Легенда о Вороне и Лотосе

– Меня зовут Гао Фэнь, не думаю, что мы встречались раньше.
– Лучше нам не встречаться вновь.
– Надеюсь, судьба будет к нам благосклонна, – в ответ пропела я и, повернувшись к Цзянь Фэну, повторила: – Сяо Хуа нужна нам.
– Нужна так нужна.
Сяо Хуа была нужна мне. Госпожа Жоу ничего не знала об этой девочке, поэтому не стала бороться со мной. Когда в комнату вернулась моя маленькая заплаканная сообщница, хозяйка лишь отрезала:
– Собирайся, господин Цзянь забирает тебя в Учение, – и вышла, оставляя за собой шлейф пряных духов.
– Вы забираете меня, правда? – Сяо Хуа несколько секунд стояла в двери, не отрывая от меня взгляда, а потом бросилась обнимать.
Она так удивлялась, будто это не было нашим уговором. Так смотрела на меня, словно я собиралась подарить ей лучшую жизнь. Я не увозила ее в безопасное место, я даже не знала, что ждет ее там. Она была лишь маленькой пешкой, которой воспользовались бы все, кто мог, если бы знали о ней чуть больше. Но пока знала лишь я, поэтому и забирала ее с собой. Я не была спасительницей, не была лучше хозяйки Золотого листа, все, что у меня было для нее, – слова:
– Ты не должна бояться. Страх – это поражение.
– Спасибо, спасибо, спасибо!
Она не слышала. У меня ничего не было для нее.
4
Ту короткую ночь я провела в комнате сяо Хуа. Она собрала свои вещи за десять минут и потом еще час сидела на пороге, глядя в небо.
– Оно такое же было.
– Какое?
– Звездное. Видите, госпожа?
– Какая я тебе госпожа?
Я села рядом с ней и тоже посмотрела на темное полотно, разлитое над крышами.
– Тогда как мне называть вас?
– Зови Фэнь-цзе [12].
– Сестра… – медленно протянула сяо Хуа. – У меня никогда не было сестры. У отца была только я. Когда… когда меня забрали, ночь была такой же. – Ее голос притих.
– Разве не все ночи одинаковые?
– Совсем нет! Они разные! Сегодня видно созвездие Журавля, а завтра уже…
Я присмотрелась. Это было вовсе не созвездие Журавля. В ту ночь мигали лишь звезды, разделенные черной пустотой, все по одиночке, сами по себе.
«Когда видно созвездие Ворона?» – где-то сквозь липкий туман воспоминаний пробирался голос детства.
Я растерянно смотрела на карту с сотнями точек. Бай Син называл их звездами и был уверен, что я смогу запомнить все их странные пересечения.
«Ворона?» – переспросила я в надежде, что он сдастся и решит не мучить меня вопросами.
Но он был непреклонен. Он сидел напротив меня и ждал.
«Летом?» – Я не решалась поднять на него глаза.
«Весной», – шепот, Вэй-гэ пытался спасти меня.
«Весной», – пробормотала я.
«Верно, в каком месяце?»
Я закрыла лицо ладошками и замерла. Если бы можно было, я бы просто убежала, но тетушка Цзюань взяла с меня обещание, что я не буду отходить от Бай Сина.
«Чжу-эр, созвездие Ворона особенно ярко в начале весны».
Я кивнула.
«Я покажу тебе его в следующий раз».
Я кивнула.
«Смотри сюда…» – он показал мне на карте странную четырехугольную фигуру.
«Совсем не похоже», – прошептала я, а когда подняла глаза, то заметила, что он смеется надо мной. Уголки губ выдали его. Я все-таки убежала.
– А потом я всегда смотрела на небо, чтобы вычислить… – Сяо Хуа все еще что-то рассказывала мне.
Не знаю, что на меня нашло в ту ночь, но я повернулась к ней и сказала:
– Если ты не хочешь, можешь не ехать со мной.
Но она была еще слишком юна, чтобы знать цену свободе.
– Куда ты, туда и я, Фэнь-цзе!
Она уцепилась за одно единственное дуновение доброты. Она не знала, что доброта – крючок, пронзающий легкие.
Когда звезды поглотил рассвет, мы покинули весенний дом госпожи Жоу и каменные стены Шаньлу. Мы отправлялись на Гору Вечного Лотоса, в самое сердце Учения.
 
5
Годы стерли мою память. Я совсем не узнавала дорогу ко Дворцу Безмятежности. Будто лошадь отца не срывала землю в такт нашего дыхания, будто я не бродила здесь с тетушкой Цзюань в поисках волшебных цветов. Мы так и не нашли их, а я потеряла деревянную заколку, вырезанную отцом. Я пыталась заглушить слезы печеньем, а отец смеялся. Все смеялись, все говорили, что поляны на горе волшебные и все потерянное возвращают сами. Я не верила им, но на следующее утро заколка и правда лежала у моего изголовья. Это было давно, больше здесь не было волшебства. Это был лишь бамбуковый лес, подозрительно тихий, да струящиеся дороги между пропастью и небом. Гао Фэнь не могла узнать здесь ни одной пяди земли, и все-таки шестилетняя У Минчжу отчаянно хотела бросить мерзкую лягушку в белоснежную спину Бай Сина за то, что подступы к Учению так изменились.
Когда-то мне снилась эта дорога, даже эти высокие ворота, распахивающиеся перед нами. Когда-то все это мне снилось. И все-таки я забыла.
Сердце Снежного Лотоса начало медленно распускаться лучами белого солнца.
На первом уровне располагались конюшни и жилища стражи. Чуть выше начинались покои младших адептов, на третьем уровне – учеников, уже перенявших основные техники Учения. Чем выше ты поднимался, тем тише и холоднее становился воздух. На последнем уровне жили Стражи Учения, а дальше открывался Дворец. Выше Дворца было только Священное Озеро. Я слышала, что там цветет Бессмертный Лотос, сорванный Небесным Правителем из пруда своего Дворца, но подняться туда, на вершину, мог лишь Глава Учения.
Стоило нам спешиться, как к советнику Ду тут же подошел человек в белом одеянии. После низкого поклона он что-то торопливо произнес и отступил на два шага. Советник Ду, не сказав ни слова, ушел.
Цзянь Фэн махнул мне рукой и поманил за собой.
– Мне велено отвести тебя к Старухе Вэнь.
– Старуха Вэнь?
– Увидишь.
Страж Вэнь. Я видела ее лишь несколько раз. Она была верной соратницей Бай Фэна и старейшим Стражем Учения. Я называла ее призраком и всегда пряталась, лишь только завидев ее неизменно белые одежды. Призрак Вэнь и правда пугала. Ее волосы были белее снега, но глаза еще холоднее. Я столкнулась с ней в первый раз совсем малышкой. Удивленно потянулась к ее волосам, но тонкая сухая рука вцепилась в мое запястье.
– Прочь.
С тех пор я боялась попадаться ей на глаза и всегда звала Призраком. Один раз я даже проговорилась. Она прошла мимо сада, где я сидела под присмотром молодых господ, и я испугано спряталась за спиной Бай Сина.
– Что случилось? – Его ровный голос не мог меня напугать сильнее, чем та женщина.
– Призрак Вэнь, – прошептала я.
– Ты не должна так называть госпожу Вэнь, Чжу-эр. – Ду Хувэй покачал головой, когда я выглянула из своего укрытия.
– Почему?
– Тогда она и правда станет злым…
Он хотел сказать что-то еще, но замолк под взглядом Бай Сина.
– Почему?
Ду Хувэй уже не хотел говорить, он вновь нацепил бесстрастное лицо и вернулся к своей каллиграфии.
– Не верь всему, что говорят. – Бай Син так и не повернулся ко мне, а я так и не выпытала, что еще они знали про Призрака Вэнь.
– Кто это? – прошептала сяо Хуа, дергая меня за рукав.
– Тебе, маленький цветочек, нужно просто молчать и делать как говорит старушка, – рассмеялся Цзянь Фэн.
– Она очень строга?
– Ты ничего не знаешь о старушке Вэнь и старике Лоу?
Сяо Хуа покачала головой. Прежде чем он начал выдумывать байки, чтобы напугать девочку, я ответила первой:
– Это два старейших и почитаемых Стража Учения.
– Да ты ничего не знаешь, малышка Фэнь! Это же главные драконы Лотоса! Одним своим взглядом юношей и бледных дев они превращают в острые клинки!