Девочка, которая слышала демонов (ЛП)

— Да, не очень хорошо.
Я дернул дверцу своего шкафчика.
Оуэн потрогал свой синяк и поморщился.
— Вчера я прочитал о кокаине в Интернете. Оказывается, это может сделать тебя агрессивным. Я этого не знал, — он снова поднял руки вверх. — Я больше никогда этого не сделаю. Я усвоил свой урок.
Меня вывело из себя, что он говорил о себе — что он даже не спросил, как дела у Адель.
— Ты знаешь, она может позвонить в полицию и сообщить о том, что ты сделал.
Лицо Оуэна побледнело.
— Но ничего не произошло. Не совсем, — он указал на своё лицо. — Мне хуже всех.
— Могло бы быть намного хуже. Я сдерживал себя.
Он выругался и раздраженно провел рукой по волосам.
— Она собирается вызвать полицию?
— Я предлагаю тебе хорошо поработать над собой и извиниться перед ней.
Он кивнул и с трудом сглотнул.
— У меня не может быть полицейского досье. Это убьёт мои шансы поступить в колледж, — нервный блеск распространился по его лбу. — Поговори с ней за меня. Скажи ей, что я ничего такого не имел в виду. Я бы не причинил ей вреда. Я просто валял дурака. Полиция не может арестовать тебя за то, что ты валяешь дурака.
— Я думал, ты ничего из этого не помнишь.
— Я не знаю, — сказал он, сглотнув. — Я просто знаю, что не причинил бы ей вреда.
— Ты сам должен поговорить с ней об этом.
— Я так и сделаю, но ты же её парень, верно? Так сказал Джейк. Ты можешь повлиять.
Я не собирался ставить себе в заслугу решение, которое Адель уже приняла. Я не хотел, чтобы это выглядело так, будто я снял Оуэна с крючка. Я сказал то, что должен был, чтобы он понял, насколько это серьёзно, что это значит.
— Извинись перед ней, — сказал я. — И она может пощадить тебя.
Надеюсь, у Адель хватит ума не упоминать о демонах.
Я вытащил несколько книг из своего шкафчика.
— Адель видела, как ты принимал кокаин?
Он покачал головой, выглядя удивленным вопросом.
— Мы с Тревором делали дорожки в ванной. Он не хотел, чтобы нас кто-нибудь видел, потому что у него не было лишнего.
— Но она знала об этом. Она сказала мне, что ты принял его.
Он пожал плечами.
— Должно быть, я что-то сказал об этом, когда был в отключке.
— О. — Я не поверил в это. Она рассказала мне о нём до того, как он нашел её снаружи. Я ненавидел, когда факты и реальность не совпадали так, как должны были.
ГЛАВА 18
Адель
В воскресенье днём позвонили родители.
— У тебя была хорошая неделя? — спросила мама.
Как я должна была хотя бы начать отвечать на этот вопрос? Я разговаривала с ангелом, вспомнила, что была на небесах, подверглась нападению одержимого демоном парня, сидящего на наркотиках, и целовалась с Леви.
— Прекрасная, — сказала я.
Я не привыкла что-то скрывать от своих родителей. Когда я жила в Нью-Мексико, я рассказывала им всё. Ну, почти всё. Я не рассказывала им о каждом инциденте, который происходил в школе. После того, как твоя мать входит в кабинет и отчитывает учителей за то, что они не сделали больше, чтобы уберечь тебя от издевательств, становишься избирательной в отношении того, что говоришь своим родителям. Тем не менее, они всегда знали суть происходящего.
Отчасти я хотела рассказать им о своих воспоминаниях о небесах. Небеса должны быть хорошей темой для разговора. Но если они не были убеждены, что я слышала демонов, почему они поверили бы мне насчет ангелов? Эта тема просто показалась бы ещё большим безумием. Лучший способ сделать их счастливыми — притвориться, что всё нормально, что я нормальная.
— У тебя не произошло ничего интересного, чтобы рассказать? — подтолкнула мама.
— Нет, если только ты не считаешь домашнюю работу интересной.
— Как продвигается твоя школьная работа? — спросил папа. — Ты успеваешь по всем предметам?
— Все, кроме одного, — сказала я. — У меня есть одно задание, которое может занять некоторое время.
— Не откладывай это, — сказала мама. — Если ты будешь усердно работать, то добьёшься своего.
Я на это надеялась.
 
В понедельник, собираясь в школу, я решила отказаться от своей бесформенной футболки и старых джинсов в пользу более подходящего наряда. Я даже накрасилась и сделала прическу. Я решила вернуться к тому, чтобы выглядеть как раньше. В этом поступке чувствовалась уверенность или, может быть, просто вызов. Если бы люди собирались говорить обо мне, я могла бы хорошо выглядеть, пока они это делали.
Я надела куртку Levi’s и сказала себе, что надела её, чтобы не забыть вернуть ему, но в основном мне нравилось, как она чувствовалась, тёплая и уютная. От неё пахло его одеколоном.
Когда я добралась до школы, Оуэн стоял у входной двери и разговаривал с парой парней, имен которых я не могла вспомнить. Футболисты. Тёмное пятно расползлось по правой щеке Оуэна, как навязчивая тень.
Я знала, что снова увижу его на английском, и время от времени размышляла о том, что бы я ему сказала. Я обдумала множество реакций, начиная от публичного осуждения его, предупреждения каждой девчонке в школе, какой он, или угрозы ему в частном порядке, что ему лучше привести себя в порядок.
Вот что меня действительно беспокоило — что если я не сделаю что-нибудь, чтобы показать ему, что он не может нападать на девушек, он сделает это снова. В следующий раз у девушки может не быть никого, кто мог бы её спасти, и что бы ни случилось, частично это будет моя вина, потому что я позволила бы ему думать, что его действия не имеют последствий.
Вместо того чтобы проводить время в машине с Леви, целуясь и выясняя историю нашего знакомства, мне следовало поговорить с ним о том, как вести себя с Оуэном.
Вчера в церкви я провела довольно много времени, спрашивая Бога, как справиться с этой ситуацией. Но если Бог пытался достучаться до меня с ответом, мой гнев на Оуэна блокировал все остальные эмоции.
Я надеялась, что, когда увижу Оуэна, буду знать, что делать. Но я этого не сделала. Теперь, когда он стоял передо мной, я могла только смотреть на него и вспоминать, как он схватил меня за руку и повалил на землю; как это было беспомощно и унизительно.
Мне хотелось дать ему пощечину. И этого даже не было в списке вариантов, которые я рассматривала.
Оуэн увидел меня, что-то сказал парням, которые были с ним, и направился в мою сторону. Все футболисты смотрели на меня. Знали ли они, что произошло? Что он им сказал?
Он встал передо мной, засунув руки в карманы. У него был нервный, испуганный взгляд.
— Привет, Адель.
Он быстро сглотнул, взглянув на учеников из моего автобуса, которые направлялись в школу. Я подождала, позволяя им пройти мимо нас, чтобы мы могли поговорить наедине. Позади нас школьный автобус захлопнул двери и, изрыгая выхлопные газы, проковылял через парковку.
Оуэн раскачивался взад-вперёд на каблуках.
— Извини за вечеринку у Тревора. Я был пьян, и даже не знаю, что случилось. Всё, что я помню, это то, что Леви ударил меня, потому что я сделал несколько движений к тебе. Я хотел сказать тебе, что мне очень жаль.
Он снова сглотнул, ожидая моей реакции.
Я скрестила руки на груди.
— Ты не сделал несколько движений. Ты схватил меня за руку, повалил на землю и разорвал мою рубашку, пытаясь оттащить меня в лес.
— Мне жаль, — пробормотал он, заикаясь. — Это был не я. Клянусь, это был кокаин. Это была плохая реакция или что-то в этом роде.
«Это был не я».
Я лучше, чем он, знала, насколько это было правдой — как на него повлияли. Часть меня смягчилась и захотела простить его. Но другая часть настаивала на том, что он впустил демонов внутрь. Он предпочел прислушаться к ним, а не к своей совести. Он всё ещё отвечал за свои действия.
— Никогда больше не принимай наркотики, — сказала я ему. — Даже не напивайся. Если ты это сделаешь, или если я когда-нибудь услышу о том, что ты делаешь что-то подобное с другой девушкой, я пойду прямо в полицию и расскажу им, что ты сделал со мной.