Чужие степи 2 (СИ)

— По ширине не зайдёт. — огорчил я товарища. 
Андрей внимательно посмотрел на кукурузник, даже подальше отошёл, и глубокомысленно сморщив лоб, кивнул.
— Ну да. Наверное ты прав.
Ворота подвала широкие, метров шесть, или даже семь. Но крылья кукурузника всё равно не пройдут, будь ворота на поверхности, тогда можно было бы как-то бочком попробовать, а тут просто спуск не даст.
— Надо подумать куда его можно спрятать, здесь не самое лучшее место. 
— Почему? — удивился Андрей, тут же аргументируя, — с дороги не видно, недалеко и от высотки, и от подвала. Мне кажется сложно будет найти что-нибудь лучше. Если только дальше в дома укатить...
За многоэтажкой располагалась целая серия домов пониже, между которыми возможно и найдется какое-то укрытие. Но это уже явно не сегодня, сегодня нам бы обустроиться успеть, а потом можно и подумать.
— Заносите обратно, в конец самый ставьте. — пока мы стояли, пацаны успели дотащить домкрат, и сейчас устало вытирали пот с раскрасневшихся лиц. — шапки только не снимайте. — на всякий случай предупредил я. Об этом конечно не раз уже говорено, но тем не менее. 
— Так... чем вас ещё загрузить то? — когда мальчишки вернули домкрат, я прошел к остаткам сваленных как попало богатств.
В принципе оставалось немного, основную часть уже перетащили в квартиру. Разобрать остатки, поглядеть что тащить, а что и оставить можно. Сразу вижу две канистрочки с керосином, пару сумок с провизией — в основном мёрзлое мясо, и длинную монтировку — Олег просил, дрова выламывать. 
Главное про бинокль не забыть. 
— Во, точно. — пришла в голову дельная мысль. — Хватайте по канистре пока, и вот еще. — Я метнулся в кабину и достал из сумки бинокль, — Как отнесете, на крышу сгоняйте, осмотритесь там. Если что заметите, маякуйте. 
— Только не свалитесь оттуда. — добавил Андрей, и выдернув из угла канистры, поставил их перед дверью. 
  
Глава 16
 
Отправив пацанов с канистрами, мы прикинули где лучше оборудовать наблюдательный пункт. Нам нужно место откуда был бы виден самолёт, и просматривались подходы к нашему новому дому. И желательно недалеко.
— Оптимально в этих руинах. — Андрей показал на расположенные в сотне метров правее многоэтажки остатки какого-то здания.
Невысокое строение красного кирпича, с отсутствующей боковой стеной и наполовину обрушенной серёдкой, находилось в очень удобном месте. Но я сомневался что там можно укрыться от холода. А торчать сутками под открытым небом не самое лучшее занятие. О чём и сообщил Андрею.
— А что ты предлагаешь? В доме засесть? — ответил он. 
— Как вариант. 
— И смысл огород городить? — не поддался он на мои аргументы, — С тем же успехом можно из окна нашей квартирки смотреть. Никакой разницы. Тем более если ты хочешь его перегонять? 
В рациональности перемещения кукурузника я уже и сам начинал сомневаться. Понятно что здесь он не полностью укрыт, но не факт что где-то ещё найдется место лучше. Тем более в случае прямой опасности отсюда можно легко взлететь.
— Ладно. Поглядим. — успокоил я Андрея. — Сегодня пока так, из окошка понаблюдаем. 
— Если по уму, по уму, — акцентировал он, — то постов надо делать несколько, и ещё чтобы и здесь, в самолете постоянно кто-нибудь находился. 
— У нас народу не хватит. — теперь уже возразил я. 
— Ну я и говорю, это по уму если. Так что расслабься, никому мы тут не нужны. Если и боятся кого, то только тварей, но они кукурузник угонять точно не станут.
В общем, закрыв тему с самолётом, я отключил аккумуляторы, закрыл дверь в кабину, и нагрузившись по максимуму, мы направились к подъезду многоэтажки. Возвращаться сюда сегодня больше не планировали. 
Если честно, я вообще не знаю как пережил этот день. Наверное сначала на адреналине, а потом слове «надо». Казалось ещё чуть-чуть, и я просто где-нибудь упаду. Ещё и подмерзать начал. Даже солнце было против меня. Только что так приятно согревавшее, буквально в один момент оно ушло за крышу соседней высотки. 
 
— Сколько километров отсюда до обитаемых мест? — когда мы почти дошли до квартиры, неожиданно спросил Андрей. 
— Не помню. Но думаю десять-двенадцать. Вряд ли больше. А что?
— Да так. Прикидываю как добираться будем. 
Поход в заселенную зону мы пока обсуждали в общих чертах. Конкретно ничего не решали, но даже так, навскидку, становилось понятно что легко не будет, и подходить к мероприятию нужно очень серьёзно. 
Список необходимого тоже не составляли, но первое и самое главное — бензин. С полными баками наша вынужденная ссылка будет не так уж страшна. Второе — патроны. Оружие у нас есть, даже с избытком, но боеприпасов хватит лишь на короткую стычку, не говоря уже о тварях.
Естественно мы не собирались ничего покупать, — во-первых у нас нечего предложить на обмен, а во-вторых зачем платить, если можно взять так? Я долго размышлял на эту тему, стараясь видеть в людях только хорошее, искал оправдание тем кто вёл себя неподобающе, ставил себя на их место, пытался найти оправдание их действиям. Всячески старался принять условия этого мира и не нарушить своих принципов. Но сегодняшняя ночь стала последней каплей, — принципы принципами, но реальность оказалась сильнее. 
— Добраться не проблема. Главное после дела правильно убраться. — ответил я Андрею. Зима не самое лучшее время для разбоя, следы на снегу остаются. И это уже проблема. 
— Будет день и будет пища. — хмыкнул он, толкая плечом дверь квартиры. 
Пахнувшее оттуда тепло, приятно пощекотало дымком. — Ещё не Ташкент, но уже и не минус. Я даже замер от неожиданности.
— Заходи, не выстужай. — поторопил Андрей, и свалив вещи прямо в коридоре, двинулся к источнику тепла.
Леонид как раз загружал дрова в печь, предварительно разломав их на мелкие щепочки. Совсем крошечная топка буржуйки заставляла разбирать дрова на кусочки помельче, они конечно горели лучше, но зато быстро сгорали, заставляя подбрасывать едва ли не постоянно. 
— Как оно? — подсел я поближе, и протянул ладони к «сердцу» нашего приюта. Поднимавшийся наверх нагретый воздух приятно согревал ладони.
— Да прекрасно. — сохраняя самое серьёзное выражение лица, не отвлекался от своего занятия Леонид. 
— А где Олежек? — Судя по доносящемуся из палатки шушуканью, дети находились внутри, женщины занимались едой и разбирали барахло, пацаны должны быть на крыше, а вот Олега я почему-то не видел.
— За дровами ушёл. На седьмой, там полы вскрытые, доламывает.
— Понятно. — Тепло так приятно потекло по телу, что я аж зевнул от наслаждения, но тут же скривился от боли. Свело челюсть. Так бывает когда слишком сильно зеваешь, очень неприятное ощущение.
— Иди вон, спальник есть ещё один, расстели да ложись. Смотреть страшно как ты кривишься. — сочувственно взглянув на меня, предложил Леонид. — Сильно досталось?
— Не знаю пока. — вправив челюсть, я подвигал ей из стороны в сторону, — Кости вроде целы, а мясо нарастёт.
Забегая вперед скажу; спать я не лёг, а чуть отогревшись, отправился за дровами. Олег так разошелся, что треск отрываемых полов был слышен даже через этаж. Здесь кто-то уже начинал заготовку дров, но судя по местам сломов, было это давненько, когда именно конечно не скажешь, — но точно не этой зимой. Полов не было на кухне, там они легче всего отходят, и в дальней комнате с балконом, нам же осталась ближняя спальня — там только начали сдирать, и никем не тронутый зал. Сняв всё что можно со спальни, мы перетащили добычу к себе, и определив дежурства, наконец собрались поужинать, ну и обсудить сложившуюся ситуацию. 
Настроение у всех было нормальным, но какой-то особой радости никто не испытывал, мы понимали что всё только начинается, и впереди нас ждёт целая куча трудностей. Но сам факт что мы живы, и сидим в тепле, уже обнадеживал. 
— Завтра хочу прогуляться по окрестностям. — заявил Леонид, передавая термос с свежезаваренным чаем — свои травы он взял с собой, чем сейчас очень гордился.