Цельняпушистая оболочка 4 (СИ)
Я затянулся из руки, в которой держал бутылку и нехотя посмотрел на девчушку, взгромоздившуюся на соседнее место.
Да, этим-то лилипутам скамейки как раз. А мне даже ноги не согнуть.
— Ага. В полном. Год новый, а дерьмо все то же.
— Да, это точно! — кивнула она, ухмыляясь, воспринимая сказанное как очередную шутку.
Да уж, ее, отчего-то, всегда на ржач пробивает, когда я всякую хуйню несу. Дура, наверное. Хотя не дурнее меня, конечно. Взглянув еще раз на хвостатую мурзилку, что смотрела на меня горящими глазами, я вдруг понял, что она еще ничего не знает.
Ни о Скокове с училкой, ни о казарме. Ни о том, что я собрался делать. Для нее праздник продолжается без эксцессов.
Сказать ей? А зачем? Не, нафиг. Она же за мной увяжется. Я бы лучше Кабанова взял или Солярку. Но увы. Толку от безоружного капрала будет мало. А Селедка всю свою магию еще вчера проебала и когда родит «новую» — непонятно. Блин, эта магия чисто как мана в игрушках. Может ей зелий каких выпить? Хотя не, не думаю, что все так просто.
Короче, хочешь не хочешь, а идти придется одному. Ибо только у меня есть, хотя бы, пистолет. С двумя, блять, магазинами! И на что я рассчитываю вообще?
— Товарищ лейтенант, а можно… Разрешите вопрос? — поспешно поправилась Арфа.
— Валяй.
И чего она приперлась-то? Концерт вон, еще идет. Нет, решила мне мозги полоскать. Еще и нашла как-то. Или просто мимо проходила? Достала!
— А вы с младшим лейтенантом… То есть, с просто лейтенантом больше ведь не общаетесь? — с запинками проговорила девчушка играя бледной челкой, и глядя куда-то в сторону.
Каким еще лейтенантом? Я тут один лейтенант! Как я могу сам с собой общаться? Дрочить что ли? Что за хуйню она… А-а-а, Сивира же, елки-палки! Тьфу, а я-то подумал.
— Нет, конечно. Я ее последний раз еще на суде видел. Нашла кого вспомнить.
— И не переписываетесь даже?
Блин, ей-то какое дело?
— Нет конечно. Было бы что писать.
Хм, кстати, а ведь Сэйли мне письмо передала. А я его даже не вскрывал. Ну да и хрен с ним, все равно ничего важного в нем нет. Уверен.
— И больше вы ни с кем не общаетесь?
— Общаюсь, блин. Вот сижу и с бутылкой общаюсь. А ты наши переговоры прерываешь. — ответил я, изо всех сил сдерживая подступающее раздражение.
— Я не про это… — теребя пальцами набедренные карманы на своих пиксельных штанах, пробубнила она. — Я имею ввиду… Ну, не встречаетесь вы с кем-нибудь.
Тьфу ты! Кто о чем, а вшивый о бане. По-любому выпила для храбрости и теперь клеится будет. Эх, нашла же она время…
— Нет, не встречаюсь.
«И с тобой не буду» хотел сказать я, но вовремя остановился. Разрыдается еще. Да и незачем ее расстраивать лишний раз. Она-то ни в чем не виновата. Тем более, по моему тону, уже сама должна понять, что я не настроен вести подобные беседы.
девушка молчала несколько секунд, явно собираясь с мыслями. Я знал, что она скажет и уже прикидывал как бы потактичнее отмазаться.
Но трогательного признания и последующего неловкого отказа не случилось.
Позади послышались три строевых шага:
— Товарищ лейтенант, младший сержант Кабанов по вашему приказанию прибыл!!!
— Блять! Я чуть не обосрался! — рявкнул я, прежде чем сообразил, что произношу это вслух.
Единственное что утешало, так это Арфа, которая с испугу вообще с лавки грохнулась.
Чертов увалень! И на кой хрен я ему утром про устав напомнил?! И какое еще приказание?! Я ему ничего не приказывал… Блин, походу он у казармы был и решил, что я его ищу. Ага, прямо разыскиваю! Сидя на лавочке и молча бухая хвойную бурду. Охуенный я поисковик, да? Хотя, Кабанов никогда сообразительностью не отличался.
— Вольно! Отставить. Не на плацу. — уже спокойнее закончил я, поворачиваясь боком, чтобы взглянуть на солдата. — Куда собрался-то? На дембель что ли? — не удержался я, заметив пьяный блеск в глазах капрала и помятый внешний вид.
Бушлат еще весь грязный. Валялся что ли где-то?
Боец слегка стушевался и неуверенно взглянув на Арфу, неуверенно ответил:
— Ну, с вами, конечно…
Ну надо же, какая самоотверженность и верность присяге. От «бравого» вида добровольца я невольно усмехнулся. Выпил лишнего и теперь в бой рвется. Нихрена не понимает, а потому и рвется.
— Это куда? В библиотеку спать иди, без тебя разберусь. Давай-давай, кругом-марш. — отмахнулся я замечая непонимающий взгляд хвостатой.
Валить уже надо, а то сейчас еще Арфа вопросы задавать начнет. Пусть лучше капрал ее просвещает насчет последних событий, а мне не до того.
— Эм… Никак нет, товарищ лейтенант. То есть, ну… Не пойду я. Ну, в библиотеку не пойду, а с вами пойду… — краснея с каждым новым словом, заговорил солдат.
От его блеяний я начинал потихоньку закипать, что не ускользнуло от рыжего болвана.
— Извините, я не знаю как по уставу надо от приказа отказываться… — совсем по детски промямлил он.
— Да ты что?! Прикинь, я блять тоже не знаю! А теперь съебал отсыпаться! Долбоеба кусок! Хули встал?! Сука, да я тебя уебу сейчас… — заорал я, швыряя бутылку под ноги бойцу и вскакивая с лавки.
Не знаю, что на меня нашло, но кровь бурлила и требовала действия. Бежать, стрелять, драться, ебаться — что угодно, лишь бы не сидеть и смотреть на блеяния этого сопляка и не слушать нюни Арфы. Достали уже! До смерти достали!
Не знаю, в какой момент я пришел в себя. Через пять секунд или через десять. В чувства меня привел дребезг разбитой бутылки и я обнаружил, что уже собираюсь дать капралу по роже. Покалеченной рукой, ибо правой я держал его за воротник. А Кабанов даже не закрывался. Не давал сдачи, не пытался отойти. Лишь жмурился. Но главное — это черные следы на его щеке. Сажа или еще какая фигня. А значит, что он точно ходил на пожарище и, скорее всего, пытался забраться в горящую казарму. Оружие достать или трупы. Или на раненых надеялся, дурак. Мда.
— Иди спать, блин. Задолбал уже. — устало покачал я головой, виновато пряча покалеченную руку в карман.
Ай, совсем уже себя не контролирую! И за каким хером я на него взъелся? Нашел кому и за что морду бить. Откуда у меня такая тяга к истерикам? Как баба прямо.
— Товарищ лейтенант, я… — снова попытался возразить он.
— Хуйня, Кабанов. Понимаешь? Головка от патефона. Линза ты. Мягкая. Лезешь тут, светом по целлулоиду. Ну куда ты собрался-то? Пьяный, без оружия и в грязной и, что главное, в неглаженой форме? Ну? Что замолчал? На вот, снега набери и умойся. А то как чушка прямо. — без нажима и даже с намеком на теплоту в голосе, говорил я, выковыривая платок из нагрудного кармана кителя, что под бушлатом.
Несколько помявшись, Кабанов принял платок и последовал моему совету.
— Ты ведь даже не знаешь, что как и куда. А уже собрался. — продолжил я, закуривая новую сигарету и игнорируя взгляд Арфы.
Хотя я и сам нихрена не знаю куда собрался. Видимо, я дебил ничуть не меньший. Ну да, тоже мне, новость.
— Ну… Вы ведь по следу идти собираетесь. Этой… Как она? А! Радиацией их пометили и теперь хотите преследовать. Да ведь? — без особой уверенности, заговорил он, растирая снег по лицу.
Я чуть сигарету не выронил.
— А потом… Ну, не знаю. Наверное вы какую-то диверсию устроить хотите. Подорвать что-нибудь или…
— Пидерсию, блин. Откуда ты про радиацию знаешь?! — нервно затягиваясь, перебил я рыжего.
Если уж этот увалень сообразил мой план, то уж иностранцы по-любому догадались! Вот же блять! А я бы ни в жисть не сообразил! И когда все такими умными заделались?
— Ну… Про масло мне Саня… Ефрейтор Лисин сказал, а про счетчики эти… Как их? Ну, про счетчики радиоактивные Ури рассказал. Вот я и решил. А что, не правильно? У меня просто сон похожий был. — с ноткой досады, спросил капрал.
Я лишь отмахнулся, возвращаясь обратно на лавочку. Охренеть. Просто охренеть! Не понял, какой сон?
— Стоп, что за сны еще?
— Да обычные. Ну, не обычные, но такие мне уже снились. Ну знаете, как мяту найду, так и снятся. — явно не желая придавать этому значение, ответил сержант.