Когда гаснут звезды (ЛП)

Я убегаю в противоположном направлении, ненавидя себя за то, что умоляла парня о внимании и была настолько взвинчена, что прибегла к физическому насилию.
Два дня спустя, когда он пишет мне, чтобы извиниться, я оказываюсь в его постели в час ночи.
ГЛАВА 13
ПАКСТОН
Я знал, что она там, наверху, наблюдает за мной на поле.
Это подстегивало меня, зная, что где-то на стадионе «Гепардов» Деми болеет за меня. Надеюсь.
На самом деле, она, вероятно, болела за то, чтобы меня схватил трехсотфунтовый полузащитник. Но это было неважно. Я уже давно не чувствовал необходимости производить на кого-то впечатление, и это почти заставило меня почувствовать себя тем самоуверенным подростком, которым был когда-то. Тот, кто бегал трусцой под этими пятничными ночными огнями, чтобы посмотреть свой родной город.
За исключением того момента, когда я, наконец, догнал сотрудников Деми после игры в месте, где игроки встречались с людьми, пришедшими на игру ради них, ее там не было.
― Фарра, верно? ― Я указал на девушку, которую видел в «Желание на звезду».
Она немного походила на готическую версию Оливии Манн.
― Эм... да.
― Привет. Я Пакстон. ― Я помахал рукой. ― Кажется, мы встречались в твоем офисе?
Девушка, стоявшая рядом с Фаррой, миниатюрная блондинка, которая выглядела намного моложе нас, уставилась на меня.
― Да. Я имею в виду, ты уже встречался с ней. И знакомился с нами обеими. Мы обе там работаем.
― Успокойся, Спарки. ― Фарра закатывает глаза. ― Это Джина.
Я тоже машу Джине.
― Деми пришла с тобой?
Они смотрят друг на друга.
― Да, пришла. А что?
― Ты знаешь, где она? ― Я веду себя странно, знаю это. Но я не обязан объясняться.
― Она ушла несколько минут назад. Должна была вернуться домой, чтобы покормить собаку. ― Фарра вопросительно смотрит на меня.
― Спасибо, что пришли. ― Я улыбаюсь и быстро отворачиваюсь.
Пользуясь выходом игроков на парковку, я обогнал половину пробки, чтобы попасть на улицу. Я знаю, на какой стоянке паркуются обладатели VIP-пропусков, и мне нужно было добраться до нее до того, как Деми сможет уехать. Технически, это была нейтральная территория, я не мог просто подъехать к Деми домой или к офису. Она бы почувствовала себя разбитой, а она и так не хотела со мной разговаривать.
― Деми! ― кричу я, видя ее на другой стороне парковки.
Она одета в джинсы и простую рубашку, но на ней все еще туфли на каблуках, и мой член вздымается, как тигр в клетке, когда я подхожу к ней. Господи, похоже, все эти годы я не замечал, насколько она чертовски красива. Эти длинные ноги и прямая осанка, мне хочется сломать этот профессиональный фасад.
Что, черт возьми, было не так со мной в двадцать с небольшим лет? Я не замечал, что у меня было прямо перед носом.
Волосы взметнулись в воздух, когда Деми повернула голову, и по выражению ее лица понимаю, что она узнала мой голос. И ей не понравилось, что я иду к ней.
― Пакстон. ― Это не было дружеским приветствием, но и я не получил пощечины, поэтому мысленно поблагодарил бога.
― Тебе понравилась игра? ― Я подхожу к ней слишком близко, но Деми не может убежать, потому что машина стоит у нее за спиной.
― Да, спасибо. Мне нужно идти. ― Она не хочет иметь со мной ничего общего.
― Не хочешь поужинать со мной? ― Я бессовестный, но сейчас трудно не быть рядом с ней.
Деми наклоняет голову в сторону, ее взгляд ничего не выдает.
― Нет, спасибо. У меня назначена встреча.
Я ловлю дверь машины, когда она пытается открыть ее и сесть внутрь.
― Какая? Покормить свою собаку?
Деми хмурится.
― Кто тебе это сказал?
Я качаю головой.
― Неважно, но Фидо может подождать. Поужинаешь со мной?
― Потому что в прошлый раз все прошло так хорошо? ― бормочет она, а потом ее глаза расширяются, как будто она не хотела говорить это вслух.
Мне нравится, когда Деми отходит от своего сценария. Все время, что я был рядом с ней в последние пару недель, она кажется неприкасаемой, ледяной. Меня осеняет, что я могу быть причиной этого, а чувство вины ― холодный ублюдок.
 
― Признаю, все прошло не очень хорошо, но я твой должник. Я был засранцем, и знаю это. И это даст нам шанс поговорить о... ― Указываю между нами. ― О нас.
Деми закатывает глаза и снова пытается сесть в машину. Какая-то мысль, должно быть, пронизывает ее мозг, потому что она резко оборачивается, и ярость покидает ее.
― Почему ты думаешь, что я хочу, чтобы между нами что-то было? Я прожила целых восемь лет, ни разу не увидев тебя. И прожила очень счастливо, спасибо тебе. Зачем мне нужна хоть капля дружбы с тобой, не говоря уже о романтических отношениях? ― Она вскидывает руки вверх. ― Нам не нужно этого делать. Мы живем в одном городе, но он большой. Нам не нужно больше видеться.
― Деми, я не идиот. И ты тоже. Мы два взрослых человека, которые могут признать, что в ту минуту, когда ты вошла в конференц-зал, между нами вновь вспыхнула искра. Мы никогда не будем друзьями, нет, мы никогда ими не были. Но я достаточно взрослый человек, чтобы признать, что чувствую влечение к тебе, и знаю, что ты чувствуешь его ко мне. У нас есть прошлое, да, но мы можем его переписать. Я другой человек, не тот мудак, которым был тогда. И ты можешь признать, что каждый раз, когда смотришь на меня, понимаешь, что мы могли бы стать кем-то большим.
Я надеялся, что Деми согласится со мной, даст мне хотя бы самую малость надежды. Я не был сумасшедшим, если думал, что мы сможем собрать потрепанные кусочки наших студенческих дней и попытаться сделать что-то новое. Сшить новое одеяло из этих воспоминаний в нечто долговечное.
― Не знаю, что ты хочешь от меня услышать, Пакстон. Каждый раз, когда смотрю на тебя, я вижу, какой слабой я была. Вижу, как сильно ты меня ранил. Как я смогу отпустить это?
Боль в ее глазах мне ненавистна, ка и то, что я виновник этой боли.
― Все, что я могу сказать тебе, так это то, что я стал другим человеком. И твои слова о том, что происходит, когда люди умирают... Я принял это близко к сердцу. За то время, что мы были в разлуке, я потерял обоих родителей. Трагически. И это изменило каждую клеточку внутри меня. Тот урод, который тебя обидел? Его здесь больше нет. Я знаю, что могу говорить тебе это до тех пор, пока не погаснет солнце, но я докажу тебе, что мои слова правдивы. ― На лице Деми отражается сочувствие, и я хочу стереть его. ― Нет, не делай этого. Не сочувствуй мне и не думай, что я разыгрываю сиротскую карту, чтобы завоевать твое доверие. Я просто говорю, что потерял двух людей на этой земле, которые любили меня больше всего, и это показало мне, насколько важна любовь. И прямо сейчас единственная женщина, которую мне хочется узнать больше, которую мог бы полюбить ― это ты. Я не валяю дурака, Деми. Когда я увидел тебя, будто внутри меня щелкнул выключатель.
Сомнение все еще оставалось в ее выражении лица.
― Я не знаю...
― Тебе и не нужно знать. ― Теперь я был в отчаянии и чувствовал это до мозга костей. ― Просто позволь мне показать тебе.
И я вижу, что Деми сдается.
― Если я позволю тебе показать мне это, могу ли я сесть в свою машину и поехать домой, чтобы позаботиться о своей собаке?
― Да. ― Я немедленно убираюсь с ее пути, потому что Деми уступила мне хоть малейший, но дюйм, а я не хочу проходить милю в одиночку.
Деми снова закатывает глаза, прежде чем выехать с парковки и уехать.
Я просто улыбаюсь про себя, зная, что только что сделал самую важную вещь, которую мне удалось сделать за долгое время.
ГЛАВА 14
ДЕМИ
― Думаю, это счастливый номер семь. Ты собираешься его простить? ― Мой курьер из доставки, Чак, передает букет.