Ты родишь для меня (СИ)

Я не верю, что слышу это. Но больше всего на свете я хочу родить. О моей проблеме он явно не в курсе, раз так уверен…в успехе.
— А если что-то пойдет не так?
— Ты думаешь, я не в курсе, откуда берутся дети? Напомню, что именно я тебя и научил процессу, — бьет меня по лицу словами, пока я буквально обтекаю. Это удар ниже пояса. Ненавистные воспоминания врываются в мой воспаленный мозг.
— Ясно, Агапов. Но тебе любая родить может, почему я?
— А ты не сбежишь, слишком уж совестливая. Да и не чужие люди, плюс мне кажется, у нас получится красивый ребенок, — ухмыляется Влад, пока я прихожу в себя, ощущая бешеное сердцебиение в груди.
Меня подмывает сказать правду, но вместо этого я смотрю в его наглые глаза и шепчу:
— По рукам.
Влад наклоняет голову и начинает играть мышцами, но я запрещаю себе опускать взгляд. Вперяюсь в его самодовольное лицо и распадаюсь на части.
— Дальше ты делаешь все, что я тебе говорю, и с этого дня любые перемещения согласовываешь со мной и со своей охранной. Твой Герман без мозгов, может всякое предпринять.
Охрана? Я хмурюсь, на что Влад моментально реагирует.
— И без глупостей, лады? — повисает молчание, и я киваю, соглашаясь.
— Я хочу свободы, в моих интересах…слушаться.
— Вот именно. Надеюсь, ты не будешь об этом забывать. А теперь в кровать, быстро.
В моих глазах проскальзывает паника, на что Влад хмурится и недовольно выдает:
— Ты болеешь, и тебе надо отлежаться. К тому же, я не собираюсь брать тебя силой или против воли. Женщины сами прыгают ко мне в койку. Ты не станешь исключением.
*******
Следующие несколько дней проходят напряженно, ну хоть с самочувствием получше, намного. Мне выдают новый телефон, и я с боем вырываю возможность общаться с Алиской. С боем — это потому что всех вокруг Влад почему-то считает угрозой, а на мои вполне резонные контр-доводы он не реагирует, предпочитая отвечать в своей знакомой манере.
— Ты в людях разбираться не умеешь.
И с этим я соглашаюсь, потому что это правда. Но Алиску отвоевываю, мне все-таки удается набрать подругу, она, разумеется, уже меня потеряла, начала бить во все колокола, практически искать с собакой.
— Да я была в шаге от того, чтобы побежать в полицию и ваять заявление, мать!
— Прости, тут было очень напряженно, — кусаю губы и рассматриваю новомодный телевизор на всю стену. Мда уж, он ведь все равно не смотрит его, зачем ему такая махина?
И правда ведь, Агапов рано уходит и поздно приходит, сухо справляется о моем самочувствии и все, дальше ноль коммуникации. Грешным делом, я начинаю думать, что, возможно, наша сделка не будет исполнена, и он поможет просто так. Но червячок сомнения все-таки гложет. Это же Агапов. Своего он не упустит.
— Я хочу знать подробности, и вообще, давай встретимся, — канючит подруга, пока я иду дальше по квартире и вожу пальцами по гладкой поверхности серых стен. Тут холодно…несмотря на то, что тепло.
— Не могу.
— Что значит не могу?
— Это значит, что нужно согласовывать с …— даже не знаю, как его назвать, если честно, так что просто тяну.
— Нет, ну я сначала подумала, он нормальный мужик, однако сейчас я уже так не думаю. Что за приколы вообще? Але, это твоя подруга на связи. Не Герман, переодетый в бабу и изменивший голос.
Я бросаю взгляд на входную дверь, за которой, как мне известно, находится абмал под два метра ростом. На случай, если я решу сбежать, не иначе. Потому что я не понимаю, зачем мне сейчас охрана, если об этой квартире никто якобы не знает. По крайней мере так заявил Агапов, уверяя, что никто меня тут не побеспокоит.
— Так пока нужно, но я попробую поговорить со своими надзирателями, — сухо кидаю в ответ, мысленно готовясь к очередному залпу недовольства.
— Ой, знаешь, что-то в твоей жизни слишком…
Я разворачиваюсь на странный звук, и сталкиваюсь с Агатой и маленькой девочкой с облаком пушистых волос на голове светло-русого цвета. Девушка в таком же шоке, как и я.
— Я перезвоню, — моментально отвожу телефон от уха.
— Вау, вот это было неожиданно, конечно. Я еще думаю, чего это братец сказал не приезжать! Теперь хоть понятно, шифровка, мда, — цокает Агата, пока я словно воды в рот набираю. Она внимательно осматривает меня с ног до головы, особенно задерживается на лице, и что в его взгляде заставляет меня сжаться. — Ну здравствуй, Вита.
 
Она, безусловно, изменилась, но это не о старости, тут было видно чистое счастье, а оно, как обычно и бывает, преображает человека до неузнаваемости. Агата явно не настроена на общение со мной, я ее знаю как облупленную, да и не умела она никогда скрывать свои истинные эмоции. Годы этого не поменяли.
— Привет.
— Здластвуйте, я Лия, а вы плинцесса? — ребенок быстро преодолевает расстояние между нами и запрокидывает голову. — Класивая, мама, посмотли какая она класивая! Как Жасмин!
— Лиечка, иди к маме, — Агата хмурится и смотрит на меня скорее пренебрежительно, пока я опускаюсь на коленки и протягиваю ладонь к малышке. — Мы только елку заберем, а то после ремонта…все свезли к Владу, все равно не жил тут.
— Привет, а я Вита.
— Нет…ты плинцесса, дядя Влад сказал, что тут будет жить только самая класивая плинцеса в миле, как здолово! Плинцесса.
Я усмехаюсь, рассматривая ее прекрасные мелкие локоны. Глаза у малышки точно такие же, как и у всех детей Агаповых. Небесно-голубые. В них видишь свое отражение словно смотришь в отражение кристально-чистой воды.
— Это ты красивая принцесса, Лия, мне безумно приятно с тобой познакомиться, — касаюсь маленькой ладошки и тонкие пальчики сжимают меня в ответ. Малышка улыбается неполным комплектом зубов и светится от радости.
— Ну все, мы быстро, извини, что побеспокоили, — Агата снова подзывает малышку, и наш мимолетный контакт обрывается.
На удивление, Агапова не задаетв опросы, хоть они у нее на лбу написаны.
— Да все в порядке, может чай выпьем? У меня…Влада тут есть целый вагон сладостей, — перевожу взгляд с Агаты на Лию, которая явно рада это слышать, прыгает аж до потолка.
— Да! Да!
— Нуу, давай, — глядя на свою дочь, сквозь зубы проговаривает Агата, и мы под веселое щебетание девчушки идем на кухню, где быстро организовываем незамысловатый стол, сладости, чай, а больше ни ребенку, ни нам, оставшимся такими же сластенами, не надо. Лия рассказывает о всяких детских вещах, пока я снова и снова расспрашиваю ее о друзьях.
Агата припоминает забавные случаи, что случились в детском саду. Как-то неожиданно маленькая девочка смогла раскрепостить нас, и вот уже с час мы так и болтаем, уплетая за обе щеки ароматные цитрусовые. Я наконец-то отключаюсь от своих проблем. Малышка бежит в коридор за своей куклой, чтобы показать мне, и мы с Агатой остаемся наедине.
— Дааа, давненько я так не смеялась, — Агата прикрывает глаза и откидывается на спинку кухонного стула.
— Она у тебя замечательная, — тихо шепчу, обхватывая кружку двумя руками. Чай давно остыл и на дне остался лишь кислый лимон. Практически как моя жизнь. Если, конечно, продолжаться капаться в своем болоте и не выглядывать солныечные лучи, освещающие мой путь.
— Да, ты еще не видела Славу. Когда они вдвоем разносят нам квартиру, это любо-дорого посмотреть, — девушка откидывает прядь светлых волос на бок и смотрит на меня уже без тени улыбки. — Ты быстро нашла с ней общий язык. Обычно она не так к людям тянется. По крайней мере, в саду до сих пор война с воспитателями.
— Это дети, с ними всегда просто найти общий язык, если ты этого хочешь, — бросаю на бывшую лучшую подругу печальный взгляд. Что-то между нами проскальзывает, что-то настольгическое.
— Сколько лет не виделись...Как ты, вискас?
— И ты туда же, да? — прикусываю губу и хмыкаю. Не успеваю и рта раскрыть, как из коридора доносится возня
— Дядя! — внезапно слышится, а затем спустя пару минут на кухню заходит Агапов, держа на руках Лию. Оба смеются. Мужчина выглядит иначе, как мальчишка. Ему идет улыбка, не оскал и не ухмылка, а именно настоящая улыбка.