Чужие степи 2 (СИ)

То что седой не хотел идти с нами, меня не особо волновало, — человек взрослый. Но и оставлять его на верную смерть было как-то неправильно. 
— Идите... Чего ждёте... — повторил он, и повернулся, показывая что вся левая сторона его куртки пропитана кровью.
— Понятно. — проследив за моим взглядом, нахмурился Леонид. — Сильно зацепило? 
Седой кивнул.
— Нормально... 
Я хотел было сказать что у нас есть врач, но в этот момент ноги его подогнулись, и он как стоял, так и рухнул. Никто даже отреагировать не успел. 
— Он очень хороший человек! Ему надо помочь! — подскочил Славик, и перевернув седого на спину, подложил ему под голову свою шапку. 
— Слав. Ты же видишь что он умирает. Чем мы ему поможем? У нас даже лекарств никаких нет. — попытался я успокоить парня.
— Нет мужики, вы не понимаете! — едва не плача, выкрикнул Славик, — из всех кого я здесь знаю это самый достойный человек! Мы не можем его вот так вот бросить! 
— Если это все аргументы, то бери подружку свою, и потопали. — резко оборвал его Леонид. 
— Погодите! Вот! — потянувшись к кофру, он сунул в него руку, и достал какие-то ампулы.
— Что это? — потянулся Леонид, подставляя ладонь.
— Морфин! Здесь много! 
— Морфинагидрохлорид... — поднеся одну из апмул к глазам, прочитал Леонид. 
— Это он и есть, просто в лекарстве! Мы ходили к центру и нашли там заброшенную больницу, все эти ампулы оттуда, там много еще! Там целый склад был!
— Ну хорошо, — разглядывая ампулы на свет, — только причём тут этот? — кивнул он на седого.
— Только он знает где находятся препараты, — торопливо говорил Славик, — когда мы наткнулись на склад, они с рыжим перепрятали всё что там было!
— А рыжий, это кто? Тот что в коридоре валяется? — так же спокойно уточнил Леонид.
— Да он! 
— Заманчиво конечно... — задумался я, но судя по жгуту на ноге, и двух дырках где-то над сердцем, — в куртке отчётливо виднелись пулевые отверстия, мужичок этот явно не жилец. 
— Слав, ты послушай... Мы сделать то ничего не можем, он помрёт прежде чем мы его вниз спустим. 
— Тогда я тоже остаюсь. — решительно заявил парень. — Уходите! 
Такая преданность очень похвальна, но оставлять его мы не могли. Мало ли к кому он попадёт, а рисковать жизнями своих близких я не хотел. Вот только убивать пацана было бы чересчур, поэтому пришлось согласиться.
— Ладно, ладно. Уговорил. — успокоил его я, — Мы сейчас заберем твоего друга и отвезем к нам, у нас есть врач и если что-то можно сделать, она обязательно ему поможет. Ключи от пикапа где? 
— Вот. У меня. — засуетился тот. — Вот.
Забрав у него ключи я вышел на улицу, и поёжившись от чувства обнаженности — если кто-то из этих остался, сейчас самый удобный момент для мести, быстрым шагом направился к стоящему в отдалении здоровенному пикапу.
Шильдика нет, но очертания — хоть и смазанные временем, характерны для тойоты. Еще и правый руль. Шикарно. 
Дойдя до машины, я внимательно осмотрелся, и не заметив ничего подозрительного, сел за руль.
Первое ощущение — запах. В салоне пахло чем-то кислым, и огурцами. Причём но запах огурцов выделялся особенно сильно. Я огляделся, но никаких огурцов здесь не было. — Тряпки, чьи-то валенки, бутылки с какой-то жидкостью, и старые газеты. Вот и всё убранство. 
Вставив ключ, и повернув его в замке, я с удовольствием услышал сытый рык могучего мотора. Не знаю почему, но у машин с числом цилиндров больше четырёх, звук совершенно особенный. Даже объём может быть небольшим, но звучать он всегда будет отлично от четырехцилиндровых. 
Ждать, когда прогреется, я не стал, успеет, пока будем грузиться. Движок бензиновый, так что проблем не возникнет. 
Тронув ручку акпп, и слегка придавив педальку, я стронул машину с места, и легко пробив наваленный вдоль дома сугроб, тормознул прямо у подъезда.
Глушить не стал, и не задерживаясь, побежал наверх.
Навстречу попались Леонид со Славиком. Подхватив седого под руки, они уже спускались с площадки второго этажа. 
Вернувшись к машине, я открыл заднюю дверь, и поскидывав бутылки на пол, побежал за девчонкой.
 
Сидевший у стены мужик ещё шевелился. — Подумал было пристрелить его, чтоб не мучился, но что-то меня остановило. Как-то сразу не обратил внимания, но вроде я уже встречал его на базаре, ещё в первое посещение города. Так сразу не вспомню где именно, но то, что я его уже видел — могу поклясться. Конечно он тогда одет был иначе, — лето всё-таки, но лицо уж больно приметное: Сочетание рыжих волос, шрама над правой бровью, и татуировки в виде маленького паучка на правой же скуле, забыть невозможно. 
Пройдя до конца коридора, я заглянул во все комнаты с левой стороны. В одной из них лежал ещё один человек: Здоровенный мужичина в перепачканном кровью белом маскхалате. Судя по пятнам крови, он получил с десяток осколочных ранений, но ещё дышал. Живучий... Добивать тоже не стал, стрелять громко, а ножом не хотелось. Тем более жить ему оставалось совсем немного. И я, оставив мужика в покое, вернулся к нужной комнате. 
Девчонка лежала в том же углу. Бинт на голове уже пропитался кровью, и немного съехал на бок. Хотя возможно что так криво перебинтовали. Примерившись, а росту в ней было всего ничего, — как и весу собственно, я легко поднял её, и подхватив оставленный на окне винтарь, двинулся на выход.
Навстречу уже поднимался Леонид. 
— Хорошая машинка. — забрал он мешавшее оружие, — да ещё в шикарном исполнении... Отличный трофей!
— Мужик пока жив. Как помрёт, так и будет трофей. А пока это чужое имущество. 
— Да он даже до места не доедет. Там две пули в грудине. Нога капут. Крови много потерял. 
— Поглядим. Иди давай вперёд. — поторопил я его. Седой то ладно, не факт что выживет, а вот девочку наверняка ещё можно спасти. Хотя с ней тоже непонятно, — ранение в голову это не шутка. Но череп вроде цел, и возможно всё не так страшно. 
Мы вышли из подъезда и подошли к машине.
— Куда её? — на заднем сидении лежал раненый, его не подвинешь, на переднее сажать — неудобно, свалится.
— Давай в кузов, недалеко ехать, не замерзнет. — откидывая полог, предложил Леонид. — Всё равно все не поместимся. 
В кузове совсем ничего не было, голый металл, поэтому Славик сел прямо на пол, а девушку положили ему на колени. 
— Смотри не встрянь только. — предупредил Леонид, добавляя, — толкать очень не хочется, замерз что-то...
Машина хоть и серьезная: высокая, на «злой» резине, со всевозможными блокировками и прочими внедорожными штучками, но под снегом может быть всё что угодно, так что предупреждению я внял, и поехал выбирая дорогу не так как короче, а ориентируясь на толщину снежного покрова.
Едва тронулись, как снег повалил с новой силой. Видимость совсем упала, метров пятнадцать ещё как-то, а дальше лишь по силуэтам. Всё белое, — непонятно где сугроб, а где низинка, и в какой-то момент пришлось даже из машины выходить, посмотреть как лучше проехать. 
Но всё же до дома где сидел Олег, мы доехали достаточно быстро. Я посигналил, и дождавшись когда он займет место в кузове, тронулся дальше. Дорогу я помнил, да и не где тут было заблудиться, поэтому обошлось без приключений. Подъехав прямо к крыльцу, я заглушил мотор. К запаху огурцов добавился запах крови и пороха. 
Мы вышли и погрузив на себя раненых, потопали на пятый этаж. 
Мужики потащили седого, Олег собрал оружие, а я понёс девушку. Поначалу казавшаяся лёгкой, этажу к третьему она как-то потяжелела, а на пятом и вовсе превратилась в бегемота. 
Пройдя в квартиру я занес её в зал — мужики слегка отстали, и уложив возле печки, отошел в сторону. Не задавая вопросов, Аня сразу занялась раненой. 
— Там ещё один. — оповестил я супругу. — только он походу того, не жилец. 
— Посмотрим. — кивнула она, срезая окровавленный бинт. Маша торопливо ставила воду в кастрюле на печь, а Ольга раскладывала убранный после ночевки картон.