Цельняпушистая оболочка 4 (СИ)
Оставалось только собрать все это дерьмо в пачку из под сигарет и быстрее бежать обратно на площадь.
И я еле успел. Лисин уже прощался за руку с блондинкой, видимо пытаясь договорится о новой встрече, отчего она пыталась отмазаться. Блять, хоть какая-то польза от этого мудака! Задержал, спасибо и на том.
Пробегая мимо стола с салатами и жрущими лилипутами, я замер как вкопанный, заставляя мурзилок вздрогнуть. Но до них мне дела не было, но на столах стояли бутылки с каким-то растительным маслом.
— Идеально, блять! — шипел я, срывая пробку зубами, зажимая бутылку между ног и засыпая в масло радиоактивный порошок.
То что доктор прописал! Теперь они точно мой сувенир не потеряют! Прилипнет — хрен смоешь!
Едва немка смогла отодрать свою руку от ефрейторской, как тут же приняла пол-литра масла прямо на армейские брюки. Француз тоже не остался без подарка. Я убедился что хорошо плеснул им на ботинки и под ноги. Пусть потопчутся. К подошве пристанет — хер избавишься потом. Масло-то смоешь, а вот сюрприз — хуй!
— Какого черта!? Эй, хорош уже!!! — охренел Лисин, но я ничего не ответил.
Я просто развернулся и спокойно пошел обратно, не утруждая себя ответами. Конечно, можно было притворится пьяным или еще чего… Но плевать, они и так хрен догадаются! Я бы и сам нихуя не понял!
Кому придет в голову, облить двух идиотов радиоактивным маслом, чтобы потом, замеряя уровень дозиметром их можно было бы найти? Это почти как по запаху, только еще лучше. След можно сбить зайдя в воду или просто попрыскавшись нужными химикатами. А как сбить радиацию? Правильно! Только выкинуть одежду нахуй и хорошенько отмывшись в душе. Очень-очень хорошо отмывшись. С чем я, в это холодное зимнее время, искренне желаю им удачи! Да и некогда им, вон как спешат… Чуть ли не бегом уже валят. Видимо решили, что я их чем-то горючим облил или что-то такое. Идиоты! Ну да ладно…
Дальше-то что? Ну найду я их логово, а потом? Блин, мне ведь даже солдат брать смысла нет — пистолет-то только один, а автоматы спокойно догорают вместе с несчастной училкой. А и похуй!
Пусть придется одному, со сраным пистолетом и против хер пойми скольких уродов. Да еще и на их территории. Такое только в кино возможно. Но есть ли у меня выбор!? Что будет, когда они поймут что облажались в третий раз? Что сделают, когда поймут, что Солерия еще жива!? У меня только два варианта выбраться из всего это дерьма.
Убить ее или убить их. Первый простой и даже, в чем-то, приятный. Но второй привлекал меня куда больше. Ох блять, насколько же сладко звучал второй вариант… Прибить Селедку я всегда успею, в конце-концов.
Все что теперь оставалось, это подождать пару часов, пока «гости» не свалят от города на приличное расстояние. То, что они уйдут пешком, я почти не сомневался. А даже если воспользуются поездом или раздобудут какую-нибудь машину, то хрен им это поможет. Их только вертолет спасет.
Теперь я этих пидоров из под земли достану! Их и этого уебка в броне. Посмотрим как она ему поможет, гондону старому!
— Да-а-а… Нужно всего лишь подождать. — проворчал я, закуривая сигарету, которую заблаговременно высыпал в карман.
За городом еще бушевал огонь. Понятия не имею, что в казарме могло так гореть, но горело знатно. Возвращаться обратно очень не хотелось. Глядеть на трупы и все это… Надоело уже. Блин, еще и училка эта. А Лисин даже и не в курсе, мудак гребанный.
Никогда я Скокова не любил. Очередной сельский гопник — в каждом призыве найдется такой. Одни проблемы от придурка. Но он именно, что придурок, — не более того. Просто парень из неблагополучной семьи. Чем он мог заслужить такое!?
А тем, что имел несчастье при распределении попасть в мой взвод. Он и еще тридцать таких как он, которые не дожили до этого момента.
Черт, а ведь я понимал, что все может так получится! Ну знал ведь, что пиздец начнется… И все равно подписался. Сам подписался и подписал под это всех бойцов. Отличный я командир, ничего не скажешь. Всем подписку на тот свет оформляю!
— Блин, слово-то какое дебильное… Под-писка… — устало покачал я головой, сворачивая подальше от сцены с громкой музыкой.
Попадаться на глаза Пугачеву — решительно не хотелось
Глава 11
Тяжко это — сидеть и ждать. Нет, одно дело когда ты в какой-нибудь очереди торчишь или ебланишь в строю, ожидая пока старшие офицеры закончат пиздеть между собой, дабы опять свалить все на таких как ты. Это фигня, это привычно. А вот сидеть и ждать момента, когда тебе нужно будет поднять свою жопу с лавки и отправится хуй пойми куда, чтобы всех там замочить — совсем другое. Особенно, когда ты инвалид с одним пистолетиком, а валить тебе придется, гребанного терминатора в тяжелой броне. Надо бы мушку спилить, а то этот Кольт мне точно в жопу затолкают. Хоть не так больно будет, без мушки-то.
И как мне весь этот идиотизм в голову-то пришел? Куда я собрался вообще? Без плана, без поддержки и почти без оружия? Черт, чем больше я пью, тем меньше мне все это нравится. Странно, должно быть наоборот.
Возвращаться к казарме у меня не было ни малейшего желания. Хрен ли мне там делать? Смотреть на обугленные трупы человека с лилипуткой? Или сопли Пугачеву утирать? Или терпеть сюсюканье Селедки? Ну уж нахуй.
Я лучше тут посижу, на лавочке. Предварительно «заправившись» еловой настойкой. Нет, не то чтобы мне хотелось напиться с горя. Просто я уже настолько запарился пить яблочное бухло, что едва заметив нечто новое, я не смог удержатся. Праздник же!
Да и горя-то никакого не было. Не знаю. То ли я схожу с ума, то ли уже перегорел, но смерть Скокова меня вообще не беспокоила. От слова — совсем.
Я маялся в ожидании и ни о чем конкретно не волновался. Сидел на детской площадке, неподалеку от школы, глушил настойку и глядел на то, как снежинки водят хоровод вокруг уличных фонарей. Ветер усиливался, заставляя меня плотнее укутываться в бушлат. Даже шапку «пидорку» надел, — не зря в кармане носил. Благо я ее своевременно купил у местной швеи. Вернее, Лисину подарили, а я спиздил, но это мелочи.
Забавно, но в городе все еще бушевал праздник. Несмотря на холод, до меня все еще доносились чьи-то номера, исполняемые на сцене. Похоже, эти мурзилки даже не заметили, что в полукилометре от них взорвали казарму. Ну, или им просто похуй. Эти кощечки порою поражают своей флегматичностью. Видимо — потому что травоядные. А может и нет. Понятия не имею.
Часов у меня не было, но по моим прикидкам, прошло уже достаточно времени, чтобы можно было смело выдвигаться следом за иностранцами.
— Блять, даже курева не осталось! — выругался я, доставая сигарету из последней пачки.
Все сгорело. И оружие и жратва и курево — вообще все. Даже золото, наверняка, расплавилось к чертовой матери. Впрочем, хрен бы с ним, — Селедка еще выдаст, если потребую. А вот с оружием и куревом…
Я поймал себя на мысли, что потеря автоматов и сигарет беспокоит меня куда больше, нежели потеря еще одного бойца. Может, потому что из всего взвода у меня и так всего трое осталось? Да нет, тогда наоборот — дорожить должен. Что-то со мной не то. Блин, да мне училку больше жалко, почему-то. С ней как-то вообще некрасиво вышло. Помогла Скокову добраться до дома, а вместо «спасибо», получила зажигательным боеприпасом по башке. Как-то совсем несправедливо выходит. Хотя, когда иначе-то было?
Мда.
— Здравия желаю, товарищ лейтенант… — раздался необычно тихий голос Арфы за моей спиной.
Обычно она здоровается куда как бодрее. И громче.
Забавно, но я даже не вздрогнул. То ли алкоголь дает о себе знать, то ли просто потому что голос сразу узнал. А может потому, что я просто устал уже вздрагивать.
— И тебе не хворать. — не особо приветливо отозвался я и немедленно приложился к почти пустой бутылке.
Не то чтобы мне хотелось ее обидеть, но и на ведение бесед настроения не было.
— С вами все в порядке?
Как правило, такое спрашивают чисто для поддержания разговора, но в ее словах слышалось настоящее беспокойство. Неужто так хреново выгляжу?