"Сломанная подкова" Таверна у трёх дорог (СИ)

- Если у нас получиться – ты станешь одной из самых завидных невест! – улыбнулся он.
- У меня уже есть жених, - чопорно ответила я, потупив глазки, а потом рассмеялась.
Эндрю тут же присоединился. Отсмеявшись, он посерьёзнел.
- Обещай, если у нас не получится, ты не бросишь Оливию, - попросил он.
- Можешь на меня положиться! Надеюсь, этого не понадобиться.
И мы принялись разрабатывать план, как перекрыть дорогу в горы.
***
Обдумали массу вариантов: от перепахать поле и разбить огород, до рва с водой. Но всё это казалось слишком нарочитым. Нужно сделать что-то такое, чтобы и в глаза не сильно бросалось и вроде бы сделано без особого умысла, а с этим было сложнее.
Конечно, будь у нас время, мы бы так не заморачивались, а заручились поддержкой влиятельных людей и выдавили бы барона со своей территории. Ведь мой основной план состоял в том, чтобы прокопать вход в угольную шахту со своей стороны и переманить шахтёров, посулив повышения заработка и лучшие условия труда.
Но времени у нас не было, поэтому приходиться идти на крайние меры: перекрывать дорогу и взять Сент-Моренна измором. Я прикинула, что за месяц в город отправляются четыре-пять обозов. Стоимость одной телеги с углём я узнала ещё на угольном складе. Сопоставив количество подвод, рассчитала выручку - сумма получалась немалая. Если всё получится, мы можем рассчитывать на третью часть, не больше.
Этого, конечно, недостаточно, чтобы выкупить закладную, а значит нужно подстраховаться. Расспросив Эндрю про активы, я узнала, что помимо полей, которые он сумел засеять, его семье принадлежат сразу две мельницы, обе располагаются возле небольшой речушки, берущей своё начало в горах.
Правда, мельницы вот уже второй год простаивают, ведь прошлогодний урожай Оливия продала практически на корню – зерном. Сейчас мельники подрабатывают тем, что берутся молоть зерно у окрестных крестьян. Вырученные средства в основном идут на то, чтобы поддерживать механизмы мельниц в относительном порядке.
Помимо мельниц Сент-Хоффам ещё принадлежит огромный амбар, именно там хранилось зерно и готовая мука, уже оттуда всё это развозилось по лавкам и магазинам.
Проблема состояла в том, что Эндрю никогда особо не занимался семейным бизнесом, теперь с трудом наверстывая упущенное.
- Ты упоминал управляющего, где он? Нужно его разыскать!
- Боюсь, господин Бредли не захочет возвращаться, ведь матушка погнала его прочь. К тому же, он очень стар, служил ещё моему деду, а потом отцу. Вряд ли старик Бредли захочет менять свою спокойную жизнь на всё это.
- Но, попытаться всё же стоит, хотя бы извиниться. Возможно, он даст нам пару дельных советов, - настаивала я.
- Для этого придётся ехать в город, насколько я знаю, он купил там небольшой домик и целый день возиться у себя в саду.
Меня порадовало, что Эндрю хотя бы догадался справиться о том, как живёт старый управляющий. Надеюсь, господин Бредли не держит зла и поможет нам наладить старые торговые связи.
- Скажи, кроме меня кто-то ещё в курсе вашего бедственного положения?
- Сомневаюсь, - Эндрю нахмурился, - но, думаю, некоторые уже подозревают, что что-то не так.
- А банки? Ты пробовал попросить денег там?
- Это первое, что я сделал. Но банкам уже известно про закладную, никто не хочет связываться с почти что банкротом, - Эндрю горько ухмыльнулся.
- Печально, тогда на твоём месте я бы начала собирать по дому ненужные побрякушки. Вот эти статуэтки, сколько можно за них выручить? – я щёлкнула по носу стоящего на столе бронзового воина в старинной одежде. – Лучше всего отвезти их куда-то подальше, в большой город, где тебя никто не знает. Так и разговоров будет меньше. Нам нужны деньги, чтобы нанять рабочих, копать холмы.
- Боюсь, ценного уже ничего не осталось. Всё ушло на семена для посевов и оплату работникам, а это так, копеечные безделушки, но я велю горничной собрать всё, что ещё можно, - вздохнул Эндрю.
Обсудив планы на ближайшие дни, мы распрощались, я и так уже подзадержалась, у меня там Марыся и так одна отдувается!
  
Глава 37
Уже следующим днём у нас появился охранник.
- Капрал Вешков, - коротко представился он.
На вид я дала бы ему лет шестьдесят – не меньше. Приземистый, с широкими плечами и огромными ручищами, он имел довольно устрашающий вид. Всё дело в том, что его лицо пересекал старый, грубо зарубцевавшийся шрам, придавая всему облику довольно мрачный и угрюмый вид.
Помимо шрама, капрал ещё припадал на правую ногу.
- Старая рана, - пояснил он.
Человеком он оказался немногословным и, не смотря на свою внушительную фигуру, умел быть незаметным.
Вместе с капралом в таверне появилось два охотничьих карабина. Оружие было старое, повидавшее виды, но исправное. Мужчина с нежностью проводил ладонью по воронёному стволу, поясняя его устройство.
Я настояла на том, что должна уметь пользоваться стрелковым оружием, дабы при случае защитить себя и близких, поэтому Эндрю передал мне карабин своего отца.
Когда-то я неплохо стреляла в городском тире, выбивала восемь из десяти, пора вспомнить былые навыки. Старинный карабин не сильно отличался от знакомого мне оружия, уже к вечеру я с лёгкостью могла разобрать его, почистить и заново зарядить, чем приводила мрачного капрала в полный восторг.
- Завтра пойдём в холмы, посмотрим, как вы, леди стреляете! – заявил он.
Эндрю весь день не было, зато он появился к вечеру, быстро перекусил и, подкараулив Гордея, украдкой отвёл его в сторону. О чём они разговаривали – я не знаю, но в таверну Сент-Хофф вернулся очень довольным.
Перекинувшись с капралом парой фраз, жених пожелал мне спокойной ночи, добавив, чтобы завтра его не ждали – дела и отбыл восвояси. Единственное, от него я узнала: капрал Вешков – старый друг отца, полковой сослуживец. Вроде даже жизнь спас, получив тот самый безобразный шрам.
Отец Эндрю как мог, поддерживал старого товарища, даже дал ему работу – поручил охранять самое ценное: тот самый амбар, в котором хранился весь годовой запас зерна. Но после смерти старшего Сент-Хоффа очень много людей остались без работы. Кто-то подался в город, другие перебивались мелкими подработками.
Капрал разом лишился жилья и постоянного заработка. Скопленные средства помогли ему пережить зиму, но нормальной работы он так и не нашёл, слишком тяжело было конкурировать с более молодыми и расторопными.
Вернувшись домой Эндрю сразу же разыскал Вешкова, как мог, помогал ему, пока сам не оказался в том самом незавидном положении. А как только я заговорила об охране таверны, он сразу понял, кому можно это доверить.
Капрал занял одну из чердачных комнат, но когда я среди ночи спустилась попить воды, то заметила его сидящим у окна. Рядом лежал неизменный карабин.
- Что-то случилось?
- Нет, леди, просто бессонница.
Я посоветовала ему выпить стакан воды с мёдом или тёплого молока и, прихватив кувшин, вернулась к себе.
Утром ничего не напоминало о его бессонной ночи, капрал был так же мрачен и угрюм, а после завтрака потащил меня в холмы.
Когда мы отошли на приличное расстояние, выбрав пригодное для стрельбы место, я принялась стаскивать с себя верхнюю юбку, представ перед капралом в мужских брюках, которые заблаговременно надела под женское платье. В глазах мужчины мелькнуло удивление.
- Так удобнее, - пояснила я.
Рядом с капралом я стала говорить такими же короткими, рубленными фразами.
Он кивнул и принялся объяснять мне, как правильно держать оружие, как целиться.
- Какова отдача? Не хочу ходить с синяками!
В этот раз удивление на лице капрала уступило место уважению.
Смягчить отдачу мы решили той самой юбкой, свернув её и подложив в нужное место, но всё равно после каждого выстрела приклад больно ударял в плечо, а дуло задиралось вверх. Меткость при этом сильно страдала. Но я стиснула зубы, посылая пулю за пулей, и скоро у меня стало неплохо получаться.