Растопить ледяное сердце (СИ)

— Ладно, — киваю, но внутренне протестую. Я не мог не заметить. Человеческая страсть, о которой говорит Хакон, не знакома моему покрытому инеем нутру. Точно знаю, что отметины на теле Альвины не было. Я слишком хорошо его изучил. Перевожу взгляд на менталиста: — Клаус?
— Со своей стороны могу сказать, что герцогиня не обманывает: она действительно ничего не помнит, — заверяет меня Клаус. — Интересная ситуация, я первый раз сталкиваюсь с подобной. Стараюсь забраться в глубины ее сознания и памяти, но все время натыкаюсь на какой-то блок, который не поддается моему влиянию. Даже поверхностные мысли уловить не могу. Если позволите, герцог, я бы поработал еще некоторое время с Альвиной, попытался бы разрушить этот блок разными способами.
— Разрешаю, — коротко отвечаю я и добавляю: — Только помни, Клаус, что герцогиня — МОЯ нареченная. 
Я заметил, каким взглядом этот парнишка смотрел на девушку, и мне совершенно это не понравилось. Не люблю, когда на мою собственность кто-то имеет виды.
— Зачем вы это мне говорите? — изображает непонимание граф. — У меня, в отличие от герцогини, нет провалов в памяти.
— Думаю, что мы поняли друг друга, — сверлю взглядом побледневшего Клауса. — Герцогиня Альвина в вашем распоряжении, но работать с ней вы будете только в моем присутствии. Андреас!
— Слушаю, монсеньор, — моментально появляется на пороге мой секретарь.
— Пусть выделят для графа Мякеля покои в гостевом крыле. Он задержится на неопределенное время.
— Будет исполнено, ваша светлость, — кивает секретарь и обращается к Клаусу: — Прошу следовать за мной.
Отмахиваюсь от дыма сигары, провожая взглядом менталиста.
— Зря ты так, Райнхольд, — неодобрительно качает головой Хакон. — Парень молодой еще, пылкий. 
— Пусть свою пылкость направит на кого-нибудь другого, — мрачно отвечаю я. — Моя супруга неприкосновенна.
— Альвина тебе еще не супруга, — замечает лекарь. — Время после ритуала наречения дано именно для того, чтобы влюбленные могли убедиться в своих чувствах. Ты прекрасно знаешь, что если твоя нареченная решит отказаться связывать с тобой судьбу, то ты не сможешь ее заставить. Лишь добровольный союз...
— Не нужно мне рассказывать прописные истины, Хакон, — сухо прерываю повествование о традициях королевства Рэгнолд. — Я не собираюсь никого заставлять. Но и соблазнять мою будущую жену на моих глазах не позволю. Тем более, какому-то юнцу, пусть и самому талантливому менталисту в стране.
— Ох, Райнхольд… — с наслаждением затягивается сигарой Хакон. — Невозможно соблазнить того, кто искренне любит другого. Подумай об этом.
— Мне не нужны наставления, — морщусь я. — О любви расскажи кому-нибудь другому. Ты прекрасно знаешь, что я…
— Не зарекайся, друг мой. Не зарекайся, — перебивает меня лекарь. — Мне пора. Оставил герцогине зелье для восстановления, потому что увидел чужеродное воздействие в ее ауре. Проследи, чтобы она принимала три капли каждое утро в течение недели.
— Подожди. Что за воздействие? — настороженно спрашиваю я. — Почему ты сразу не сказал? Это может быть связано с ее потерей памяти?
Не хватало только, чтобы кто-то попытался добраться до меня через Альвину. Недоброжелателей хватает, а их поступки иногда непредсказуемы. Я теперь несу ответственность за девушку. Мне не нужны пересуды, если что-то с ней случится. Я могу лишиться должности.
— Нет, вряд ли эти вещи взаимосвязаны, — качает головой Хакон, поднимаясь из кресла. — Воздействие слишком незначительное, чтобы как-то повлиять на здоровье герцогини. Возможно, чья-то зависть или ревность, такое случается повсеместно. Просто будь внимателен и не заморозь этот хрупкий цветок, попавший к тебе в руки.
Киваю. Я и так собирался не спускать глаз с Альвины. Знал бы мой приятель, что за этой внешней хрупкостью и нежностью скрывается расчетливая девица, мечтающая лишь о богатстве, роскоши и высоком положении в обществе, — не так бы защищал этот сорняк, имеющий внешний вид благороднейшего редкого растения.
Я потому и связался с Альвиной. Ей не нужна была любовь, которой я не могу дать. Ей нужны были лишь мои деньги и принадлежность к миру аристократии, который так ее манил. И меня это полностью устраивало, все складывалось как нельзя лучше. Наш союз точно прошел бы проверку на добровольность, потому что, хоть и заключался по взаимному расчету, но и по взаимной необходимости.
 
Но в стройном плане возникла осечка, которой я не смог предугадать. Теперь у меня на руках девушка, которая потеряла память и, вместе с этим стала будто совершенно другим человеком. Несмотря на уверения лучших специалистов королевства, я все равно не верю своей нареченной.
Что-то здесь не то. Откуда взялся блок, который не способен пробить Клаус? Что за воздействие в ауре? Я докопаюсь до истины.
— Андреас, зайди, — вызываю своего секретаря.
— Слушаю, — тут же возникает передо мной помощник.
— Собери мне досье на Альвину, — отдаю короткий приказ и поднимаюсь на ноги.
— Так мы же уже… — растерянно произносит секретарь, хлопая глазами. — Досье было собрано еще два месяца назад по вашему приказу, монсьер.
— Оно почти пустое. Копайте лучше, должно быть что-то еще. Найди выход на закрытые архивы, бери в помощь наших ищеек. Я должен тебя учить? — раздраженно спрашиваю у парня, который отступает на несколько шагов назад.
— Все будет исполнено, ваша светлость. Я могу идти?
— Иди, — бросаю коротко. — Работай.
Вот же, драуг! С досадой рассматриваю морозные узоры, ползущие по лакированной поверхности стола. Снова не сдержался. Слишком давно не давал выхода энергии.
Надеюсь, что отчеты из управления не пострадали.
Алевтина
Аккуратно выглядываю из-за двери спальни и облегченно выдыхаю, обнаруживая пустой коридор. Боялась, что герцог определил какого-нибудь стражника возле моей двери, чтобы я не смогла выйти на волю. 
После осмотра лекарем и ментальной проверки, на которую я потратила все нервы и силы, очень хочется есть. Желудок буквально сводит судорогой, и, если я сейчас не найду кухню или столовую, то упаду в голодный обморок. А с меня уже достаточно приключений. Я и с текущими не знаю, как разобраться, новых мне точно не нужно.
До сих пор не могу поверить, что все прошло гладко. Я покрылась холодным потом и задрожала от страха, когда Клаус приступил к проверке. От его вмешательства я испытывала невероятно странные ощущения: словно склизкие щупальца залезли в мою голову и щекочут мозг. Ждала, что с минуты на минуту все мои тайны раскроются, что менталист увидит мои воспоминания, совершенно не связанные с этим миром, поймет, что я оказалась здесь случайно, по вине обстоятельств или странного ритуала, найденного мной в вордовском файле, который сам собой появился в моем ноутбуке. Но Клаус лишь досадливо покачал головой, а после сказал о блоке, который стоит в моей памяти. Откуда он? Мне неизвестно, но слава всем богам, что менталист не смог переступить через него! Иначе… Я не знаю, что бы ждало меня в случае, если бы все узнали, что я — пришелец из другого мира.
Совершенно не представляя в каком направлении двигаться, наугад сворачиваю направо, тихо ступая по коридору. Прохожу несколько роскошно обставленных комнат, все еще продолжая поражаться величине особняка герцога. Зачем ему столько пространства? Как он не путается в этой веренице помещений и лестниц? Неужели, ему не бывает одиноко в этом огромном особняке? Я чувствую себя мелкой рыбкой, которую выбросили в открытый океан.
Мой отец — весьма богатый человек, я привыкла к жизни в коттедже, который папа купил, когда дела его в фирме пошли в гору. Но наш дом, казавшийся мне большим, в несколько раз уступает поместью Райнхольда по величине. 
Спускаюсь вниз по очередной лестнице и ощущаю аппетитные ароматы, долетающие до моего обоняния откуда-то слева. Сворачиваю туда, словно собака-ищейка, продолжая раз за разом втягивать в себя воздух, ищу источник божественных запахов, от которых рот непроизвольно наполнился слюной. В очередной раз захожу за угол и налетаю на невысокую шарообразную блондинку, стоящую посреди коридора.