По дороге могущества. Книга пятая: Лик Кальмуара (СИ)

Быстрее, пока он не заметил! Быстрее, быстрее, быстрее!!!
Отрастают задние ноги, покрываются сетью горячей плоти и я мчусь уже на четырёх волчьих лапах. Только начавшее покрываться кожей мясо обжигает раскалённым воздухом, но эта боль ничто по сравнению с тем, что мне довелось испытать от всеуничтожающего драконьего пламени, поэтому я задвигаю её на самые задворки сознания и бегу вперёд что есть духу.
Сузившийся в вертикальную щелку зрачок бушующего дракона поворачивается в сторону стремительно удирающего волколака. Оглушительный рёв накатывает подобно волне и сливается с титаническим топотом.
Резко выпрямившись, несусь уже на двух лапах и забираю влево, выставляю дриарилловую руку в сторону приближающегося монстра и активирую Коллапс — щёлкает треснувший рунир и испещренное магическими символами предплечье охватывает веер разрядов, в ладони концентрируется пучок пустарной энергии и через мгновение в тварь летит сверкающая молния, смертоносные лучи которой впиваются в оскаленную морду. Дракон невольно зажмуривается, отдёргивает голову и немного тормозит, однако один из сильнейших оставшихся у меня руниров не наносит ему хоть сколько-нибудь значимых повреждений, и я продолжаю раз за разом активировать артефакт, на бегу выпуская одно мощнейшее заклинание за другим. Воздух гудит от раскалённых огненных шаров, трещащих ледяных игл, растущих из земли каменных острий и разлетающихся при столкновении с чешуёй кислотных бомб. Но порождению Костяной Горы словно бы плевать на всё это, он просто продолжает медленно, но упорно идти вперёд!
Миг — и на боку появляется призванная схроновая сумка, а следом за ней в правой руке материализуется эликсир восстановления пустарной энергии, который я тут же заливаю в глотку.
Вовремя!
Дракон резко распрямляет крыло в мою сторону и я едва успеваю стремительным перекатом уйти влево, избежав столкновения с изогнутым костяным шипом, от удара которого пол раскололся на взлетевшие в воздух куски. Замираю на одном колене, поднимаю взгляд на монстра и закидываю в пасть горсть алхимических пилюль на регенерацию ежей и пустаров, лихорадочно пытаясь отыскать способ победить в этой безумной битве.
И тут я замечаю, как он с силой втягивает воздух в громадную грудь!
Усиленный прыжок к стене спасает меня от мощной струи пламени! В спину ударяет волна жара, я вонзаю когти в камень, и в следующее мгновение делаю рывок ещё выше, потому что столб жидкого огня, вырывающийся из пасти управляющего им дракона, продолжает преследовать меня. Уже под самым потолком с дравэринской силой отталкиваюсь от стены, переворачиваюсь в воздухе, проношусь через полпещеры и приземляюсь перед гигантским сердцем, скользя по полу и поднимая пыль.
На миг потерявший меня из виду дракон вновь делает глубокий вдох, поворачивает голову и распахивает пасть. Но когда бешено ревущее пламя уже готово было вырваться на свободу и я лихорадочно стягивал энергию для нового уворота, зрачки мифической рептилии вдруг расширились и он резко отдёрнул морду, выпустив огненный поток в сторону от меня.
Ничего не понимая, я оторвал взгляд от разбившейся о каменную стену пламенной волны и перевёл его чёрного дракона, сквозь зубы которого на пол стекали раскалённые кроваво-оранжевые капли.
И тогда до меня дошло.
Сердце!
Быстро оборачиваюсь, вскидываю голову и впериваю глаза в бьющееся над моей головой сердце.
ТУХ-ТУХ-ТУХ-ТУХ!
Он защищает его! Оно — его слабое место!
И раз так, то нужно уничтожить эту дрянь!
Стремительно взмываю ввысь, замираю в воздухе прямо напротив пульсирующего органа, из кулака со стальным звоном выскальзывают сверкающие чёрные лезвия и я оттягиваю дриарилловую лапу для удара.
Полный страха и ужаса рёв проносится по пещере, исполинское сердце сбивается с ритма и испуганно сжимается, и я вдруг с невероятной чёткостью осознаю одну до жути простую вещь:
Если я сделаю это, то можно навсегда забыть и слиянии с драконом, а значит, и о пути к боевой форме.
И я не завершаю удар.
Приземлившись обратно на пол, тут же вновь прыгаю к самому потолку, отталкиваюсь от него ногами и лечу вниз прямо на вскинувшего морду дракона. Бешеный поток пустарной энергии в Силу, взмах дриарилловых клинков и острейшие лезвия входят точно в центр покрытого защитной плёнкой глаза практически наполовину! Не обращая внимания на ударивший по барабанным перепонкам вопль, с невероятным усилием слегка проворачиваю оружие в ране и прыжком ухожу обратно к колотящемуся сердцу. Ступни больно ударяются о пол, когти в скольжении высекают искры и я не отрываю взгляда от крылатого монстра, в ярости сотрясающего рогатой башкой и с ненавистью смотрящего на меня нисколько не потерявшим функциональности глазом.
 
Хрен-ново. И как же мне завалить этого исполина? Не в глотку же ему лезть?!
Мой напряженный взгляд скользнул по его чешуйчатой шее, а затем я сквозь вой полыхающего пламени и биение громадного сердца услышал звук, который заставил меня замереть на месте.
Звон цепей.
Мои зрачки моментально расширяются и глаза начинают лихорадочно метаться по могучему телу прародителя рептилий.
Нашел! Оковы цепей сковывают все четыре лапы дракона! Их длины хватает, чтобы он беспрепятственно перемещался по всей пещере, и их основание… Вот оно! Каждая из цепей словно бы вытягивается из передней и задней части каменных рёбер этого монументального древнего костяка, свисая подобно марионеточным нитям и волочась гремящими толстыми звеньями следом за узником Костяной Горы, обречённым провести вечность в её мрачных недрах.
План пришел в голову молниеносно.
Тело сковала судорога трансформации: плечи стали раздаваться вширь, позвоночник вытягивался, многократно увеличивая рост, мышцы стремительно нарастали, кости меняющегося лица хрустели, а пальцы превращались в толстые тролличьи сосиски. И, растопырив могучие руки в стороны, я взревел во всю мощь лёгких и сорвался с места, ринувшись прямо на дракона, который тут же помчался мне навстречу. Но когда наше столкновение стало практически неизбежно, я резко прыгнул влево, схватил в воздухе свисающую цепь от правой передней лапы и понёсся к стене, с силой оттолкнулся от неё ногами и ринулся обратно к поворачивающему морду дракону. И когда цепь коснулась костяного гребня, я, крепко сжимая её дриарилловой ладонью и используя собственное тело в качестве утяжелителя, ловко обернул её петлёй вокруг драконьей шеи, проскользнув прямо под ней!
Отлично! А теперь вторая!
Разжав пальцы, приземляюсь на чешуйчатое крыло, слегка проседающее от моего веса, и прыгаю с него к следующей цепи, на этот раз от левой передней лапы, вцепляюсь в неё пальцами и впечатываюсь ступнями в стену, от которых во все стороны хлынул веер трещин.
И тут краем глаза я различаю стремительное движение и взвинченные до самого предела инстинкты вопят об опасности. Ещё до того, как сознание в полной мере осознало происходящее, я совершаю рывок вправо и бешено мчусь по стене, которая содрогнулась от разрушительного удара драконьего хвоста, несущегося прямо за мной — оглушительно затрещал сминаемый камень, во все стороны полетели вырванные куски скалы и вздыбившаяся стена под ногами стала превращаться в крошево.
Не обращая внимания на несущуюся за мной смерть, крепко удерживаю в кулаке цепь и на бегу не свожу напряженного взгляда с драконьей головы.
Ну же, давай! Подними башку чуть повыше, вытяни шею! Вытяни её!
И!..
И!!..
СЕЙЧАС!!!
 
Прыгаю к вскинутой голове дракона, цепь проходит поверх могучей, бронированной шеи, натягивается и я ныряю вниз, проносясь под гортанью и закручивая новую петлю! Завершая манёвр, выпускаю из руки толстые звенья, переворачиваюсь в воздухе и приземляюсь на спину монстра, крылья которого вдруг резко сложились и понеслись навстречу друг другу, грозя раздавить меня всмятку!