Хозяйка таверны «ГастроГном»
Бухта Роза миров
Едва сдерживая слезы, я натянула наволочку на свалявшуюся подушку. Хорошо хоть на улице лето и одеяло не нужно. И спасибо тебе, бабушка, за то, что всунула в сумку домашний комплект белья, иначе я даже не знаю, что бы делала. Эта жуткая таверна оказалась даже не притоном, а настоящей выгребной ямой. Извозчик, которого я наняла довезти меня от мэрии до «ГастроГном», подозрительно уточнил глубоким басом:
– Тебе точно туда нужно, дева? Место там гнилое, нечего таким юным, хоть и странным, девам в нём делать.
Пришлось сознаваться.
– Да хозяйка я новая, выхода нет. Старый хозяин отправился на небеса, а мне завещал таверну, – зачем-то как на духу, выложила орку.
Скорее всего, надеялась, что он меня либо успокоит, либо окончательно переубедит ехать в таверну, и не ошиблась. Он немного помог.
– Ах, вон оно как! Туда пройдохе и дорога! А тебе, значит, можно тогда спокойно ехать. Таверна хозяина всегда защитит, – обронил детина и, подхватив оглобли, уточнил: – Как, говоришь, помер одноглазый коротышка? В кои веки за дверь вышел?
– Понятия не имею, – пожала я плечами, усаживаясь в коляску, – спился говорят.
– Странно, – протянул орк, подтянул оглобли удобнее и припустил по выложенной камнем проезжей части, не жалея ног.
В этот раз ехала я дольше и рассмотреть успела больше. В какой-то момент даже поймала себя на том, что город мне нравится и я бы с удовольствием тут провела отпуск. Погуляла бы, сходила в порт посмотреть на корабли, искупалась в море, познакомилась поближе с местными и их культурой. Не дольше, чем пару недель.
Но все эти мысли меня покинули, когда мы подъехали к пункту назначения. К жуткой халупе с кривой грязной вывеской «Таверна ГастроГном». Мне даже с улицы стало ясно, что внутри меня не ждёт ничего хорошего. Расплатилась с возницей, подошла к двери, приложила ладонь к замку, как учили, и когда тяжёлое полотно с натужным скрипом распахнулось, я переступила порог и зажала нос ладонью.
Складывалось впечатление, что внутри помер не только мой дед, но и много, очень много другого: остатки пищи на тарелках, которые так и стояли на столах неизвестно сколько; первоначальный цвет пола, потолка и стен под толстым слоем грязи… А у меня от всего этого умер оптимизм, с которым я сюда добиралась. Сейчас мне всё в таверне казалось землисто-черным, и это был кошмар.
Найдя самое чистое место – на барной стойке – пристроила туда чемодан и, засучив рукава, взялась за уборку. Весь день провела, не разгибая спины, перекусывая бутерами, что собрала мне в дорогу мама, но отмыла только кухню, бар и комнату, которую решила сделать своей. А вот обеденный зал, лестницу и остальные восемь комнатушек даже и не бралась приводить в порядок – сил не осталось. Про окна и вывеску – молчу.
И как мне было после этого не плакать? Приговаривая «Утро вечера мудренее, утро вечера мудренее, Ника», я собралась лечь, как вдруг внизу по входной двери три раза ударила колотушка. Сердце мое ухнуло, а потом забилось под горлом. Кого там нелёгкая принесла в такое время?
Первой мыслью было юркнуть в постель и укрыться родным пододеяльником с головой. Но её я, собравшись с силами, прогнала. Сделала три глубоких вдоха и кинула пододеяльник на кровать. Напомнила себе, что в стенах своего заведения я в полной безопасности – об этом возница говорил и бабушка упоминала. А вдруг там всего лишь заблудившиеся туристы? Или семья с детьми? Я должна проявить участие и отправить их в другое место. Заработаю своим поступком плюсик в карму. Эти плюсики мне сейчас ох как нужны.
Накинула на пижаму халат, вставила ноги в тапочки и отправилась вниз.
Отодвинула засов, распахнула тяжёлое деревянное полотно и сразу поняла – ошибочка вышла. За порогом стоял кто угодно, но только не приличное семейство.
– Доброй ночи, хозяйка, есть свободные комнаты для пятерых путников? – спросил немного угрожающим тоном один из мужчин такого бандитского вида, что мне захотелось молча захлопнуть перед его носом дверь.
Но сделать это я не решилась. Лучше в чужом мире проявить вежливость.
– Доброй ночи, господа. Дело в том, что таверна не работает. Я только сегодня добралась в бухту и вступила в наследство. Нет ни еды, ни слуг, я даже не уверена насчёт чистого постельного белья, – очень искренне покаялась. – Может быть, вам найти более… эмм… подходящее место для ночлега?
Но тут другой бандюган, что стоял рядом с первым, сверкнул глазами, отодвинул моего собеседника и, уперевшись ладонью в откос двери, помотал головой:
– Мы остановимся здесь. Нам не нужны ни ужин, ни прислуга, – отрезал пугающий брюнет, и я подумала, что главный в их шайке именно он. – Предоставь нам комнаты. Плачу золотом.
Ну… если только золотом…
Я пожала плечами и сделала шаг в сторону, впуская настырных посетителей. Главарь тут же переступил порог, а за ним прошагали ещё четверо головорезов с багажом – они тащили два больших сундука, которые явно были наполнены чем-то тяжёлым. Воображение нарисовало горы того самого золота, которым со мной собрался расплачиваться главарь.
Сундуки грохнули об пол, и я, вздрогнув, обернулась. При тусклом свете грязного обеденного зала мои гости выглядели чуть менее опасно, но куда более колоритно, чем через порог и в сумраке. Молодые, хорошо одетые мужчины были похожи на благородных пиратов, а не бандитов с большой дороги. И вовсе не из-за сундуков, а из-за выправки, украшений и выражений лиц.
– Простите за грязь. Я только пару часов назад вступила в наследство, а мой предок не слишком заботился о чистоте, – смущённо пролепетала я.
Невыносимое желание оправдаться нахлынуло неожиданно, я даже головой потрясла, чтобы его прогнать. Что на меня нашло? Я посетителей не звала и даже наоборот – предупреждала, чтобы шли в другое место.
– Просто покажи нам комнаты, – предводитель банды вежливостью себя не утруждал.
Ну и я не стала.
– Вам переночевать?
– Две ближайшие две недели.
Я задумалась. Что ж, постояльцы мне в любом случае нужны для создания новой репутации. Наверное, мне даже повезло, что попались денежные и неприхотливые.
– Тогда золотые вперёд, – решительно сказала я и постучала пальцем по барной стойке.
Она у меня чистая, нестрашно прикасаться, а внутренний делец подсказал, что на вырученные деньги я завтра хотя бы продуктов куплю. И вообще пройдусь по магазинам, загляну в другие таверны – посмотрю, как работают, и начну облагораживать свою.
Сундук главарь открывать не стал – вытащил из наплечной сумки увесистый кошель и кинул его на стойку.
– Куда идти? – спросил прежним нелюбезным тоном.
– За мной! – скомандовала я и повела постояльцев на второй этаж, а там проявила завидное гостеприимство: – Выбирайте любые комнаты.
Хорошо, что моё убежище располагалось ещё выше – на мансардном этаже. Не знаю, как помещение до этого использовал дед, но сам он точно в нём не жил. Его комната была за баром – я по жуткому захламлению и скоплению пустых бутылок это поняла. Но руки до неё не дошли. А вот мансардная оказалась самой чистой и удаленной – то, что надо. Все же я не смогла бы уснуть, зная, что у меня через стену живут пятеро незнакомых мужчин.
А они занесли сундуки в первую попавшуюся комнату, которую облюбовал для себя главарь, и молча разошлись по соседним.
– Утром нас не будить! – приказал мне красавчик-пират холодно, перед тем как закрыть свою дверь.
А я и не собиралась. Пожала плечами и отправилась на свой этаж. Зашла в мансарду, огляделась. Кроме кровати у меня здесь имелись стол, стул, тумбочка и шкаф. Интересно, чем лучше подпереть дверь?
Поразмыслив, остановилась на стуле. Только сделала к нему шаг, как снизу раздалась серия оглушительных ударов колотушкой по двери. Да что ж такое-то?! Их там прорвало, что ли?!
Пыхтя, как недовольный ёж, я отправилась посмотреть, кого принесло на этот раз.
Глава 5
Опальное графство где-то в северной части Владычества