Чужие степи 2 (СИ)
— Я тоже не против. — поддержал его Олег, и встретившись взглядом с женой, добавил, — ну не торчать же мне вечно возле тебя?
Та фыркнула, но ничего не сказала. С супругой Олега я раньше знаком не был, так только, заочно. Но судя по всему женщина ему досталась решительная. Когда Олег сказал что должен покинуть станицу, она не отговаривала его, — понимая что бесполезно, а быстро собрала самое необходимое, и последовала за мужем. Ольга, так ее звали. Невысокая блондинка с большими серыми глазами и правильными чертами лица, она хорошо дополняла своего мужа. Он резкий, она спокойная, он всё время куда-то бежит, любит движение и адреналин, она же предпочитает сидеть дома и заниматься ребёнком. Чёрное и белое, инь и янь — как сказали бы китайцы.
— Я бы тоже прогулялся. — Присоединился Андрей.
— Давайте, все уходите. Чего уж там. Мы тут сами как-нибудь. — тут же съязвила его вторая половина, темноволосая Маша. Или как он сам называл её — Маруся.
— Можете даже оружия не оставлять. — поддержала её Ольга.
Аня покосилась на меня, но ничего не сказала. Да я и уходить никуда не собирался. Болело всё сразу и по отдельности, порой даже не удавалось определить источник боли. Правда осмотрев все мои ссадины и ушибы, супруга сказала что не всё так страшно, как кажется, и дней через несколько, всё у меня пройдет.
— Да ладно вам девчонки. — миролюбиво произнес Леонид. — С вами Василий останется, пацаны уже взрослые. Не будем же мы тут до весны на самом деле куковать? Надо выходы какие-то искать, решать как-то.
И вот что интересно, возрази бы Олег или Андрей, они бы не согласились, и продолжали напирать, а Леонид сказал своё веское слово, и вроде как успокоились все. Во всяком случае дальше спор не зашёл. Умел он в нужный момент, правильные слова подобрать. Ну и как бы там ни было, все понимали что иначе никак не получится. Сидеть и ждать с моря погоды, совсем не вариант, поэтому поворчав для приличия, женщины оставили нас, удалившись в палатку к детям.
— Если коротко, стратегия наша будет такая. — сбавив тон до минимума, заговорил Леонид. Успев принять на грудь, — кроме травок у него была ещё и баклажка самогона, говорил он очень уверенно и безапелляционно. — Мы втроем идём на разведку, а ты Васёк, — посмотрел он на меня, — остаёшься долечиваться, и сторожишь девчонок.
— Ага. — кивнул я, и не имея никакого желания спорить, добавил, — как скажешь командир.
— Во! молодец Васёк! — обрадованно хлопнув меня по плечу, ухмыльнулся Леонид. — Значит так и порешаем!
От его «дружеского» хлопка сонливость как рукой сняло. Последние часы я рукой даже шевелить с трудом мог, отбили мне её конкретно. А тут аж до печёнок до самых прошило. Ну и прорвало.
— Блин! Леня! Ты охренел так граблями махать? Наполеон херов!
Леонид недоуменно отстранился, и непонимающе посмотрел на свою ладонь.
— Во первых, мне больно, во-вторых, смысла куда-то тащиться нет совершенно! У нас ещё целый дом не обследован, восемь подъездов, в каждом по полсотни квартир. Плюс подвал и чердак. На кой хрен нам идти за тридевять земель, когда в любой из квартир может найтись что-то ценное, или хуже того, тварь какая притаилась? Ты об этом подумал?
Мужики молчали.
— Опять же натопчете везде. Сейчас зима, следы остаются, если вы не в курсе! Олег, ты то должен знать? Любой кто заметит след обязательно заинтересуется его происхождением, а оно вам надо? Тем более хотели подвалом заняться... — меня потихоньку отпускало, и уже не хотелось ничего доказывать.
— И что ты предлагаешь? — после минутного молчания, обиженно спросил Леонид.
— Ничего особенного. Обойти дом, откопать подвал, и ждать.
— Чего ждать?
Честно говоря я и сам не мог чётко ответить на этот вопрос. Ждать белый пикап который привиделся моей жене? — Представляю как буду выглядеть, пытаясь объяснить мужикам подобное. Но и совсем не предупредить тоже нельзя.
— Пап! — отрывая нас от дел государственных, в квартиру влетел Егор, и тыча на окно, повторил, — Пап! там светится что-то!
Он ещё не закончил фразу, как мы подорвались, и едва не посшибав друг друга, ломанулись к окну.
Вдалеке, в одной из высоток, почти на самом верху, светилось окно. Светилось не как обычно горят окна в жилых домах, а каким-то неровным, дёрганым светом.
— Костёр жгут. — тут же определил Леонид. — Я с крыши смотрел сегодня на этот дом, он недалеко, в километре может...
— И чего делать будем? — инстинктивно пытаясь нащупать автомат, Андрей дернул рукой, и не найдя его, покосился на составленное у стены оружие.
— Ну сейчас точно ничего. Понаблюдаем пока, а утром всё-таки придётся прогуляться. — предложил я, не представляя что еще можно предпринять.
— Бинокль принёс? — обратился к Егору Андрей. Тот кивнул, и сняв его с шеи, передал отцу.
— Не видно толком. Вроде точно костёр горит.
Постояв у окна ещё минут двадцать каждый из нас посмотрел в бинокль, но нового ничего не увидел. Костёр и костёр. Так же как и мы кто-то греется. Версий конечно сразу возникло миллион, от самых простых, до совсем невероятных. Причем что интересно, все они имели право на жизнь.
Стоять у окна и смотреть на мерцающий в ночи огонек нам скоро надоело, и бросив это бестолковое занятие, мы отправились спать. Естественно не все сразу, а по очереди. Я, как самый ценный кадр, ну и как самый травмированный, был освобождён от ночного дежурства. Чему конечно несказанно обрадовался. Хороший сон это как раз то чего мне сейчас не хватало больше всего.
Спальные места устроили у печки, прямо на полу. Картон и кое-какие тряпки, — вот и все удобства. Спальники, одеяла и прочее, — ушли в палатку, где разместились женщины и дети. Хотели притащить найденный на девятом этаже диван, но пока решили отложить, лень было, да и места не особо много свободного. Градусника у нас не имелось, но в закрытой комнате было достаточно тепло, градусов пятнадцать, или около того. Естественно верхнюю одежду не снимали, спали прямо в ней. Сняли только обувь, снег днём подтаивал, поэтому промокли все, и сейчас над печкой висела целая гирлянда «благоухающих концов», как поэтично выразился Леонид.
Оружие далеко не убирали. У каждого под боком лежал автомат, а у меня ещё и револьвер с одним патроном. Как-то в запаре не подумал даже из дома взять, этот то случайно оказался, провалившись за подкладку он давно дожидался своей очереди.
Вообще с оружием было хорошо. Кроме своих автоматов, имелся не сданный пулемёт с двумя лентами, собранные с трупов несостоявшихся мстителей пушки — один калаш с половиной рожка, немецкий шмайсер с полной обоймой, тэтешник с двумя магазинами, пара обрезов, и нарезной охотничий карабин. Плюс, конечно же «смерть председателя», ну и пол банки пороха, что тоже немаловажно. Единственное совсем нет пуль и дроби, но где-нибудь всяко свинец найдется, так что отольём в процессе.
Улегшись поудобнее — так мне показалось вначале, я ещё целый час ворочался. — Как не лягу, всё плохо. То бок болит, то ногу сводит, то голова в печку упирается. Не в сам металл естественно, а в кирпичи на которых стояла печь. Оно вроде и теплее, но не очень удобно.
Ещё мысли бестолковые в голове. — Кто в том окне? Зачем они здесь? Может нас уже ищут? Но если так, то почему палятся? Развести огонь забравшись на самый верх, это кем же быть надо? А может быть знак кому то подают? В общем кипело у меня до тех пор, пока я не натянул на голову заменяющую одеяло тряпку, — что-то вроде мешковины, и наконец согревшись, не уснул.
Спал нормально. Даже снилось чего-то. Проснулся не то чтобы хорошо отдохнувшим, но перезагруженным. Хотелось пить и наоборот. В комнате стало совсем тепло. Дежурные так топили ночью, что висящий первым к печке унт, а это был мой унт, слегка подплавился. Что меня совсем не обрадовало.
Обувшись и приведя себя в божеский вид — поправив одежду и потерев глаза, я направился в туалет, наш, — в смысле мужской, находился за пределами квартиры, женский же устроили здесь. Найденное выше этажом ржавое ведро, с легкостью заменило разбитый унитаз.