И аз создам! (СИ)

НЕГРА!!!
Американская общественность была в шоке. Ругались, плевались, требовали запретить… Кое-где даже прошли демонстрации протеста, произошли волнения на расовой почве, с многочисленными случаями линчевания случайно подвернувшихся под руку негроамериканцев.
Но читали – ибо, жутко интересно.
Надо понимать, что после такого - явись только Бажанов в Штаты - ковбои ему там ноги переломают.
Это как пить дать!
Конечно, очень мала вероятность, что мой секретарь-референт свалит в Латинскую Америку… Но я на всякий случай перестраховался и, издал «Осень мастурбанта» - повествующая об одном впавшем в старческий маразм супер-похотливом латиноамериканском диктаторе, в котором без труда можно узнать любого ихнего «сукиного сына» - от Самосы до Стресснера.
Так что только появись он только в тех краях – «где среди пампасов носятся олени» - горячие мачо ему ноги выдернут и забудут на место вставить!
На все претензии, с отмороженным видом отвечаю:
- Извини, Борис, что позабыл с тобой посоветоваться. Но редакторы требовали настоящее имя, а не псевдоним… Сволочи!
Тот, впав в нешуточную панику:
- Я же «засветился», понимаешь!
Широко раскрыв очи, недоумённо интересуюсь:
- Перед кем, извиняюсь? Кто из твоих знакомых – от кого ты ныкаешься, читает литературу на испанском или португальском, к примеру? А если и прочитают, решат что ты где-то в эмиграции… Логично?
Подумав, тот вынужден был согласиться, просветлев лицом:
- Логично.
Вот и всё!
Оставалось только время от времени давать ему читать читательские письма – мешками приходящие в зарубежные издания, чтоб у того и мыслей не появлялось об рывке «за речку».
***
И вот как-то (после последней берлинской «командировки», дело было) беседуя в своём кабинете об делах наших литературных - я под общее хорошее настроение, как будто об чём-то для меня малозначащем, поинтересовался:
- Борис! А правда, что ты имеешь доступ к «Фонду Второва»?
По произошедшей на его лице реакции, я понял две вещи:
а) «Фонд» существует.
б) Бажанов имеет к нему какое-то - скорее всего самое непосредственное, отношение.
В принципе, мне больше ничего и не требовалось знать: кто, как и почему…
От излишнего любопытства кошки дохнут!
Тот, довольно быстро взяв в себя руки, видимо поняв – что я «понял», поэтому «темнить» не стал, а в свою очередь спросил:
- А ты откуда знаешь про «Фонд Второва», Серафим?
- Ты хотел спросить «от кого»?
- …?
Вместо ответа, я возведя глаза к потолку, над коим находились минуя чердак и кровлю - Небеса, где мы все «будем»… Каждый в своё время, конечно! …Почтил минутой молчания светлую память об Александре Лазаревиче Абрамове (Абрамов-Мирове) – бывшем сотруднике бывшего Исполкома Коминтерна (ИККИ) в Берлине.
Ну и заодно – эту «почившую в Бозе» организацию, её пронырливо-вороватого агента Якова Самуиловича Рейха и Давида Леймана, с коим успел сдружиться и которого в некоторых ситуациях мне даже не хватает…
Не-нет, да и взгрустнёшь:
«Эх, был бы счас со мной Давидка, мы б с ним таких дел нафуевертили… Всем чертям бы стало тошно!».
Мда… Что имеем – не дорожим, потерявши – плачем.
Поскорбев вместе со мной, но естественно совсем по другому поводу, Бажанов спросил:
- Так всё это «спасение» было подстроено специально?
Я тоже не стал «тень наводить на пень»:
- Конечно! Но за исключением похищения тебя Григорием Каннером и его компанией. Я присматривал за тобой и, как только – так сразу. Или, я должен был поступить как-то иначе?
Тот, поспешно:
- Конечно, ты поступил правильно, Серафим!
Смотря ему прямо в глаза:
- Так ты не ответил на мой вопрос, Борис: правда, что ты имеешь доступ к «Фонду Второва»?
Тот, тщательно «жуя язык», кивнул:
- Сам я с него не смогу ни копейки снять. Для этого, так сказать – нужна «вторая половинка ключа».
- И в чьих руках, эта «вторая половика», если не секрет?
 
Бажанов, пожав плечами:
- Полагаю, что в английских. Я должен обратиться в любое английское посольство или консульство и сказать условный код… Тебе назвать?
- Нет, не надо – бесполезно, да и многие знания вроде подобного – изрядно сокращают жизнь.
«Так, так, так… Видны уши «Secret Intelligence Service», что и следовало ожидать».
В дореволюционной России, очень сильно было британское влияние. Доходило до того, что все финансовые операции по закупке оружия и военных материалов во время Первой мировой войны – шли только через британские банки, даже если дело касалось третьих стран. И сам этот «Фонд» скорее всего, был создан - не с целью «индустриализации» нашего богоспасаемого Отечества, а с целью организованного вывоза частного капитала за его пределы под благовидными предлогом.
Хотя, конечно, всей правды я никогда не узнаю - да и нужна ли она?
Что это мне даст?
Ровным счётом ни-че-го!
Главное: «Фонд» существует, бабла там немерено, а остальное – не так важно.
Я вспомнил про одного моего парижского «шапочно-знакомого» из этой «всемирно-известной» организации и ещё раз проговорил про себя:
«Так, так, так…».
Я не торопился задавать следующий вопрос, дав возможность сделать это своему собеседнику и, тот как говорится – «не преминул», хотя и после довольно продолжительной паузы:
- Почему ты столько долго молчал и, вот наконец вспомнил про этот «Фонд»? Тебе потребовалась крупная сумма денег, Серафим?
Не торопясь отвечаю:
- Деньги всегда требуются, но я их привык зарабатывать сам. К тому же, просто так эти деньги не отдадут – обязательно потребуют выполнить какое-то условие… А это уже напоминает сыр в мышеловке.
Тщательно обдумав мои слова, Бажанов очень осторожно спросил:
- Если тебе не нужны деньги «Фонда Второва» - в что я охотно верю, зачем тогда ты затеял этот разговор, Серафим? Что ты вообще хочешь, я не понимаю?
Честно и прямо, глаза в глаза, отвечаю:
- Я хочу предотвратить новую мировую войну, Борис.
Бажанов в шоке:
- Как может один человек предотвратить войну? Да ещё и мировую?
- Ты не прав, Борис! Во-первых, нас уже двое. А во-вторых…
И я рассказал ему свой план.
Тот, качая головой:
- Это какая-то авантюра, Серафим! Ничего не получится.
Пристально смотря ему в глаза:
- А ты сможешь с чистой совестью жить, спать и наконец умереть (когда придёт твой час, конечно) – зная, что ты даже не попробовал спасти десятки миллионов человеческих жизней?
Прикусив губу опускает очи долу и молчит.
- Получится или не получится – вопрос уже десятый. Главное, надо попробовать это сделать - а там как «карты лягут».
Наконец, он поднимает голову и «со взором горящим», протягивает руку:
- Я согласен, Серафим!
***
Вспомним мою парижскую командировку 1925-го года и провёрнутую мной операцию «Вброс дохлой кошки», после которой произошло переформатирование СССР в то, чем он вначале и задумывался: конфедерацию практически суверенных республик и регионов - объединённых разве что экономическими связями и внешнеполитическими угрозами.
Перед тем, как возле британского посольства в Париже расстаться с агентом «МИ-6» (в то время наивно надеялся что навсегда), я черканул ему адресок одного из своих «почтовых ящиков» в Москве. Чисто на всякий случай, чтоб если потребуется - не париться ища контакта с британской разведкой.
Надо сказать, что первыми искать контакта стали именно бритты, но я до сих пор отписывался не идя на прямой контакт: мол сообщить мне вам нечего, так чё палиться зря?
И вот наконец я назначил рандеву, но с условием: разговаривать буду только со своим парижским знакомым - больше ни с кем. Назначил место встречи, время и условный знак, по которому тот должен был меня опознать – ибо я буду «в гриме».