Во власти желаний (СИ)

— Ты меня заинтриговала! Покажи его! — тянется к моему телефону и едва ли не вырывает из моих рук. — Пожалуйста-пожалуйста! Обещаю, я никому не скажу.
Лизке я могу доверять. Мы хоть и общаемся в основном только на работе, но она единственный человек, который меня ни разу не подводил.
— Ладно, — суетливо открываю нашу переписку и увеличиваю его фотографию.
Высунув кончик языка, Лизка долгое время разглядывает фотку. Она переводит взгляд сначала на меня, затем снова в телефон, будто ищет в чём-то подвох. Неудивительно, что она засомневалась. Я сама бы себе не поверила, не будь у меня неопровержимых доказательств в виде синяков и засосов на теле и этих сообщений, которых набралось у меня уже на целый том романа.
— Мне кажется или он чем-то похож на нашего президента банка? — всерьёз спрашивает она, вскинув бровь. — Верхней частью лица. Глаза, нос…
— Нет, что ты? — я забираю из её рук телефон и теперь сама смотрю на снимок, поражаясь вздорной мысли Лизки. — Типаж схож, разве что. Таких женщины любят, но такие мужчины зачастую этим и пользуются.
— Не знаю, по-моему, что-то есть. Может, это его внебрачный сын? — задорно хохоча, в шутку она пихает меня в бок.
Этим своим тупым предположением Лизка заставляет меня громко рассмеяться.
— Ну что ты такое говоришь? У Димы только дочь. Так что, если они и похожи в чём-то, то это чистой воды случайность. Где-то читала, что всякому человеку в своей жизни приходится хоть раз встретить настоящего двойника, — я вдруг обращаю внимание на время и подскакиваю с софы, поправляя свою юбку. — Блин, хорошо ты напомнила! Мне же во время обеда нужно было забежать к нему.
Лизка отвешивает мне приободряющий шлепок по заднице.
— Давай, у тебя есть ещё пять минут.
Не знаю что Диме на сей раз понадобилось от меня и моей грешной душонки. Мы неделю с ним не пересекались, а сегодня с утра он передал через Ксюшу, что ждёт меня у себя в кабинете во время обеденного перерыва.
Коротко постучавши, я вхожу в его кабинет. Дима сидит за рабочим столом и разговаривает с кем-то по телефону, объясняя расположение своего офиса. Подумываю, что явилась не вовремя и решаю уже уйти, избавив тем самым себя от напряжения во всём теле, но не тут-то было. Дима оценивающим взглядом проходится по мне и пригласительным жестом указывает на кресло.
— Только подожди минут двадцать, хорошо? Я сейчас буду несколько занят, — строжайшим тоном проговаривает он в трубку, а затем отбрасывает телефон, обращаясь уже ко мне: — Закрой, пожалуйста, дверь. Не хочу, чтобы нам помешали, пока я не закончу с тобой.
— Нет, со мной ты вряд ли закончишь! — язвительным тоном отвечаю, слегка прикрывая дверь. — Я буду разговаривать с тобой только, если дверь не будет заперта! — нацепив на лицо маску безразличия, присаживаюсь в кресло. — Что ты хотел?
Дима складывает свои руки на столе и барабанит пальцами по его поверхности, испытывая моё терпение.
— Сегодня с утра я уволил Романа. Теперь его место вакантно.
— Ну так отдай в отдел кадров распоряжение и общими силами найдите кого-нибудь на это место! — отстранённо бросаю, рассматриваю свои ногти. — Я-то здесь каким боком? Или ты хочешь, что я занялась его поисками?
— Вик, посмотри на меня, — приказывает он и я нехотя подымаю голову, изображая скучающий вид, но на самом же деле меня всю трясёт от него, поскольку задницей чую, что Дима задумал то, что может мне не понравится. — Я хочу, чтобы этим человеком была ты. Ты хорошо ладишь с коллективом, в последнее время проводила половину работы за Романа. Ты уже знаешь что к чему и мне незачем искать кого-то на стороне.
Мне не то, чтобы не понравилась эта новость. Я воспринимаю её в штыки. Согласившись на это предложение, я собственноручно выкопаю себе же могилу. Это будет означать, что я чуть ли не круглосуточно должна буду взаимодействовать с Димой.
А мне это надо? Тогда, когда я смогла наконец избавиться от него? Нет!

— Ни за что! — резко встаю из кресла, желая уйти подальше от него и уберечь себя от подобных предложений. — Я не возьмусь за эту должность. Только через мой бездыханный труп.
Дима спешным шагом огибает стол. Он накрывает своими ладонями мои плечи и вновь возвращает меня в кресло, придавливая одним лишь своим взглядом.
— Но почему? Что тебя пугает? Это же твой шанс! Неужели ты не хочешь зарабатывать на порядок больше? Если тебе этого мало, я могу платить тебе тройной оклад. Всё официально.
— Купить меня вздумал?! — прыскаю со смеху, складывая руки на груди. — Нет и точка!
— Вик, я соскучился, — присаживается он на стол около меня.
— И поэтому решил повысить меня? Потому что соскучился? Что за бред? Обратись к Анжелке! Она будет только рада такому предложению, а меня лучше уволь!
— Дорогая моя, ну что ты такое говоришь? Ты достойна этого больше всего, а не какая-то там Анжелка. Ты справишься с обязанностями лучше остальных, ну, и да, — с нежностью смотрит на меня, подаваясь вперёд. — Я соскучился и хочу видеть тебя почаще. Хотя бы на работе, а там посмотрим.
— Нет, Дим. Так дело не пойдёт.
— Настоятельно прошу тебя передумать, — Дима подхватывает мою ладонь, подносит её к своим губам, а я изо всех сил превозмогаю, чтобы не плюнуть в его нагловатую рожу. — Я люблю тебя, ягодка. Я всё пересмотрел, и не прошу от тебя сиюминутных ответных чувств, но, может, если мы попробуем, они появятся у тебя. Мы ведь не безнадёжны, через многое прошли и уже…
Моим спасением становится перестук в дверь и взволнованный голос Ксюши.
— Дмитрий Альбертович, извините, но к вам тут пришли, — с растерянным видом секретарша стоит в дверях.
— Я же сказал, что занят! — рявкает Дима на неё, а Ксюша тем временем покрывается багровыми пятнами.
— Да, но…
— Короче, я не собираюсь тут торчать! Мне похер на совещание и прочую хуйню, я на это не подписывался! — слышу я знакомый свирепый голос из приёмной, из-за которого прихожу в оцепенение. Застываю на месте, не могу и пальцем пошевелить. Моя челюсть норовит упасть на грудь, а сознание отказывается верить моим глазам. — Где её платье? — как разъярённый бык на родео врывается он в кабинет. — Давай сюда его, мне нуж…но…е…хать…
На секунду мы цепляемся взглядами. Марк обращает внимание на мою руку, которую до сих пор удерживает Дима, а затем он быстро отводит глаза в окно, как будто ему неловко смотреть на меня. Но я же продолжаю прожигать его своими глазами широко распахнутыми в немом удивлении. В голове рождается столько вопросов, одни из которых: почему Марк делает вид, будто мы незнакомы? И, вообще, откуда он знает Диму?
Сам Дима выпускает мою руку, лениво выпрямляется и подходит к шкафу, из которого достаёт детское нарядное платье на вешалке и в прозрачном чехле.
Я продолжаю смотреть на Марка, вижу как он держит кулаки сжатыми, его грудь явно напружинена, а плечи напряжены до предела, но он по-прежнему не удосуживается взглянуть на меня.
— Держи! И поторопись! — на лице Димы отпечатывается очевидная неприязнь. — Через полчаса у Насти начинается концерт.
— Может, если бы ты не рассиживался в своём кабинете со всякими подстилками, то мне не пришлось бы торопиться, а Насте не пришлось бы ждать, — с вызывающим отвращением выплёвывает Марк. Он разворачивается и я наконец заслуживаю его внимание, но совсем не то, которое ожидала. Он всем своим видом показывает как ему противно смотреть на меня. — Счастливо оставаться! — а затем он уходит, громко хлопнув дверью.
Я вздрагиваю. Словарный запас мой внезапно уменьшается до междометий. Я искренне не понимаю, что здесь происходило, но почему-то жду объяснений от Димы.
— Ненавижу его запах! — проговаривает Дима сквозь зубы, открывая окно на проветривание.
— А мне нравится, — срывается с моего онемевшего языка. — Кто это был?
Дима разворачивается. Глаза налиты кровью, челюсть сведена.
— Сынок мой недоделанный, — отмахивается он. — Риткина порода.