Спасти чудовище (СИ)
Девушка переступила порог и невольно вспомнила, как стояла здесь всего неделю назад, пытаясь потребовать плату за свою работу. Казалось. что с того момента прошла целая вечность. Судя по взгляду, граф Уорвик подумал о том же.
— Мне кажется, я должен быть благодарен Амалии, — прошептал он, подводя жену к креслу.
— Возможно, — она присела, и только тогда заметила маркиза, стоящего у окна. Он задумчиво смотрел на нее, словно ожидая какого-то рассказа. Запоздало Эйлин поняла, что Максимилиан, мог наблюдать, как она возвращалась в дом. Благо, сама беседка не была видна из окон кабинета.
— Я решила прогуляться в саду, — зачем-то пояснила она.
— Успешно? — дю Вилль изогнул бровь.
Девушка пожала плечами, давая понять.
— О какой успешной прогулке может идти речь, если имение оцеплено людьми Уэстона? — вмешался Джаспер.
— Да, — Эйлин похолодела, понимая, что приход виконта не остался незамеченным наблюдателями. Что, если констебль потребует объяснений от Джаспера? Но рассказывать графу об ужасных словах, которые были произнесены в беседке Эйлин не могла.
— Я… я не подходила к ограде, поэтому не заметила соглядатаев, — сказала она почти правду.
— Зато они, наверняка, видели тебя… — Джаспер задумался. — Это может сыграть нам на руку.
— Выходить на прогулку в одно и то же время? — подхватил Максимилиан. — Неплохо.
— Вы о чем? — Эйлин недоуменно смотрела на мужчин.
— Сад большой, а люди констебля стоят за оградой, — пояснил Джаспер. — Тебя они знают плохо, и если наложить иллюзию на служанку…
— Зачем? — возразила девушка.
— Чтобы увезти тебя отсюда, пока все не проясниться!
— Ты хотел сказать “если прояснится”, - поправил его друг.
— Что?
— Эйлин, — Джаспер сжал её ладонь. — Послушай, обвинения слишком серьезные, а у нас нет ни одного доказательства твоей непричастности.
— Зато на лицо мотив и возможность, — насмешливо протянул Максимилиан.
Эйлин вспыхнула:
— Вы действительно считаете, что я могла убить девочку, с которой год бок о бок трудилась в мастерской?
— Не важно, что считаю я, Но другие посчитают, что поставленная на кон репутация невесты графа — весомый повод, чтобы заткнуть рот маленькой нахалке раз и навсегда.
— Каждый судит по себе, — не сдержалась девушка.
Маркиз растянул губы в неприятной улыбке:
— Рад, что вы начали это понимать. Случись это раньше, мы бы не придумывали сейчас, как вас вытащить из этой передряги.
— Хотите сказать, что это — моя вина?
— Сейчас не время обсуждать, кто виноват, — вмешался Джаспер. — Надо увезти Эйлин и найти настоящего убийцу.
Дю Вилль кивнул, соглашаясь.
— Вопрос только куда… — задумчиво протянул он.
— И еще — согласится ли “она”, - в тон ему ответила девушка, которой надоело, что о ней говорят, как об отсутствующей.
— Она, вернее, ты согласишься, — произнес граф, не терпящим возражений тоном.
Эйлин упрямо сжала губы. Она не собиралась спорить с мужем в присутствии постороннего, пусть даже и друга. но и уезжать, бросая того, кто в ней так нуждался, тоже не собиралась.
— надо подумать, как вывезти твою жену из имения экипажи наверняка будут досматривать люди Уэстона, — продолжал размышлять маркиз. — И кто поедет с твоей женой, поскольку все мы должны остаться здесь, чтобы не вызывать подозрений.
— Видите, — Эйлин воспряла духом. — ни места, ни сопровождения. Поэтому, давайте прекратим бессмысленные разговоры!
Мужчины недовольно переглянулись, но замолчали.
Чуть позже, когда маркиз заявил, что хочет вздремнуть, а новобрачные предпочли перейти в гостиную, к ним присоединился архиепископ. Несмотря ни на что, его преподобие пребывал в хорошем расположении духа, по всей видимости, это было влияние мадейры, бутылку которой Эйлин распорядилась отнести в его комнату. Во всяком случае бледные щеки покраснели, а глаза подозрительно блестели.
— Надеюсь, вы не в обиде на то, что вас вынудили остаться? — тихо поинтересовалась Эйлин.
— Ну что вы! — улыбнулся его преподобие и обратился к хозяину дома. — Я уже прошелся по вашему саду, Джаспер! Вам необходимо посадить несколько кустов гортензий — они скроют неприятные лица тех, кто следит за домом.
Граф усмехнулся.
— Если хотите, я могу привезти вам несколько кустов из своего сада.
— Не боитесь, что их выкинут люди констебля.
— Вряд ли те, кто следят за домом будут досматривать мой экипаж, — возразил архиепископ.
— А ведь действительно… — внезапно Джаспер оживился. — Страх и уважение так велики, что никто не посмеет!
— Об этом я и говорю, — его преподобие наклонил голову. — И раз уж я вынужден проводить время здесь, я бы предпочел провести его с пользой.
— Думаю, вы сможете принести пользу больше, оставаясь у себя в имении, — возразил граф. — Эйлин!
— да? — девушка напряглась, догадываясь, что он задумал.
— Вот мы и нашли для тебя убежище! Ты поедешь с его преподобием. Вы же не откажетесь приютить мою жену?
Архиепископ взглянул в глаза девушки.
— Только если она поклянется на святой книге, что непричастна к убийству девочки. Прятать в своем доме преступницу не собираюсь.
Эйлин покачала головой:
— Вы не оставляете мне выбора. Откажись я, вы будете считать меня причастной, а как только я поклянусь…
— Я с радостью предоставлю вам убежище и защиту святой церкви, — архиепископ улыбнулся.
Девушка вздохнула:
— Похоже у меня нет выбора. Я клянусь, что не желала смерти Агнесс…
— Ей никто не желал смерти, — леди Вайолет показалась в дверях. — Что за представление, дорогая?
— Я попросил её сиятельство поклясться, что она не имеет отношения к смерти девочки. Вас, миледи я прошу о том же, — архиепископ поднялся.
Достопочтенная леди прищурилась:
— Я не вижу здесь святую книгу.
— Мне будет достаточно вашего слова.
— Хорошо. Клянусь, что не желала убить эту девчонку, но жажду убить вас! — она присела в кресло, позволяя мужчинам занять свои места.
— Это для меня не ново, — ухмыльнулся его преподобие. — И не скажи вы последних слов, я бы усомнился в первых. Джаспер, а вы?
— Усомнился ли я в том, что моя тетя может кого-то убить?
— Желали ли вы смерти девочки?
— Нет. И я думаю, что её убил тот, кто покушался на Эйлин и пытается всеми силами расстроить наш брак.
— И какой смысл ему убивать того, кто распускала слухи о вашей невесте?
— Она подкинула Эйлин в комнату магический заряд. Вполне вероятно, после того, как тетя выгнала Агнесс из имения, девочка просто стала не нужна, более того — опасна, поэтому её заставили замолчать навсегда.
— Хочешь сказать, останься Агнесс здесь, то была бы жива? — ахнула Эйлин.
— Не знаю. что толку гадать? Сейчас надо сосредоточится на расследовании, которое Уэстон вряд ли осилит.
— Потому что ты не даешь ему всей информации, — фыркнула тетя.
— С чего мне её давать? Он уверен, что моя жена причастна к смерти Агнесс и притянет за уши любой факт…
— Откуда Агнесс вообще взяла заряд? — поинтересовался архиепископ, перебивая хозяина дома. — не привезла же она его с собой из столицы?
— Нет, мы вместе разбирали платья, и я бы заметила, — отозвалась Эйлин.
— Значит, убийцу она встретила уже здесь, — задумчиво протянул архиепископ.
— Либо они давно знакомы и он просто приехал следом. Никто не следил за Агнесс, и она вполне могла встретится с убийцей где-то неподалеку.
— Может, стоит расспросить миссис Доудсон? — предложила леди Вайолет. — Она присматривала за девочкой и часто жаловалась, что та ленива и постоянно убегает, вместо того, чтобы работать.
— Вряд ли миссис Доудсон знает, куда сбегала Агнесс, — возразил граф Уорвик. — Впрочем со слугами поговрить все равно придется и приказать держать рот на замке, особенно с констеблем.
— Не думаю, что это сработает, но попробовать стоит, — кивнула леди Вайолет. Она замолчала, потому что в комнату вошел слуга.