Ненавижу тебя любить (ЛП)

Он произнес мою фамилию так, будто мы друзья.
Но в этой аудитории я — неудачница без друзей.
Сдавшись, я взялась за края стула и начала разворачиваться в их сторону. Остальные четверо ребят отделились. Шей придвинулся вместе с Линде, сидевшей напротив меня девушкой и еще одной девчонкой. Обе заинтересовались, услышав мое имя, и я сразу почувствовала их любопытство.
Одна была одета в коричневый свитер и обтягивающие джинсы, с волосами, собранными в высокий небрежный пучок, и скажи она, что состоит в женской общине, я бы не удивилась.
Я вешала ярлыки, и мне это не нравилось, но клянусь, она действительно походила на девушку из сестричества.
Другая девочка оделась не так кричаще, но в подобные вещи.
Обтягивающие джинсы и белый свитер вместо коричневого. Темные волосы она распустила. Обе с натуральным макияжем: светло-розовой помадой и тенями. Первая девушка была красивой, а глаза второй слишком велики для ее лица, так что я не могла записать ее в ту же категорию.
Я окинула взглядом Линде. Круглое лицо с морщинками возле рта и глаз. За прошедшие две недели я довольно часто слышала его смех, так что понятно, по какой причине они появились. Он огромный как бык, и каждый раз, когда я его вижу, хочется обнять его как плюшевого медвежонка.
— Откуда ты знаешь мою фамилию?
Я отказывалась смотреть на Шея Коулмана.
Он и мое имя знает тоже?
— Гейдж сказал присмотреть за его младшей сестрой, Кеннеди Кларк.
Я обернулась и постаралась не чувствовать удара под дых. Боже. Как он красив. Устремив на меня взгляд, он не отводил глаз. Полностью сфокусирован на мне. У меня аж во рту пересохло.
— Ты дружишь с моим братом?
Когда это произошло? Я сомневалась, что это правда. Гейдж бы уже хвастался как павлин.
Эти глаза все еще смеялись надо мной. А губы сложились в усмешку.
— Он был на вечеринке. Мы болтали про пары, и он попросил присмотреть за тобой. — Шей уже улыбался во всю. — Гейдж сказал, что его сестра слегка агрессивная. Я сразу понял, о ком он говорит.
Воздух покинул меня. Гейдж, вот же говнюк.
Я старалась сохранить маску невозмутимости на лице.
— Это просто смешно.
Блеск в глазах Шея подтвердил, что он тоже так думает. Я видела это. Я выглядела как сука, но, поверьте, на то имелась причина. Я научилась тому, что лучшая защита — это нападение.
Линде поднял рабочий лист.
— Вообще-то, мы должны говорить про аборты. — Он указал на двух других девочек. — Держу пари, вы за аборты.
Та, что симпатичней, закатила глаза.
— Захлопнись, Рэй. Наличие вагины не значит, что мы за аборты.
— Да, но разве вам не хочется иметь право выбора?
Шей передвинул стул ближе к ним, соответственно, ближе ко мне. Когда он наклонился вперед и сложил руки на столе, его крупные колени коснулись моих.
Симпатичная девочка ничего не сказала. Она сжала губы и перевела взгляд на подругу.
Та кашлянула и подвинулась чуть вперед на своем стуле. Потом облокотилась на стол.
— Что мы должны обсудить по заданию? Наше личное мнение?
Линде ткнул пальцем в листок.
— Номер один. — Он склонил голову, чтобы прочитать. — Обсудить закон об абортах.
— Это не значит, что мы должны говорить о нашем личном мнении. — Та, что симпатичней, вырвала листок у него из рук. Она сгорбилась над заданием и стала двигать пальцем по тексту, читая вопрос полностью. — Нужно высказать свою позицию об абортах, сделать обзор следующих вопросов, затрагивающих точку зрения за аборты или против. Группа должна будет представить свое обсуждение аудитории. — Она шмыгнула и отдала лист Линде. — К черту. Я не собираюсь этого делать.
Линде настороженно посмотрел на бумагу.
— Я представлю нас. — Шей подался вперед, и когда потянулся за листом, его колено снова коснулось моего. — Что насчет тебя, Кларк? Каково твое мнение насчет абортов?
Пожала плечами. Я не имела своего мнения.
Почему он касается меня коленом?
— Давай же, — симпатичная девочка подняла брови в любопытстве. — У тебя должно быть какое-то мнение.
— А какое твоё?
 
Шей издал тихий смешок, и девчонка недовольно на него посмотрела. Он проигнорировал взгляд, взял ручку и приготовился писать все, что она скажет. Он мог бы убрать ногу подальше от моей, но этого не произошло. Та оставалась прижата к моей.
Он вскинул брови.
— Ну что, Бэкс? Я готов записывать.
— Пошёл ты, Коулман, — она засмущалась. Ее шея покраснела, но он, слегка усмехаясь, не отводил от нее глаз. — Я не знаю. Что ты хочешь, чтобы я сказала?
— Скажи, что думаешь и почему, — медленно повторил Шей. Ухмылка не сходила с его лица, как и блеск из глаз.
Когда опускала взгляд на стол, пожимая худыми плечами, её щеки порозовели. Сложив руки на столе так, что локти свисали, она словно пыталась приблизиться к нему.
— Я не знаю. В смысле, моя семья религиозная.
— Значит, ты против абортов? — спросил Линде.
— Да. Что насчет тебя? — Но она спрашивала не Линде. Ее глаза были устремлены на Шея. Стало очевидно, кому адресован данный вопрос.
Он поднял ручку и ухмыльнулся.
— Я просто докладчик группы. Вы, ребята, говорите мне, что писать.
Линде выругался, усмехаясь и качая головой.
— Давай же, — Бэкс расплылась в улыбке. — Ты должен сказать нам.
— А что насчет тебя, Эми? — проворчал он.
Простушка кашлянула.
— Меня зовут Эбби, и я не знаю. — Девочки обменялись взглядами. — Наверное, я думаю так же. Мой отец пастор. Я должна быть против абортов.
Глаза Линде расширились.
— Твой отец пастор?
Бэкс засмеялась, размахивая руками.
— Остынь. У нее есть парень.
Линде нахмурился.
— Да я не об этом. Я просто удивлен...
— Он учится не здесь, — перебила Эбби.
Бэкс повернулась к своей подруге.
— Почему ты это сказала?
Та снова пожала плечами, убирая волосы за ухо.
— Что? Он учится не здесь, а в Метал. Это в четырех часах езды отсюда.
— Разве Метал не христианский колледж?
Я покосилась на Шея. Лицо выглядело серьезным, но не его глаза. Таким же взглядом он смотрел на меня в первый день. Смеялся надо мной точно так же, как над этими людьми сейчас.
— Ага, — обе девушки повернулись к нему. Эбби начала расправлять рукава, разглаживая их. — Уверена, он тоже против абортов.
Это действовало на нервы.
Я, наверное, издала какой-то звук, потому что теперь все уставились на меня.
Когда Шей задавал вопрос, я чувствовала, как его губы растягивались в ухмылке:
— Да? У тебя другое мнение?
Я выпрямилась на стуле, пожимая плечами.
— У меня нет мнения, но это определенно не зависит от того, кто мой отец или ходит ли мой парень в христианскую школу. У меня нет мнения, потому что со мной этого еще не случалось. Когда случится, если случится, тогда и узнаю. Это будет мое мнение. Оно не будет основано на том, что мне сказал кто-то другой.
Линде сжал губы и откинулся назад. Мне показалось, что я услышала: «Ух, черт».
Бэкс наклонила голову в мою сторону.
— Ты хочешь сказать, что у меня нет своего мнения?
— Я не хотела показаться грубой, но это то, что ты сказала. И мое мнение о твоих словах.
— Прости? — Ее губы сжались.
— Ты против абортов, потому что твоя семья религиозна. — Я вытянула к ней руки. — Сама это сказала, — я посмотрела на Эбби, но она уже знала, что ее ждет. Она начала отодвигаться дальше на своем стуле. — Ты сказала то же самое. Твой отец пастор, и ты не можешь думать по-другому. Я не уверена насчет всей этой фигни с парнем, но ты все равно считаешь отца основной причиной. — Я облокотилась на спинку стула.
Видите, во мне всё еще осталась адвокатская жилка. Этого недостаточно, чтобы продолжать занятия, но все-таки она есть.
 
Линде захохотал.
Я повернулась к нему.
— Что насчет тебя? Каково твое мнение, пока мистер Докладчик отказывается отвечать?
— Ох, — он перестал смеяться, и его взгляд начал метаться между нами. — Я думаю, — он начал дергать воротник рубашки, — я за аборты.