Халява. 90-е: весело и страшно (СИ)

— Не-а, — мотнул я головой, — я там, где метели и туман, где завтра ожидают снегопада… А у вас тут еще лето полным ходом!
— Сибиряк, значит? — догадался Лагутенко.
— Ну, типа того… — неопределенно ответил я.
— Слушай, а ничего, что мы твою песню эксплуатируем по-полной? Ты ж слышал — Владивосток две тыщи?
— Пацаны, да не моя это песня — пользуйте на здоровье.
— Блин, Серега, я вообще не знаю, как быть… — Было видно, что чувства благодарности переполняют Илью через край. — Ты и с инструментами помог… песню подарил… со Степаном Филиппычем свел…
— Это с Зябликовым-то?
— Да, — кивнул Лагутенко, — теперь к нам ни один мент не пристает! Поем, где угодно! — Вот, как сейчас — на центральной площади! И когда угодно! Если что — телефон Степана Филипповича, и проблема решается на раз!
— Парни, я за вас рад! — Не покривил я душой, действительно испытывая гордость за пацанов. Если то, что я запомнил сквозь пьяный бред моего «симбионта», то у «Мумий Тролля» — шикарное будущее, миллионы фанатов по всему миру. И я к этому всему умудрился руку приложить! Фантастика!
— Блин, Серый… — Лагутенко обнял меня за плечи. — Мы все у тебя в долгу!
— Брось, Илья, какие между нами счеты? Пацаны… вы… вы молоды, талантливы… у вас вся жизнь впереди! — Я раскинул руки в стороны. — Вы живете в таком городе… где-то уже осень, а вас лето в самом разгаре! Не заморачивайтесь! Радуйтесь, пацаны: лето, солнце, море, пляж! Лето, солнце, море, пляж… — В моей башке вновь закрутился с усиленной силой недавний мотивчик.
— Это чего у тебя, — тут же сделал стойку Ильюха, — новая песня?
— Типа того… — Пожал я плечами — ну и нюх у него!
— Накось! — На мою шею лег кожаный гитарный ремень, а сумка была нещадно отобрана из рук.
— Блин, пацаны, ну вы чего? Не готов я… — Я и играть-то как следует не умею, это и вовсе не я лабал…
«Умеешь, мелкий», — внутри меня что-то шевельнулось, не иначе, сожитель всплыл из глубины подсознания. Я провел руками по струнам, и понял… да, действительно, умею! Ну, тогда держитесь, чуваки!
— Давай, Серега, жги! — решил подбодрить меня Вовка Луценко, качнув бас гитарой.
— Ну, это, пацаны… песня совсем не в вашем стиле… — проблеял я напоследок. Уже было ясно, что отмазаться однозначно не выйдет.
— Это в каком, не нашем? — хохотнув, полюбопытствовал Илья.
— Поп-рэп, — неожиданно для самого себя выдал я.
— Вот как? А мы, значит, в каком работаем? — прищурился Лагутенко.
— А у вас явный рокапопс…
— Рокапопс? — Удивленно приподнял одну бровь молодой музыкант. — А ты еще тот выдумщик, Серый! Надо же — рокапопс… Но мне нравиться! — наконец подвел он итог своих размышлений. — Слышали, пацаны? Отныне мы с вами жарим рокапопс!
— Принято! — Тронул струну Вовка. — Ну давай уже свой поп-рэп!
— Только там это, еще женская партия есть… Вы сильно не ржите… если че…
— Не ссы, где надо поддержим, — заверил меня Илья.
Я быстро наиграл на клавишах основную партию, пацаны без проблем ухватили мелодию.
— Друзья! — произнес Илья в микрофон, когда с предварительной подготовкой было покончено. — Мы продолжаем наш импровизированный концерт! Позвольте вам представить моего хорошего друга, певца и композитора, подарившего нашей группе песню «Владивосток две тысячи»!
Толпа на площади вновь заулюлюкала и восторженно закричала. Спорить с Ильей было бесполезно, и я лишь смущенно раскланялся.
— Приветствуйте — Сергей… — прервался Илья, не зная моей фамилии.
— Юсупов, — подсказал я шёпотом.
— Сергей Юсупов со своей новой песней! Поехали!
Народ загомонил и разразился гулом. Ну чего, отступать некуда, назвался груздем:
— Лето, солнце, море, пляж!
Лето, солнце, море, пляж!
Если мы летим, летим на банане,
Если нас с тобой накрывает волнами,
Если по телу льётся музыка света,
Значит добро пожаловать в лето!
Лови мелодию морского прибоя.
Услышь запах солёного моря.
Сочини духи из ароматов улыбок.
По мокрому песку пробеги без ботинок.
Собери, подари подруге венок
Из картинок цветных и радужных снов.
 
Откликнись на тела своего зов
Это время поцелуев и нежных слов.
Лето, солнце, море, пляж!
Лето, солнце, море, пляж!
— Сережа! Сережка! — Услышал я звонкий девичий голос, зовущий меня из толпы.
Я пробежался глазами по столпотворению молодых людей, обступивших нас со всех сторон. Девчонка, что махала мне рукой… Твою же мать! Это Лена! Та самая студентка-проводница, с которой я ехал во Владивосток в первый раз, и с которой… От приятных воспоминаний у меня в штанах слегка начало привставать… надо срочно отвлечься, не хватало на виду такой толпы народу опарафиниться. Но какая же она все-таки классная! Я так закрутился со всей этой бадягой, что и забыл совсем… да и листочек с номером телефона просрать умудрился! Дебил!
Я отошел от микрофона:
— Парни, покрутите немного проигрыш… Я сейчас…
— Лето, солне, море, пляж! — Вступил Илья, заняв мое место у микрофона.
— Лето, солнце, море, пляж! — проскандировала толпа, которая уже основательно завелась.
— Лето, солнце, море, пляж!
Я подскочил к толпе и вытащил из нее бросившуюся мне на шею Лену.
— Сережка, как я по тебе соскучилась!
Черт, а я-то как! — пронеслось у меня в голове, и я ни разу при этом не лукавил. Выглядела Лена просто отпадно: яркая и легкая футболочка, облегала точеную грудь. Пусть, и не особенно большую, но аппетитную — я никогда не гнался за размером. Из коротеньких шортиков — крепкие загорелые ножки. Волосы, прежде пепельного оттенка, превратились в иссиня-черные… да и вся она была как этот летний приветливый город: веселая, спортивная, загоревшая до состояния шоколадки, которая так и просилась, чтобы я её съел. Я обнял её, чувствуя под пальцами крепкую, но податливую плоть… Стоп! Не сейчас!
— Ты петь умеешь? — произнес я ей на ухо, перекрикивая скандирование толпы.
— Да, — удивленно произнесла она, — музыкалку по вокалу закончила… А зачем?
— Увидишь! — Я потащил её за руку к микрофону. — Сначала повторяй, а потом, как махну…
— Готов? — поинтересовался Илья.
— Готов! Лето, солнце, море, пляж!
Голос у Лены, тоже оказался замечательным, впрочем, как и она сама. В этом человеке все было прекрасно… А вообще-то мне наверное голову от свалившегося счастья напекло! Уже на втором припеве она уверенно взяла на себя женскую партию. Конечно, для первого прогона и общей несыгранности получилось неплохо. Но в общей перспективе — офигительно, словно сами собой сложились все факторы. Солнце, море, погода, настроение! И мы умудрились зажечь своей энергией собравшихся на площади слушателей. Количество которых прибывало с каждой секундой в геометрической прогрессии. Особенно много было молодежи, студентов, да и как иначе, если главный корпус «Рыбы» расположен практически на центральной площади.
На последнем куплете я вместо «как в песнях Билана» прожевал что-то неразборчивое, но, вроде, прокатило.
— А ничего себе получилось! — Когда мы закончили, высказался Илья. — Стиль, действительно, не наш… Но это просто бомба! Настоящий хитяра! Прямо-таки фирменная песня летнего Владивостока!
— Слушай, Серый, а про какие-такие бананы речь? — спросил Вовка.
Хех, вот самому бы знать, но меня неожиданно выручил Илья:
— Темнота ты, старик! Ты чего в заграничных фильмах не видел, как к моторкам такие надувные штуки в виде банана цепляют и народ по морю катают?
— Не-а, — мотнул головой Луценко, — не видел.
— Ну, я и говорю — темнота!
— Вот бы на нее еще клип снять, — неожиданно выскочило из меня.
— Что снять? — переспросил Илья.
— Ролик на ТВ. Положить видеоряд на эту музыку! — Я постарался развить изначально совсем не мою мысль. — Представляешь: море, загорелые девчонки, брызги, волны, солнце — настоящий рай!
— Интересно, очень интересно! — Кивнул Илья. — Мы с пацанами тоже пробовали такой снять… Только не очень вышло — оборудование для съемок так себе. А вот где хорошее взять? — Он печально развел руками.