Поцелуй смерти (СИ)
Точнее и не кажешь. Но не говорить же ей.
— Ситуация нестандартная, но его величество придет к тебе еще раз, чтобы получить точный ответ. Поверь мне. Только прошу: в этот раз не оплошай.
— Да, я буду держать себя в руках. Ты правда думаешь, что он придет?
— Не сомневаюсь в этом!
Зная особенность его рода и помня тот измятый листок… Да и не такой мужчина наш император, чтобы отступиться, не доведя дело до конца. Лишь бы история с обмороком не повторилась!
* * *Лорд Эдвард Сеймур
В этот раз я нашел императора в зале совещаний. Он сидел за пустым столом и пил… успокоительное. Очень необычный выбор.
— Ты сделал предложение? — высказал я предположение.
— Да. Ужасно получилось. Надо было в детстве не законы учить, а тренироваться делать предложение, — простонал друг, прикрыв лицо руками.
Представив, чем бы тогда все закончилось, я только покачал головой. Наш монарх совсем потерял разум.
— Она тебе отказала? — скептически посмотрел на Эдуарда.
— Она упала в обморок, — уныло ответил он.
Обдумав услышанное, я кашлянул.
— И только попробуй съязвить, что это я так влияю на женщин! — прорычал друг.
Была такая мысль, но сказал я совсем другое:
— Это она от радости.
Посмотрев на меня исподлобья, император застонал.
— Ну почему с женщинами так сложно?
— Анна уверена, что Валенсия к тебе неравнодушна. Может, попробовать еще раз?
— Знаешь, сколько я решался на прошлый? — хмуро спросил Эдуард.
— Тебе не пристало робеть! Ты же император, — приободрил я его.
— Да? — неуверенно переспросил монарх.
— В чем ты сомневаешься? В том, что на тебе корона, или что надо быть решительнее? — уже внимательнее посмотрел на друга я.
А не вызвать ли нам врача? Ну совсем неадекватное поведение.
— Уверен, Анна не преподнесет тебе такой подарок, — буркнул его величество.
— Если даже лишится чувств, я палач империи, мы сдавали нормативы первой помощи и помощи в критических ситуациях. Знаю, как помочь в таких случаях. Приведу в себя и допрошу еще раз.
— Допросишь?
— Спрошу, — поправился я.
— Ты сказал — допросишь, — упрямился друг.
— Тебе показалось, — не пошел на попятное и насмешливо посмотрел на императора.
— Ты совершенно ужасный змейс.
— Который говорит тебе взять себя в руки и поговорить со своей дамой сердца еще раз. Уверен, она жалеет о случившемся и бросится в твои объятия, едва ты появишься.
— Иди-ка ты лучше выводи преступников на чистую воду, это у тебя лучше получается, — мрачно послал меня Эдуард.
Пожав плечами, я повиновался приказу. Тем более, что я собрал всю информацию и проверил свои гипотезы. Может, и правда пора начинать?
* * *Давно меня не было в мужской тюрьме города, практически забыл эти ностальгические интерьеры. Кстати, это место никогда не меняется, определенная стабильность в жизни. После моей чистки знати многие из них сейчас сидят здесь, в пансионе родного государства. Но сегодня я пришел не к ним.
Заключенного привели довольно быстро. Тот мрачно на меня взглянул и уселся напротив.
— Как ты здесь? Может, нужно что-то передать из вещей?
— Нет, ничего не нужно. Условия вполне терпимые. Кормят только паршиво и яда нет, — вздохнул брат.
— Да, но его не разрешено проносить. Потерпи.
— Не будешь ругаться? — вскинул брови Роберт.
— На счет чего? — удивился я.
— Что я неразумно себя вел.
— Какая мне разница, как ты себя ведешь со своей возлюбленной? — не понял я.
— Ну, я же в итоге попал сюда, — пояснил Роберт, косясь на меня.
— В тюрьме ты оказался из-за моей работы, а не из-за своей любви. Сейчас я веду дело…
Брат громко вздохнул, прерывая меня.
— Что? — удивился я, всматриваясь в него.
— Значит, Морель здесь ни при чем?
— Нет, конечно. Как ты вообще пришел к таким выводам? И еще работаешь следователем. У тебя есть раскрытые дела?
— Не язви. И так плохо.
— Лезть в ваши отношения я не собираюсь, выйдешь отсюда — и разберетесь сами. Но ты своим поведением дал преступнику идею, а точнее — он воспользовался обстоятельствами.
— Посвящать меня ты не будешь?
— Нет. Тайна остается тайной, только если ее знает один человек.
— И как тебя терпит Анна? Идеальная женщина!
Улыбнувшись, я согласился.
— В кой-то веки ты прав. Кстати, что передать маме?
Роберт застонал.
— Она знает?
— Конечно. Об этом писали в газетах. Она очень обеспокоена. И спрашивала, хорошо ли ты питаешься.
Брат кисло на меня посмотрел.
— Плохо, но ей не говори.
— Хорошо, сам пообщаешься. Ты скоро отсюда выйдешь. А пока у тебя есть время подумать, — заметил я, вставая. Время свидания подходило к концу.
— Ты ее увидишь? — спросил Роберт.
Притворяться, что его не понимаю, не стал.
— Увижу.
— Как она там?
— Получила большое наследство, так что думаю, что неплохо. Более детально узнаешь сам.
Вмешиваться в личную жизнь брата я не собирался, мне своей хватает. И, вспомнив об Анне, я улыбнулся. Надо сходить навестить ее, отдохнула — и хватит.
* * *Мисс Анна Аркури
Из-за треволнений чужих отношений я незаметно для себя успокоилась, и встреча с шефом перестала навевать ужас. Осталось смущение, необходимо было многое переосмыслить, но одно я знала точно: не хочу, чтобы змейс исчез из моей жизни. Что угодно, только не это.
Конечно, надо решить…
Тут мои мысли прервал стук в дверь. Нахмурившись, я направилась открывать. Ну как можно страдать из-за любви в этом бедламе? Ни одной свободной минуты!
— Кто?
— Анна!
Услышав срывающийся голос, я распахнула дверь, и передо мной предстала заплаканная девушка. Посетило чувство дежавю.
Посторонившись, я пригласила:
— Проходи.
Сомери переступила порог, дошла до гостиной и рухнула в кресло, а я пошла делать успокаивающий чай. Когда поток слез закончился, моя гостья немного пришла в себя и согрелась горячим напитком, тогда мы смогли нормально поговорить.
Первое, что она спросила, было:
— Ты сказала Роберту, что я девственница?
— Да.
Не было смысла отрицать. Я разгласила довольно личную информацию и сейчас заслуживаю порицания и гнева, но Морель сидела, прикрыв глаза, и молчала.
Откашлявшись, я сказала:
— Прости.
— Сначала я на тебя дико злилась, но потом почувствовала облегчение. Наконец эта история вышла наружу и не я в этом виновата. Очень мелочно.
— Ты излишне самокритична, — заметила я. — Многим людям свойственно проявлять слабость. Что у вас там случилось, расскажешь?
— Почему нет? Это не секрет. Мы с Робертом познакомились, когда он учился в академии, а я была совсем юной девушкой. Мы дружили, потом понравились друг другу, вспыхнули чувства. В день моего совершеннолетия он сделал мне предложение. Но роман наш был тайным: мой отец занимал высокое положение и не любил змейсов. Его зять им быть не мог. Да еще третий сын. Он узнал, был скандал.
— Классическая история…
— У отца имелись связи, и он обещал сломать карьеру Роберта, меня же увез из столицы на то время. Это не могло стать решением даже при том, что я от него зависела, не получив профессии, а Роберт еще учился. Отец был умным и хорошо все просчитывал. Какой у него характер, до конца я тогда не представляла. Использовав сильную иллюзию, он поддельную меня отправил в руки моего якобы жениха, будто между нами была близость и чтобы это увидел Роберт.
— Ты могла бы объяснить…
— Тогда я отсутствовала в столице, я написала ему письмо и все рассказала, а в ответ получила сухое пожелание счастья. У меня было два любимых мужчины: отец и Роберт. Один исковеркал мне душу в угоду своих амбиций, а другой предал недоверием. Он же должен был понимать, что нас попытаются разлучить, и все равно с такой легкостью обманулся.