Клятва Грейсона (ЛП)

— О Боже, — ахнула Шарлотта и спешно пошла в сторону Киры. — И кто тут у нас такой? — Шарлотта приподняла железный медальон на ошейнике, что был застегнут вокруг шеи собаки и прочла:
— Сюги Саг?
— Это произносится, как Шуга, только с "и" на конце, — гордо сказала Кара. — Или как имя рэпера, Шуги Найта. Шуги Саг.
— Оу, точно, — проговорила Шарлотта, как будто она имела преставление о том, кто такой «рэпер».
— Хотя, возможно, следует произносить Саг через «ш», — произнесла Кира, ее глаза устремились вверх, так, словно она задумалась над этим.
Я покачал головой, вновь переключая свое внимание на собаку в руках Киры.
— Что это вообще такое, Шуги Саг? — поинтересовался я. — И что там такое с его мордой? — Нижняя часть морды собаки, ее нос и челюсть выглядели так, словно кто-то изувечил их каким-то образом.
Кира прижала собаку к своей груди и другой рукой прикрыла ее ушко, эта собака была большим щенком, теперь я мог точно сказать, что это была дворняга.
— Ш-ш-ш, — произнесла она. — Знаешь ли, она может услышать тебя. — Она метнула в меня презрительный хмурый взгляд. — И, между прочим, Шуги Саг — это она. — Она улыбнулась, смотря на щенка, который теперь смотрел на нее с едва сдерживаемой надеждой. — Не так ли, девочка? Не так ли, моя сладка булочка? Да, ты девочка, хорошая девочка. Такая хорошая девочка. Сладкая, хорошая девочка. — Я скривился от звука громкого сюсюканья. Но, по-видимому, щенок совершенно не возражал, чтобы с ним немного поговорили таким образом.
Собака еле сдерживала свой восторг от внимания Киры, облизывая ей лицо своим странным изуродованным ртом. Кира рассмеялась и прикрыла ухо собаки еще раз.
— Я спасла ее. Ее первый владелец надел на нее намордник сразу после рождения. И потом вообще не снимал его. Когда ее нашли, она была на грани смерти, и ей пришлось перенести операцию с хирургическим вмешательством, чтобы убрать намордник. — Она убрала руку от уха собаки. Шарлотта цокала языком и ласково бормотала, словно бабушка, которая впервые увидела свою внучку, нежно трепля ее за ухо.
— Ох, бедная маленькая малышка. Тебе не стоит ни о чем волноваться, Шуги Саг. Ты просто отлично впишешься в нашу компанию. — Испытывая явную радость, щенок издал крошечное тявканье и затем сразу же опустил голову, словно ожидая страшных неминуемых последствий за свой лай. Она взглянула на нас печальным взглядом, ее голова все еще была в опущенном положении.
— Воу, воу, здесь? — вопросительно проговорил я. — Нет. Мне тут только не хватало животного, которое будет путаться у меня под ногами. У меня нет времени на домашнего питомца.
Кира нахмурилась и затем вручила мне в руки собаку, заставляя меня забрать ее.
— Я спасла Шуги Саг для тебя. Она твоя. Прими ее, эм… в качестве свадебного подарка. И спасибо тебе за внимание и доброту в эти выходные. — Она улыбнулась. И в туже минуту я был ошеломлен, смотря на теплый комок в моих руках, эти большие темные глаза смотрели на меня со смесью страха и надежды. Я ощутил странное чувство в районе сердца.
О, Иисус.
Кира уехала и привезла мне щенка после истории, что я ей рассказал о моем отце.
Непоседливая маленькая ведьма. Милая, сострадательная, непоседливая маленькая ведьма.
Я вздохнул.
Я был рад, что она не была расстроена тем, как мы расстались после нашего свидания. Но все же…
— Кира, я не могу оставить собаку с именем Шуги Саг. Я даже не знаю, что это значит. Но это звучит ужасно по-девичьи.
— О, — она приложила палец к губам, — ну, это то, как я назвала ее, и кажется ей очень подходит это имя. Ее полное имя: Сладкая Булочка Медовая Девочка, а если кратко, то просто Шуги. Шуги Саг (прим. сладкий сахарок с англ.). Она едва сдерживала рвущуюся улыбку. Это забавляло маленькую ведьму.
Я вновь посмотрел на животное. Она была ужасно уродлива. До жалкого непривлекательна. Изуродована. Но, несмотря на ее уродство и неподходящее имя, я не мог выгнать ее. Особенно теперь, когда она смотрела на меня с такой отчаянной надеждой в глазах. У меня была большая собственность. Она могла бегать, где угодно — я даже мог бы совершенно не встречаться с ней. Но ее нужно было бы научить, хотя бы, не есть виноград, потому как он мог быть опасен для собак. Я опустил ее на пол. Она осталась стоять на месте, смотря пристальным взглядом на меня.
 
— Она еще щенок, и ты принесла ее только сегодня. Она еще может выучить свое новое имя. — Я сделал шаг назад. — Иди ко мне, Скаут. — Вместо того, чтобы подойти, она просто склонила свою изуродованную морду и продолжила неизменно сидеть на своей заднице.
Кира тоже отошла назад.
— Иди ко мне, Шуги Саг, — позвала она. Собака в то же мгновение побежала к ней, шлепая по полу своими огромными лапами. Кира подняла ее и начала бормотать чрезвычайно раздражающим детским голосом всякие нежности.
— Ко мне, Шуги Саг, — я позвал ее в качестве эксперимента. Кира опустила ее на пол, и щенок побежал ко мне, громко тявкая, и затем пристыжено опуская голову. Я поднял ее на руки и заглянул ей в глаза.
— Во-первых, тебе не запрещено лаять тут. — Она в тот же миг посмотрела на меня своими нереально выразительными глазами, как будто понимая, что я ей говорил. И она робко лизнула мне щеку. Я посмотрел на Киру и Шарлотту, которые широко улыбались, смотря на меня. — Ладно, она может остаться, — проговорил я, крепко стискивая челюсть, разворачиваясь с моим новым щенком на руках и направляясь прямиком к двери. С моим новым щенком, которого зовут Шуги Саг.
Какого хрена происходит с моей жизнью?
— Я собираюсь показать ей дом и попробую приучить ее к новому имени, — прокричал я вслед, когда вышел из кухни.
Счастливый женский смех настиг меня, когда я уже поднимался по лестнице, звук, который был не частым гостем в этом доме… до того, как тут появилась Кира.
***
Следующим ранним и светлым утром, Кира и я отправились в город, чтобы забрать чек, который и был ключевым двигателем к ускорению свадьбы. Мистер Хартман вручил нам его и пожелал удачи, и спустя десять минут, с тех пор как мы вошли в здание, мы уже вышли на улицу, смотря друг на друга с неподдельным выражением шока на лицах. Я улыбнулся Кире и проговорил:
— Пойдем, откроем банковский счет. — Она улыбнулась мне в ответ и кивнула. Мы направились в тот банк, где Кира впервые увидела меня. Возможно, у Киры были хорошие воспоминания, связанные с этим банком, но я не мог терпеть его, потому что именно там мне отказали в займе. Несмотря на то, имелись ли основания на это или нет. Я все еще продолжал думать о том, как я был здесь в последний раз, насколько униженным и отчаянным ощущал себя. Я взял Киру за руку и слегка стиснул ее ладонь. Она широко улыбнулась мне, и на ее щеке появилась ямочка. Прядь ее непослушных волос упала на один глаз, и я не смог ничего поделать с собой. Я остановился и оттеснил ее, прижимая спиной к стене здания, обрушивая на ее губы быстрый, жесткий поцелуй, а затем усмехнулся, смотря на ее озадаченное выражение лица.
— Снимите комнату, в конце концов, — проговорил кто-то, проходя мимо. Кира на краткий момент выглядела шокированной, а я улыбнулся ей самой, что ни есть коварной улыбкой, приподнимая мои брови.
— Нет, ни за что, — решительным голосом проговорила она, выскальзывая из-под моего тела. Но затем она обернулась и посмотрела на меня с дразнящей улыбкой на губах. Мое сердце затрепетало непривычным ему образом. Я рассмеялся, направляясь за ней, чтобы догнать.
Час спустя у нас уже были разные счета, на каждом лежало по триста пятьдесят тысяч долларов. Когда мы были на обратном пути в виноградник, внутри меня вспыхнуло чувство стыда, словно я украл у нее эти деньги. Как будто у меня не было права на то, что я только что взял себе. Словно я их присвоил нечестным путем.
— Ты же знаешь, что я собираюсь вернуть тебе их? — произнес я, смотря на Киру.
Она кивнула, смотря на меня.
— Если тебе угодно, — проговорила она.