. Как лечение во время гражданской войны: ампутировать и жить дальше. –
Джо сделал паузу. – С женщинами обычно такое не проходит.
– Обычно нет, – согласилась я сухо. – Мы любим решать проблемы, на самом деле
повернувшись к ним лицом и ища компромиссы.
– Проще сыграть в гольф.
Меньше чем за неделю наша команда организовала вечеринку для Хейвен Тревис. Темой
стал старинный пляжный променад, а точнее присущие ему игры и развлечения. Тэнк
подрядил декораторов местного театра соорудить и покрасить стол для десертов в виде
игрового аттракциона-павильона. Стивен нанял ландшафтного дизайнера устроить
временную площадку для мини-гольфа. Мы с Софией встретились с поставщиками
провизии и согласовали меню, идеальное для вечеринки на открытом воздухе: бургеры по
последним кулинарным тенденциям, кебабы из креветок на гриле и свернутые лепешки с
омарами.
Наша команда прибыла на место в десять утра; день обещал быть жарким – тридцать два
градуса – и очень влажным. Стивен помог сотрудникам фирмы по установке навесов
устроить несколько пляжных беседок около бассейна и вернулся на кухню, где мы
распаковывали декорации.
– Тэнк, мне нужен ты и твои люди для сборки игрового аттракциона, а потом… – При виде
Софии Стивен замолк на полуслове. Его взгляд прошел по всей длине ее гладких ног. – И
это вся твоя одежда? – спросил он, словно она была наполовину голой.
София, держа в руке большую беленую морскую звезду, посмотрела на него в
недоумении.
– Что ты имеешь в виду?
– Твоя одежда. – Нахмурившись, Стивен повернулся ко мне: – Ты и правда позволишь ей
щеголять в таком виде?
Я сильно удивилась. София была одета в стиле пин-ап сороковых годов: красные шорты в
белый горошек и подходящий топ с бретелькой через шею. Костюм подчеркивал ее
аппетитные формы, но ничего неприличного в нем не было. Я понять не могла, почему
Стивен так взъярился.
– Что с ним не так? – спросила я.
– Слишком коротко.
– На улице тридцать градусов, – рявкнула София, – и я буду работать весь день. Хочешь, чтобы я оделась, как Эйвери?
За что заработала от меня сердитый взгляд.
Этим утром я думала надеть что-то из новой одежды, большая часть которой так и висела
в шкафу нетронутой. Но со старыми привычками все же трудно расставаться. Вместо
нежного и яркого я выбрала старое и проверенное – просторную белую блузку свободного
кроя из хлопка без рукавов и шаровары, которые, несмотря на очаровательное название
«брюки для поэтов», определенно мне не шли. Однако наряд был удобен, и я чувствовала
себя в нем в безопасности.
Стивен бросил на Софию обжигающий взгляд.
– Разумеется, нет. И все же это лучше, чем вырядиться так, будто ты знаменитая
танцовщица в стриптиз-клубе.
– Все, Стивен, хватит, – оборвала его я.
– Я уволю тебя за сексуальные домогательства! – воскликнула София.
 
– Не выйдет. Только Эйвери может меня уволить.
– А ей и не придется, если я тебя прикончу! – София подскочила к нему с морской звездой, словно дубинкой, наперевес.
– София, – вскричала я, обхватив сестру за талию. – Успокойся! И положи эту штуку!
Боже, вы что, оба рехнулись?
– Кто-то тут определенно рехнулся, – Стивен никак не унимался. – Если только в планы не
входит использовать Софию как наживку для миллионеров.
Ну все. Никому не позволено так оскорблять мою сестру!
– Тэнк, – скомандовала я грозно, – убери его отсюда. Швырни в бассейн, чтобы он остыл.
– В буквальном смысле? – уточнил Тэнк.
– Да, в буквальном смысле швырни его в бассейн.
– Только не в бассейн, – донесся приглушенный голос Стивена: Тэнк уже схватил его за
шею. – На мне льняная одежда!
У Тэнка было много отличных качеств, но больше всего я ценила его безоговорочную
преданность мне. Он выволок Стивена, семенящего за ним, словно неуклюжий
медвежонок, из кухни. Ни сопротивление, ни ругань не могли его остановить.
– Если я тебя отпущу, – сказала я Софии, изо всех сил пытавшейся вырваться, – обещай, что не пойдешь за ними.
– Я хочу посмотреть, как Тэнк швырнет его в бассейн!
– Понимаю. Я тоже хочу. Но это наш бизнес, София. У нас есть работа, которую нужно
выполнить. Не позволяй временному помешательству Стивена отвлечь тебя от главного. –
Почувствовав, что София расслабилась, я убрала руки.
С разгневанным и одновременно огорченным лицом сестра повернулась ко мне.
– Он меня ненавидит. Не понимаю, почему.
– Это не так.
– Но почему…
– София, он придурок. Поговорим об этом позже. А сейчас – за работу.
Когда я увидела Стивена два часа спустя, его одежда почти высохла. Он заканчивал с
площадкой для мини-гольфа, устанавливая на ней старинный водолазный шлем –
предполагалось, что мяч прокатится по газону, вверх по небольшому подъему и в
иллюминатор.
Когда я остановилась рядом, Стивен регулировал уровень подъема.
– Шорты от Дольче и Габбана. Только сухая чистка. С тебя триста баксов, – процедил он.
– А с тебя извинение. Впервые ты повел себя на работе непрофессионально.
– Приношу свои извинения.
– Ты должен извиниться перед Софией.
Стивен по-бунтарски хранил молчание.
– Не хочешь объяснить, что происходит?
– Я уже объяснил. У нее неподобающий наряд.
– Потому что она выглядит привлекательно и сексуально? Ни для кого это не является
проблемой. Почему тебя это так сильно беспокоит?
И снова гробовая тишина.
– Приехали поставщики провизии, – сказала я наконец. – Музыканты появятся в
одиннадцать. Вэл и София почти закончили с украшением комнат; потом они примутся за
столики на улице.
– Мне нужна помощь Ри-Энн с беседками около бассейна.
– Я ее пришлю. – Я сделала паузу. – Еще кое-что. Начиная с этого момента, я настоятельно
требую, чтобы ты относился к Софии с уважением. Пусть в принципе я отвечаю за найм и
увольнение, мы с Софией равноправные партнеры. И если она захочет, чтобы ты ушел, ты
уйдешь. Понятно?
– Понятно, – пробормотал Стивен.
Направившись к дому, я прошла мимо Тэнка, который нес две огромные связки гелиевых
шаров для павильона с десертами.
– Спасибо за помощь со Стивеном, – сказала я.
– В смысле за то, что швырнул его в бассейн? Без проблем! Я его снова туда швырну, если
хочешь.
– Спасибо, – сказала я со зловещей ухмылкой, – но если он опять выйдет за рамки
дозволенного, я сама это сделаю.
Я вернулась на кухню, где Ри-Энн и поставщики провизии распаковывали посуду для
обеденной зоны.