Крепкий, как скала (ЛП)

Уинн приподнялась на локтях и окинула его таким злым взглядом, что у него возникло искушение проверить себя на наличие порезов. Когда она заговорила, ее голос почти вибрировал от ярости.
— Послушай меня сейчас же, мистер, — прошипела она. — Мне все равно, кто ты, мне все равно, что ты из себя представляешь. Если ты еще раз прикоснешься ко мне без разрешения, я заставлю тебя пожалеть, что ты не превратился обратно в камень, понял?
Нокс почувствовал, как его кулаки сжимаются, и сурово напомнил себе, что споры с ведьмой не принесут им обоим удовлетворения. Она требовала остаться наедине, и он, как ее пара, обязан дать ей желаемое.
К тому же, если он не выйдет на улицу подальше от ее запаха, пропитавшего весь дом, то потеряет последние остатки здравомыслия. Он не уйдет далеко, потому что оставить свою женщину одну и без защиты Нокс просто не мог, но мог наблюдать за ней снаружи. Возможно, свежий воздух позволит его мышцам расслабиться, а болезненной эрекции, которую она вызвала, утихнуть, прежде чем она нанесет ему непоправимый вред.
Но прежде чем уйти, он должен был прояснить одну вещь.
— Не угрожай мне тем, чего не сделаешь, — прорычал он, зная, что его глаза светятся из-за борьбы внутри него. В конце концов, он был Стражем, и его душа была состояла из магии. — Можешь сопротивляться мне, как ты это делаешь с собой, но мы оба знаем, что это неизбежно. Ты будешь умолять меня прикоснуться к тебе, маленькая ведьма, и скоро, потому что мы — пара, и сам Свет создал нас друг для друга. Поверь мне, когда я скажу тебе: нет на земле силы, способной разрушить связь, созданную судьбой.
Не дожидаясь ответа и не посмотрев на ее реакцию, Нокс развернулся и вышел, мягко закрыв за собой дверь.
  
Глава 8
 
Уинн сидела на своей кровати, казалось, уже несколько часов. Поначалу она ругала себя и пыталась отрицать произошедшее. В конце концов, успокоилась и погрузилась в своим мысли.
Что, во имя древней Богини земли, она сделала? Разве не предупреждала себя? Ввязываться в отношения с Ноксом было верхом глупости. В конце концов, она знала, чем это закончится.
Если она свяжется со Стражем, то также безвозвратно свяжет себя с Академией, что означало смотреть на то, как они, в конце концов… неизбежно… уберут ее со случайно занятого поста Хранителя, заменяя кем-то, более подходящим. Зачем ей так страдать? Неужели Страж действительно того стоит? Да и любой мужчина?
Нет, она прекрасно понимала, что вступить в отношения со Стражем было равносильно вхождению в колючие кусты ежевики… она потеряется, поранится, оставшись с воспоминаниями о хороших моментах. Разве это того стоило?
"Ты попробовал его всего минуту назад, — ответил коварный голос в ее голове. — Как это могло не стоить того?"
Уинн поморщилась. Ей сейчас совсем не хотелось беспокоиться о том факте, что Нокс подействовал на ее, как виски, и вывел из равновесия. Лучше она подумает о том, как ей избавиться от него побыстрее и безболезненней. Но, казалось, чтобы добиться этого результата, потребуется большое количество морфия.
Она возложила всю вину за это на плечи Нокса. Они не только были шире ее, но именно он начал все это, с его притягательными поцелуями, аппетитным ароматом, накаченными мышцами, которые так и хотелось облизнуть…
Вот черт. От этих мыслей нужно быстро избавиться. Не помогает.
Неожиданно зазвонил телефон, и она, испугавшись, дернулась, отчего вывихнутая лодыжка снова заныла. Стиснув зубы, Уинн постаралась не обращать внимания на боль и ответила.
— Алло?
— Уинн, наконец-то. Это Фил. Как дела на юге страны?
— Юге страны? — Уинн закатила глаза на глупость своей подруги, но не смогла не улыбнуться при звуке ее голоса. — Ну, хлопок растет, но магнолия уже не так цветет, как раньше.
Фил усмехнулся.
— Как в старые добрые времена, да?
Уинн нахмурилась.
— Как ты себя чувствуешь? Все еще выздоравливаешь?
Во время сражения в Монреале Фил сильно досталось. Она несколько дней провела в больнице с сотрясением мозга, несколькими переломами костей и множественными ножевыми ранениями. Ей повезло, что она осталась жива.
 
— Ох. Да, это оказывается длиннее, чем дорога к искуплению. И честно говоря, я не ожидала, что из всех травм, сломанная ключица будет самой худшей, но это действительно так. Никогда не осознавала, насильно эта дурацкая штука важна в моем теле. Это отстой. Я застряла с этой дурацкой повязкой еще как минимум на пару недель, но все остальное гораздо лучше.
— Ну, уже небольшой прогресс, верно?
— Наверное, — проворчала Фил, но потом оживилась. — Эй, слушай, я вчера вечером болтала с Эл, и она рассказала мне о твоей находке. Думаю, ты неплохо справилась. Призыв — это тяжело, и мы действительно не можем позволить себе потерять Стража прямо сейчас, так что, ты молодец.
— Ты имеешь в виду, случайно и совершенно неосознанно. Я понятия не имею, что произошло, Фил. В одну минуту моя жизнь промелькнула перед глазами, а в другую парень, который пытался меня убить, висел на когтях живой горгульи. Если я действительно имела к этому какое-то отношение, то не знаю, как это произошло, так что не надо думать, что я смогу повторить это.
— С какой стати нам так думать? — В голосе Фил звучало искреннее недоумение, что было не слишком характерно для нее. Независимый художник-реставратор обычно относился к жизни с позиции "не задавать вопросов и не давать сдачи". — У тебя может быть только один Страж, милая. Так уж устроено. Хранитель пробуждает… или, в твоем случае, вызывает… своего парня. По одному клиенту на каждого.
Уинн скривилась.
— И какова политика возврата?
Фил рассмеялась.
— Никаких возвратов. Я так понимаю, твой каменный уже не дает тебе покоя? Делай, как я… соглашайся со всем, что он говорит, мило улыбайся, а потом иди и делай то, что планировала. Они чрезмерно заботливы, что обычно так радуются, что ты дома, в безопасности, что забывают злиться по этому поводу. Попробуй.
Уинн застонала и откинулась на подушки.
— Боже, Фил, как я оказалась втянута во все это? Я была счастлива, когда Стражи казались мне всего лишь абстрактным понятием. Это как двоюродный дедушка Юджин, которого время от времени видишь в семейном фотоальбоме, но никогда не встретишь, потому что он умер до твоего рождения. Я хочу вернуться в то время.
Возникла короткая пауза.
— Прости, милая. Полагаю, ты втянута в это из-за меня. Если бы не та демоническая метка, ты бы и дальше жила своей жизнью.
На несколько секунд Уинн позволила себе поверить в это, а затем вздохнула и сказала правду.
— Нет. Я из семьи Хранителей, мой брат все равно был бы одним из них, и он все равно бы пропал… как и девяносто восемь процентов остальных членов Академии. Возможно, если бы я не встретила тебя, это отсрочило бы неизбежное, но в конце концов оказалась бы здесь. И, должна признаться, сказав это, я почувствовала себя одновременно взрослой и злой.
— Я не виню тебя. Так это правда, что твой Страж действительно доводит тебя до бешенства? Что он натворил?
— За последние тридцать часов? О, помимо того, что он спас мне жизнь, очаровал мою мать, издевался над моим дядей и носил меня за собой, как тюк сена, не так уж много. Тут многое произошло.
— Правда? Что произошло?
Глубоко вздохнув, Уинн сжала губы и начала перечислять все события, произошедшие с момента обнаружения останков бывшего Стража до того, как Нокс вынес ее из дома дяди и привез в ее собственный.
Если она и опустила несколько незначительных деталей, таких как страсть, вспыхнувшая между ними, и секс, которым они почти занялись в кресле ее гостиной, она сказала себе, что это только из-за краткости истории. Подобно фильму, транслируемому по телевидению, она отредактировала время и отформатировала историю так, чтобы вписаться в экран.
— Ого, вау, это действительно, действительно фантастические новости, — промурлыкала Фил, когда Уинн, наконец, замолчала. — Я имею в виду не то, что ты вывихнула лодыжку или поранила вторую ногу, потому что это отстой. И я знаю, о чем говорю, потому что на меня тоже напал ххиссиш, и я даже не заразилась, но я понимаю, как это больно. Но вообще-то, когда говорила фантастически, я имела в виду твоего дядю. То, что у нас в команде настоящий Хранитель, значительно облегчит всю эту кучу проблем, Уинн. Правда. Эл будет на седьмом небе от счастья, когда узнает.