Наказание Дамира

Пальцы влажнеют, мелко подрагивая. Крепко затягиваюсь, хмурясь и снова переводя взгляд на колесо.
Мда-а-а…Это только эвакуатор. Как это вообще случилось? С виду машина совсем новая… Вопросительно кошусь на Дамира, но Керефову не до меня — он уже рычит на кого-то в трубку.
— Ден, ты охуел? — сходу выдает сквозь зубы, отчего зажатая сигарета весело прыгает у него во рту, — Я сейчас чуть на встречку не улетел! Еще и не один! Что за хрень с колесом???…Что?…Что ты, блять?…Тебе жить надоело что ли???
В ответ в трубке слышится какое-то жалобное поскуливание — видимо, это попытки оправдаться. Дамир бросает на меня быстрый взгляд и отходит подальше. Не то, чтобы его отборный мат не слышно на расстоянии пяти метров, но ощущение полного присутствия исчезает.
— Да, на шоссе, да…Я скину координаты…Нет, ты сам вызовешь!…У Карена ключи есть, я у вас оставлял…А мне по х…, что воскресенье. У меня тоже бл… воскресенье!
Докуриваю и, кинув бычок под ноги, втаптываю носком его в придорожную пыль. Кажется, за нами приедет какой-то осел Ден на пару с эвакуатором. Это хорошо, потому что мы в лесу в почти ста километрах от города с единственным признаком цивилизации — табличкой с названием какого-то неизвестного мне населенного пункта перед поворотом в метрах ста от нас. Подозреваю, что вызвать сюда такси будет проблематично…
Перестав вслушиваться в разговор Дамира, залезаю обратно в машину и от нечего делать листаю телефон, что оказывается задачей не из легких — ловит здесь тоже так себе. Керефов возвращается ко мне в салон минут через пять.
Сердито вздыхает, кидая телефон на приборную панель, и устало трет лицо обеими ладонями.
— Так, я решил всё. Эвакуатор ждать не будем — там ребята из мастерской сами подъедут — оттащат, а нас сейчас брат заберет.
До меня не сразу доходит смысл его слов, но, когда доходит…Я медленно поворачиваюсь к Дамиру, приоткрыв рот.
— Какой брат? Куда заберет? В город???
Дам недовольно стучит по рулю пальцами и трет бороду, прежде чем ответить.
— Мой брат, чей же ещё! Какой город, Жень? У деда юбилей, говорил же я, вон как раз поворот к нему на дачу, — Дамир машет в сторону придорожной таблички в ста метрах от нас, — Рамик со своим гаремом будет тут минут через пятнадцать. Нас и подберет.
— А я? — тупо хлопаю ресницами я, — Я что? Тоже…на дачу?
— А куда тебя? — криво улыбается Дамир, нервно выстукивая по рулю.
— А я не хочу, — признаюсь честно.
Это не совсем так…Если быть до конца откровенной, то я может быть и хотела, но не вот так же…вынужденно! Он до этого и мысли не допускал меня с собой позвать!
— А я, думаешь, хочу! — взрывается Дамир тихо и снова трет ладонями лицо, — Бл…как не вовремя… Но нет, Женька, поехали. Не на шоссе же тебя оставлять!
— Такси? — начинаю перечислять варианты.
— Из города три часа ждать будешь, — отмахивается Дам, — Еще и выходной, все стоит…
— Я могу дождаться ремонтников, уехать с ними… — предлагаю я альтернативу.
— С этими пидорасами? Они мне тачку угробили уже сегодня, еще я им свою девушку не доверял, — возмущается Дамир, хлопает себя по карману на бедрах, нащупывая пачку сигарет и рывком открывает водительскую дверь.
— Да нормально всё будет, — кидает мне Керефов, прежде чем выйти из машины.
Правда, произносит он «нормально» таким тоном, будто убеждает в этом сам себя. С грохотом захлопывает за собой дверь и остервенело чиркает зажигалкой, торопливо прикуривая сигарету. С видимым наслаждением глубоко затягивается и выпускает дым в небо.
Слежу за Дамиром через лобовое, кусая губы. Глупое словосочетание " моя девушка" не дает больше возражать…К деду так к деду… И Дамир уверен, что всё «нормально будет», да?
 
26.
Докурив, Керефов не возвращается в машину, а начинает кому-то звонить. Наблюдаю, как Дамир, улыбаясь невидимому собеседнику, рассеянно пинает придорожные камушки, потом оборачивается и подъезжающему к нам темно- синему внедорожнику. В животе от нахлынувшего волнения невольно собирается щекочущий холодок. Прячу между ног повлажневшие ладони. Только сейчас меня буквально вбивает в кресло осознание, что я появлюсь перед всеми родственниками Дамира, о которых, ко всему прочему, не знаю ни-че-го. Ну кроме того, что имя им — легион.
 
Пока синий джип лихо тормозит на обочине, поднимая пыль, нервным движением опускаю козырек и рассматриваю себя в зеркало. Не накрашенная, заспанная, помятая, и этот странный удовлетворенный блеск в глазах…Черт. Отлично, вспыхнувшая досада на себя за вид женщины, которую имели больше суток, хотя бы этот предательский блеск из глаз убирает, заменяя его колючей настороженностью.
Так, Женька, ничего страшного, да?
Поправляю помятую юбку своего платья- футляра, в котором я еще с пятницы, и перевожу взгляд на запачканные песком кроссовки…Вот так и знала, что лучше бы было в гостиничных тапках вчера ночью бегать на пляж. У-у-у…
Выудив влажные салфетки из сумки, наскоро протираю обувь. Кое-как справившись, устремляю взгляд сквозь лобовое. Как раз в этот момент водительская дверь джипа распахивается, и из машины бодро выпрыгивает какой-то мужик. Пока они крепко обнимаются с Дамиром, хлопая друг друга по спинам так, будто мечтают сместить пару позвонков, с болезненным любопытством разглядываю новоприбывшего.
Дамир сказал, что это его брат…
Отмечаю, что мужчины действительно очень похожи. Примерно одного роста, подтянутые, спортивные, черноволосые и черноглазые с правильными, сходными чертами лица. Вот только, если Дамир предпочитал классическую, строгую и однотонную одежду, и сейчас был в черном поло и джинсах, а из украшений на нем были только часы, то брат на его фоне напоминал райскую птицу, только что прилетевшую с бразильского карнавала. Гавайская рубашка нараспашку, белоснежная майка- алкоголичка под ней, светлые дырявые джинсы, беговые кроссовки, левая рука почти до локтя завешана фенечками, а правая, похоже, до самого плеча забита татуировкой- рукавом. Еще одна татуировка ползла у другого Керефова прямо по шее и уходила за выбритый висок, а на затылке смоляные волосы были собраны в хвост. Наглая белозубая улыбка, сощуренные жгучие глаза и сережка-гвоздик в ухе дополняли образ богатого великовозрастного распиз…
Ну, вы поняли.
Я с легкой оторопью смотрю на этого брата, теперь уже совсем не зная, чего от встречи с родственниками Дамира ждать…
В глубине души я боялась, что там все будут в хиджабах, но это же какой-то ганста рэпер!
Рэпер тем временем будто чувствует на себе мой просверливающий взгляд и поворачивается в мою сторону, коротко махнув рукой. Его рот расползается в ехидной улыбке, сделавшей бы честь и чеширскому коту, а затем он буквально отпихивает нахмурившегося Дамира в сторону и первым идет к машине, чтобы открыть мне дверь. Не успеваю ни испугаться, ни собраться с мыслями, как он уже распахивает ее настежь, щурясь на меня черными, озорными глазами, украшенными лучиками- морщинками, уходящими к вискам.
— Рамиль, очень приятно, — с ходу сообщает он, без зазрения совести щедро облапывая меня взглядом, и протягивает ладонь.
— Женя, — немного опешив, сообщаю я, вкладывая в его руку свои пальцы.
Выхожу из машины.
— Жень, это Рамик, мой старший брат, — с какой-то досадой чешет Дамир затылок, поглядывая на нас, — Рам, это Женя…подруга моя.
— Подруга, да, — кивает Рамик, подталкивая меня мимо Дамира к машине.
— Деду так же скажешь? Напомню, у него вся дружба через ЗАГС, — весело добавляет, открывая передо мной заднюю пассажирскую дверь.
Сначала я думаю, что это неуместная шутка, но потому, как страдальчески кривится Дамир, а Рамик расплывается в еще более садисткой улыбке, решаю, что доля правды в этой шутке приличная.
— Ой, нет, ЗАГС — это без меня, — решаю сразу внести ясность и убить одной фразой двух зайцев — уменьшить страдания явно нежелающего жениться Дамира и стереть ехидную улыбочку с лица его братца.