Искусство бегать на каблуках (ЛП)

Лекси намылила волосы шампунем и вымыла все тело. Было так хорошо смыть последние капли макияжа и мусса, которые остались от предыдущего дня. Телевизор продолжал работать без звука, вода капала с волос, желудок забурчал, напоминая, как мало она ела в последние двадцать четыре часа. Лекси не относилась к тем девушкам, которые заказывали салат и никогда его не съедали.
Как и мать, она любила готовить и поддерживала в тонусе свои ягодицы и бедра регулярными упражнениями. Уголки губ Лекси опустились, когда она посмотрела на пончики и эль, лежавшие на кровати. Она или потеряет сознание от голода, или сойдет с ума. А может, все вместе. Джимми сказал что-то о закусочной, и мысль о вафлях с голубикой и кленовым сиропом заставила ее почувствовать себя еще более слабой от голода. Бекон и яйца, и кофе. Настоящий кофе. А не слабая бурда из баночки в номере отеля.
Лекси перевела взгляд от пончиков к экрану телевизора. Может, пока она была в душе, страна потеряла к ней интерес. Может, она могла бы выбраться из своего номера и наесться вафлями с беконом. Может, ей уже не нужно прятаться в седьмом номере.
На экране появилось вступление к четвертому часу шоу «Сегодня», пока камера показывала крупным планом Ходу и Кэти Ли, сидевших за стеклянным столом. Под именами ведущих в нижней трети экрана бегущая строка гласила: “И где же невеста из «Давай поженимся!»?”
— Добро пожаловать, — начала Кэти Ли. — Это розыгрыш в пятницу, и мы даем телезрителям шанс выиграть путешествие в Канкун.
— Чтобы принять участие, — добавила Хода, — позвоните по номеру, указанному внизу, и дайте нам знать, если вы где-то видели Лекси Ковальски.
А может, и нет.
  
ГЛАВА 5
 
Любовь с первого взгляда заслуживает того, чтобы приглядеться еще разок
— Не работает.
Лекси Ковальски подпрыгнула, как будто кто-то уколол ее булавкой, и из-под козырька нелепой шляпы посмотрела на Шона глазами глубокого голубого цвета.
— Что?
— Если ты пытаешься смешаться с местными, это не работает.
Не когда ее волосы торчат соломой из-под шляпы, которая выглядит так, будто сквозь голову Лекси плывет рыба.
— С чего ты взял, что я пытаюсь смешаться? — Она подняла чашку кофе и подула на него.
И не когда, несмотря на волосы и рыбу, она выглядит достаточно хорошо, чтобы разложить ее на столе и съесть.
— Я разговаривал с Джимми перед его отлетом. — Шон занял стул напротив Лекси в «Вафельном домике». — И слышал, что людям не терпится найти тебя.
В доме своей матери, прямо перед тем как сбежать от ее непрекращающихся жалоб на здоровье, он также видел, как весь состав «Точки зрения» говорит о Лекси.
Когда мимо прошла пара туристов в парках и резиновых рыболовных сапогах, Лекси наклонила голову и подняла руку, будто поправляя шляпу.
— На кону каникулы в Канкуне от Ходы и Кейти Ли. — Прикрывая лицо рукой, она спросила: — Ты собираешься меня сдать?
— Нет.
— Спасибо. — Лекси перекинула волосы через плечо и выдохнула, будто почувствовала облегчение от его ответа.
— Я был в Канкуне много раз. — Шон опустил глаза, когда локон скользнул обратно через плечо Лекси и остался лежать на рыбе, нарисованной на футболке. Скульптура «Дух Сэндспита» была гордостью общины и первым, что туристы видели, когда приземлялись в аэропорту, но растянутый на большой груди Лекси лосось походил скорее на кита. — Это не самое мое любимое место отдыха.
Подошла официантка, и Шон замолчал, пока та ставила тарелку с вафлями и беконом и бутылочку с сиропом.
— Принести тебе что-нибудь, Шон? — спросила она.
На официантке была флисовая безрукавка поверх красной водолазки и немного криво сидевшие очки, сквозь которые она смотрела на Шона. Тот был уверен, что официантка — подруга его матери, но не мог вспомнить ее имени. Было уже за полдень, так что он заказал «Молсон», чтобы облегчить пульсацию в голове, и взглядом скользнул к бейджику официантки.
— Спасибо, Луиза.
 
— Не за что. — Она посмотрела на верхушку «рыбной» шляпы Лекси. — Могу я принести вам что-то еще?
— Кофе, пожалуйста.
Шон продолжил беседу, глядя, как Луиза уходит.
— Вот если бы кто-нибудь предложил путешествие на Косумель… — Его взгляд вернулся к Лекси. — Это был бы совсем другой разговор. Мне бы пришлось сдать тебя ради шанса провести каникулы на Косумеле.
— Серьезно?
Нет.
— Ага. В южной части острова есть маленький бар, в котором подают самое холодное пиво, заводят лучшее регги и поощряют женщин ходить топлесс.
Уголки ее полных поцелуй-меня-детка губ неодобрительно опустились, пока длинные пальцы с короткими бледно-розовыми ногтями открывали сироп.
— Крутяк.
— И это слышишь от женщины, которая гонялась за свиньями на национальном телевидении.
— И победила. — Она накапала сиропа в глубокие квадратики на вафлях. — И должна добавить, не сильно при этом испачкалась.
Шон откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди, обтянутой серой рубашкой «Хенли».
— Я не знал про грязь. Шоу я не смотрел.
Лекси поставила кувшинчик на стол и взглянула на Шона.
— Тогда как ты узнал про свиней?
— Увидел в рекламе.
Она положила бумажную салфетку на колени и взяла вилку и нож. Один кусочек вафли, и Лекси вздохнула: глаза прикрыты, уголки губ приподняты, как будто она была в раю.
— М-м-м. Как хорошо.
Или испытывала оргазм. Проклятье.
Лекси сглотнула и открыла глаза.
— Ты не смотрел шоу?
— Нет, — ответил Шон, когда официантка поставила его пиво на стол.
— Как у твоей мамы дела с этой ее диффузной поджелудочной?
Шон просто улыбнулся, как делал всегда, и посмотрел в лицо женщине, возможно, постаревшей раньше времени из-за жесткого пропитанного солью воздуха.
— Лучше.
— Она, наверное, испытывает ужасную боль.
— Уверен, она полностью поправится.
Как и всегда.
— В прошлый раз я видела ее на… — Луиза замолчала, задумавшись. — Боже, вероятно, это было на ярмарке в октябре. Она упоминала, что может переехать в Штаты с тобой.
И именно поэтому Шон в Сэндспите. Удостовериться, что мать не переедет.
— Она просто не переносит зимы. Бедняжка. — Луиза чуть прищурилась, как будто пыталась понять, почему женщина, которая ест, как дровосек, кажется знакомой. — Она совершенно точно гордится тобой.
Шон наблюдал, как Луиза наблюдает за Лекси, верхняя часть лица которой была скрыта от взглядов полями «рыбной» шляпы.
— Я скажу маме, что вы спрашивали про нее.
— Хорошо. — Луиза нахмурилась и повернулась, чтобы уйти. — Приятного аппетита.
Шон посмотрел через плечо, как она удаляется.
— Уверен, она тебя не узнала.
Он повернулся обратно к Лекси, все еще сидевшей с опущенной головой. И наблюдал за ее губами, пока она спрашивала:
— Насколько уверен?
— Вполне.
— Не очень-то убедительно. — Лекси медленно подняла голову, тень от шляпы скользнула вверх по ее щекам и носу к глазам глубокого синего цвета. — Что такое диффузная поджелудочная?
Выдумка.
— У нее нет диффузной поджелудочной. Луиза ошибается. — Шон взял свое пиво и сделал глоток.
— Что с ней не так?
Пожав плечами, Шон поставил стакан на стол.
— Мы говорили о тебе и этом идиотском шоу, — сказал он, чтобы сменить тему разговора с придуманной болезни его матери.
— Не нужно мне было идти на это дурацкое шоу. — Она промокнула губы бумажной салфеткой и взяла чашку с кофе. — Лучше б нашла какой-нибудь другой способ для продвижение «Гардеробчика Ням-Ням». — Она отрезала кусочек вафли и положила в рот.
Точно. Шон вспомнил, что вчера, сквозь завесу из вуали и пышной ткани, она говорила что-то о бизнесе по пошиву собачьей одежды.
— Скорее тебе не следовало становиться победительницей.
Лекси пожала плечиком, соглашаясь, и разложила салфетку на коленях.