Хрупкое сердце (ЛП)

― Ой. Хорошо.
― Так что да. Приходи, когда хочешь. Я буду здесь весь день.
― Круто, ― сказала она уже более спокойным голосом. ― Тогда я просто соберу ее, и мы выйдем. Где ты остановился?
* * *
Не буду врать, я начал нервничать, как только повесил трубку. Было неловко, даже если никого не было, чтобы это увидеть. Мои ладони были немного липкими, и я стоял посреди комнаты, оглядываясь, как сумасшедший. И даже не знал, что искал.
И даже меньше нервничал, когда ранее постучал в их дверь. По крайней мере, тогда я чувствовал, что у меня есть цель. Я был там по определенной причине, и у меня был план.
А сейчас у меня не было плана.
Нет, теперь я просто собирался провести время с племянницей, которую только что встретил, и женщиной, которую не знал. Обычно я спокойно относился к незнакомым людям, но эта ситуация была вне моей зоны комфорта. Меня всерьез привлекла эта женщина, и я почувствовал себя виноватым и напуганным, и это было еще не самое худшее. Для Морган было действительно важно узнать меня и доверять мне. Я должен был убедиться, что она это сделала. Ставки были чертовски высоки.
Подойдя к сумке, попытался вспомнить, упаковал ли я плавки. Я точно не планировал действовать так, как будто был в отпуске, находясь в Калифорнии. Я вытащил все из сумки и выругался, пока искал. Я не взял их. Почему я пригласил их поплавать? Ради всего святого, мы были в Анахайме. Я мог бы взять их в Диснейленд полностью одетыми.
Единственная пара шорт, которые у меня были, напоминали то, что я ношу для плавания, ― это черные шорты. Придется надеть их. У меня не было времени пойти за покупками в поисках чего-нибудь получше, а удобства отеля не включали ничего, кроме закусок.
Я посмотрел на себя после того, как переоделся в шорты, и снова выругался.
― Блядь! ― Я надел их на голую задницу, а они были неприличными. Я не мог забраться в бассейн в чем-то таком, как они, если не хотел, чтобы все в бассейне узнали, что я обрезан. Скривившись, снял шорты и натянул боксеры, чтобы носить их под ними.
Мне было интересно, что бы сказал Генри, если бы увидел, как я переживаю из-за моей встречи с той, кто должна была быть его семьей. Разозлился бы он на то, что меня привлекла Морган? Гордился бы Эттой? Завидовал, что мне удалось провести с ними время? Сожалел? Ему было бы все равно?
Двадцать минут спустя, когда я, как идиот, расхаживал перед отелем, увидел, как Морган идет ко мне, борясь с огромной сумкой, пытаясь провести Этту через парковку. Малышке все было интересно, и я не мог не рассмеяться, когда они добрались до небольшого ухоженного участка, и Этта попыталась сесть, чтобы посмотреть на камни.
― Знаешь, ты мог бы помочь, ― крикнула Морган, смеясь, пока тянула Этту за собой. Она сказала что-то, чего я не услышал, и они снова двинулись в путь.
Обиженный, я встретил их на полпути и снял тяжелую сумку с плеча Морган.
― Господи, женщина, ― пробормотал я, делая вид, что спотыкаюсь. ― Что в этой штуке?
― Одежда, ― сказала она, поднимая Этту на руки. ― Закуски, подгузники, салфетки, одеяло, мягкая игрушка, полотенца, несколько вещей и несколько кирпичей.
Выражение ее лица не изменилось, и я усмехнулся.
― Не уверен, что кирпичи работают, как плавучее средство.
― Кирпичи для меня, ― невозмутимо сказала Морган, когда я открыл для них дверь вестибюля. ― Мне нужно кардио.
― Нет, не нужно, ― сказал я, не задумываясь, когда она проходила мимо меня. Господи, что со мной не так?
Моя шея вспыхнула, когда девушка фыркнула в ответ.
― Бассейн сюда.
Я указал пальцем и попытался сделать вид, что просто тихонько коснулся ее, не задумываясь. К счастью, Морган была из тех, кто последовал за мной, только кивнув.
― Хочешь поплавать? ― спросила она Этту, когда мы вошли во влажную комнату с бассейном. Место было довольно безлюдным, так как была середина дня и середина недели. Я видел, как семьи уезжали на автобусе, который остановился перед отелем в то утро, и предположил, что большинство из них, вероятно, были в тематических парках по всему городу, занимаясь своими делами.
 
Я снял рубашку и сандалии, пока Морган готовила Этту к плаванию. На них обеих были слитные купальники, но это было почти единственное сходство между двумя предметами одежды. На костюме Морган были вырезы в очень важных местах, и мне пришлось сжать челюсти, чтобы та не упала на пол. У женщины было несколько великолепных татуировок, а может, это была всего одна татуировка, но огромной. Она распространилась от верхней части бедра вверх по бокам и заканчивалась на плече, оставляя руку обнаженной. Я мог видеть только части тату, но это было похоже на яркие живые цветы, соединенные переплетенными лозами. Я бы отдал ни один год своей жизни на то, чтобы увидеть детали, скрытые под ее купальником.
Кожа Этты была противоположной коже Морган ― такой безупречной и бледной, что я был благодарен за закрытый бассейн. Я не знал, как даже крем для загара может уберечь эту нежную кожу от ожогов. Ее маленький костюм был черным с крошечными красными цветочками и выглядел, как копия купальника сороковых годов. Это было чертовски очаровательно и напомнило мне кое-что, что Ани надевает на мою племянницу Ариэль.
― Я плаваю, ― сказала мне Этта, подползая к тому месту, где стоял я. ― Мой купальный костюм. ― Она указала на свою грудь. ― Я плаваю в трусиках. ― Затем указала на свое бедро.
― Не рассказывай людям о своих плавательных трусиках, ― шутливо отругала ее Морган, смеясь, когда прыгнула вниз и подняла Этту в воздух.
― Луалки, ― сообщила мне Этта, кивнув, снова указывая на свое бедро.
Морган встретила мой взгляд и закатила глаза, смеясь.
― Русалки, ― пояснила она. ― Мы все еще работаем над приемлемыми темами для разговора.
― У меня просто скучные черные трусы для плавания, ― сказал я Этте, поморщившись, когда понял, как жутко звучит это слово, вырывающееся из моего рта. Я быстро указал на пояс моих боксеров, выглядывающих из-под моих шорт, пытаясь развить разговор. ― Скукааа.
― Сочувствую, ― сказала Этта, сочувственно поджимая губы.
Морган засмеялась, когда отнесла Этту к ступенькам бассейна и усадила, чтобы они могли вместе войти в воду.
― Дерьмо, ― пробормотала она. ― Постой, пирожок. Я забыла твои нарукавники.
― Я захвачу их, ― заверил я Морган, подняв руку вверх, когда Этта начала суетиться из-за того, что ее развернули обратно от бассейна.
― Они прямо в верхней части сумки, ― ответила Морган, разрешив мне прикоснуться к ее вещам.
― Крутые нарукавники, ― крикнул я Этте, когда нашел их под парой пляжных полотенец. Это было больше похоже на спасательный жилет, чем на нарукавники, которые мы использовали в детстве. Я протянул их Морган и смотрел, как она продевала руки Этты в маленькие проймы так, чтобы пухлая часть спасательного жилета находилась на ее груди, а затем застегивала всю штуковину за спиной.
― Они действительно хорошо работают, ― сказала мне Морган, когда я скользнул в бассейн. ― Давай, детка, ― сказала она Этте, ― продолжай плавать.
Мое сердце практически остановилось, когда Этта спрыгнула с лестницы, на которой находилась, и исчезла под водой, чтобы выскочить с визгом. Было не глубоко, около полутора метров, но она никак не могла коснуться дна.
― Я слежу за ней, ― успокаивающе сказала мне Морган, садясь на лестницу у бассейна. ― Но ей нравится плавать одной.
― Она не боится, ― заметил я, тяжело сглатывая, когда Этта выгнула спину, ее лицо было обращено к потолку. Ее голова все глубже погружалась в воду, когда девочка пыталась поднять ноги выше. Мои руки ерзали от желания поддержать ее.
― Нет, а почему она должна? ― холодно спросила Морган. ― Она знает, что я здесь.
― Ты хорошая мама, ― пробормотал я, все еще внимательно наблюдая за Эттой, когда она перевернулась и начала грести через бассейн. Так было лучше. Когда девочка двигалась, она казалась более устойчивой.