Алмазный квартал (СИ)

Я кашлянул.- Джаред…
Он развернулся, одновременно подхватывая со сковородки вилкой полоску бекона, и впился зубами в его край, оскалившись в попытке не обжечь губы.
- М-м?Я все равно должен это сказать. Неважно, нравится мне это или нет.- Джаред, в этом нет никакой необходимости, - твердо произнес я.
Его взгляд из рассеянного моментально стал внимательным, и мне потребовалось задействовать всю свою силу воли, чтобы не отвернуться. Черт, мне действительно не хотелось обижать его. Но иначе нельзя. Либо честно, либо лучше вообще никак. - Ну, допустим, это как посмотреть, - негромко заметил Падалеки, ненадолго отвлекаясь от бекона. - Лично я вчера вообще ничего не ел и сейчас жутко хочу жрать. Не знаю, как ты, но я предпочел бы позавтракать. И невозмутимо запихнул весь кусок себе в рот. Твою ж мать. Что интересно, об этом я вообще не подумал. Черт. Просто прекрасно – я не только обидел его, я еще и сделал это на ровном месте. Ага, а плюс ко всему наглядно продемонстрировал свое отношение к жизни в целом: для того, чтобы вкрутить лампочку, мне достаточно просто забраться на стул. А весь мир будет крутиться вокруг меня. Самое поганое, что я теперь даже не могу сказать, будто он меня неправильно понял. Потому что он-то как раз понял меня абсолютно верно.
- Прости, - выдохнул я, тяжело опускаясь на стул. - Дженсен.
У меня не было выбора – я был вынужден на него посмотреть. Джаред переставил сковородку с яичницей на холодную конфорку и, вновь развернувшись ко мне, оперся задом о столешницу. Мне не понравился его взгляд – слишком спокойный. Никакой.- У тебя были те еще выходные, - ровно произнес он. – Я все понимаю. Сейчас мы позавтракаем, я съезжу домой, переоденусь, и выйду на работу. А там посмотрим. Договорились?Ну что ж, это очень в его духе. Он вообще все и всегда понимает. Я так не умею. Наверное, именно поэтому безумно напрягаюсь каждый раз, когда лоб в лоб сталкиваюсь с чьей-то жертвенностью. Нам вообще сложно принять в других то, что отсутствует в нас самих – это кажется нам неестественным и фальшивым. Вот только даже у самого покладистого человека существует некий предел, за которым его терпение заканчивается. И внезапно я даже не понял, скорее интуитивно почувствовал: если Джаред сейчас уйдет – мы вряд ли когда-нибудь снова увидимся. Потому что для него именно это и станет шагом за те рамки, в которых он готов меня терпеть. Устраивать сцены – немного не в его духе, но это не значит, что он просто молча проглатывает все то, что я ему преподношу. Он ничего не забывает. И сейчас мой очередной заскок всерьез грозит стать той самой пресловутой последней каплей.
- Нет, - негромко произнес я, глядя в стол.- Прости? – Вряд ли он не расслышал. Ладно, ничего страшного, мне не сложно повторить.- Не договорились, - сказал я и поднял голову. - Ты останешься. Пожалуйста.
Джаред стоял, скрестив руки на груди, и внимательно смотрел на меня. Похоже, внешнее спокойствие давалось ему с трудом – на его скулах гуляли желваки, взгляд был напряженным и почти злым. Н-да, все же никогда не угадаешь, на чем человека сорвет… Хотя, вообще-то, он имеет полное право дать волю эмоциям. В конце концов, выходные не задались не только у меня.А еще я внезапно понял, что не имею ни малейшего представления, что должен, или хотя бы что я могу еще сказать. Черт возьми, да я бы даже еще раз извинился перед ним, если бы не чувствовал, что толку от этого все равно не будет никакого. Личные взаимоотношения всегда были для меня чем-то вроде прогулки по минному полю с завязанными глазами – никаких ориентиров, все исключительно опытным путем, малейшая ошибка – и все рванет к хренам собачьим. Кого-то все еще удивляет, почему я до сих пор живу один?.. Вот и я о том же.Джаред подождал еще несколько секунд, пристально вглядываясь мне в лицо, а потом пожал плечами и вновь отвернулся к плите.- Не хочешь, можешь не есть, - буркнул он, ставя передо мной тарелку с яичницей, и сел напротив. На меня он больше не смотрел. То есть вообще.
 
Блядь, ну неужели обязательно все должно быть так сложно, а? - Джаред, я…- Проехали.
В конце концов, да что я такого сказал?! Ладно, проехали, так проехали. Завтракали мы в тишине – я ел через силу, Падалеки поглощал пищу с энтузиазмом проголодавшегося хищника и демонстративно не обращал на меня внимания.
Джаред подал голос, когда я наливал себе кофе. - Дженс.- Что? – не оборачиваясь, отозвался я.- Твои ключи. У меня в кармане, в куртке. Забери.Я отрицательно покачал головой. Я уже думал об этом.
- Пусть останутся у тебя, – негромко произнес я. – Если что-то случится… я не хочу, чтобы эта квартира превратилась в ловушку. И городской телефон я тоже оставлю. По той же причине. Просто пообещай никуда не звонить без серьезного повода и не отвечай на звонки, хорошо?Я услышал, что Джаред поставил стакан на стол. По утрам он обычно пьет сок. И только. Я бы удавился на второй день.- Дженсен, а ты не хочешь мне объяснить, что в принципе может случиться? Чтобы я хоть был в курсе, к чему готовиться.Его голос был полон горькой иронии. Черт, а вот что ответить на этот в высшей степени законный вопрос, я не знал. В буквальном смысле. Интересно, он действительно не понимает, что происходит… или просто хочет услышать, как все это вижу я?- Джаред, как только я разберусь сам… я обязательно все тебе объясню, обещаю, - тщательно подбирая слова, произнес я, чувствуя кожей, что дал неправильный ответ.
Негромкий, неискренний смех.- Знаешь, а ничего другого я, если честно, и не ожидал. Ладно, я пошел спать. Хорошего дня.Судя по звукам и ощущениям, Джаред рывком поднялся с места и ушел.
Интересно, а не могло получиться так, что вчера я все же обознался и притащил из Центрального парка какого-то другого Джареда? Что-то он совсем на себя не похож, если честно… Я оперся ладонями на стол и закрыл глаза. Блядь, как-то хреново мы начинаем. Ну почему именно сейчас, а? Если вновь не впадать в истерику испуганного холостяка, моя квартира в данной ситуации действительно самое безопасное для Джареда место – вряд ли кто-то из тех, кто меня хоть немного знает, поверит, что я решусь спрятать его у себя. Сегодня же я проведу через кадры его заявление на отпуск и запущу слух о том, что он свалил в Даллас, к семье. Это будет выглядеть вполне правдоподобным – запахло жареным, а значит, самое время позаботиться о собственном здоровье. Скажем так – это в случае, если он действительно замешан во всей этой истории. А если нет… тогда еще проще. Уехал и уехал. Я, как бы, женат, а потому заведомо не могу заводить никаких серьезных романов, только мелкие интрижки. Я машинально потер безымянный палец и, вспомнив, досадливо поморщился. Ч-черт, надеюсь, никто не заметит, что я перестал носить кольцо, иначе заколебут вопросами и соболезнованиями… И вот теперь, когда все, что от Падалеки требуется, это сидеть тихо – возникает вполне реальная угроза того, что через пару дней мы просто разругаемся вдрызг, и он уйдет. Что будет дальше – одному богу известно. Но вряд ли что-то хорошее. А что самое дерьмовое – если в этом кто и будет виноват, то исключительно я. Потому что, во-первых, не в состоянии ответить ни на один из тех вопросов, которые вправе задать мне Джаред – я даже не могу признаться ему, что речь идет о непосредственной угрозе для жизни, поскольку очень маловероятно, что, зная это, он будет спокойно отсиживаться дома в то время, пока я таскаюсь непонятно где. А во-вторых – я просто понятия не имею, как вести себя с человеком, который мне небезразличен. И в этом нет ровным счетом ничего парадоксального – проще всего общаться с теми, на кого тебе плевать. Именно потому, что тебе изначально все равно, что из вашего общения получится. А в отношении Джареда понятие «все равно», похоже, для меня уже вообще не существует…Я закончил завтрак, помыл посуду (между прочим, не только свою; н-да, по ходу, насчет Джареда в роли степфордской жены я слегка погорячился), и отправился одеваться. Растянувшийся на кровати Джаред даже не пошевелился. Кто его знает, может, и правда уснул…- Я ушел, - негромко сообщил я, влезая в куртку.Падалеки раздраженно дернул плечом и ничего не ответил. Нет, не спит. А я внезапно понял, что не могу уйти просто так. Кто знает, доведется ли вообще вернуться… И это не очередной приступ паранойи. Просто тенденция, так сказать, вырисовывается не слишком утешительная.Я прошел к постели и сел рядом с Падалеки.- Джаред, мне жаль, правда, - тихо сказал я. – Но я действительно не могу тебе сейчас ничего объяснить. Просто поверь – так будет лучше для нас обоих. Я знаю, что не вправе требовать от тебя доверия, тем более что я не в состоянии ничего предложить тебе взамен… Но я просто прошу тебя. Очень прошу. Доверься мне. И не спрашивай о том, о чем я все равно не могу тебе рассказать. Скоро… скоро все закончится. - Для нас? – глухо раздалось из подушки.- Для всех, кроме нас, - вздохнул я, и, не удержавшись, провел ладонью по его обнаженной спине. – Если ты захочешь… если в принципе сможешь вытерпеть меня рядом, для нас это станет началом нормальной жизни. Нормальной, понимаешь? Никаких недоговоренностей, никаких секретов... никаких домашних арестов.Джаред вздохнул и придвинулся ближе. Похоже, это было добрым знаком. Я склонился к нему и, продолжая поглаживать спину, коснулся губами плеча.- Я знаю, что со мной нелегко, Джаред, - прошептал я и потерся носом о его теплую кожу. – Наверное, я чересчур долго жил один. Меня слишком давно не гладили.- Сука ты, Эклз, - после непродолжительной паузы сообщил Падалеки, и у меня отлегло от сердца – этот тон мне был мне уже хорошо знаком. – Я тебе уже говорил об этом?- Много раз. Это вообще самое ласковое, что я от тебя слышал, - пробормотал я, наваливаясь на него сильнее, стискивая, прижимая к себе, целуя уже всерьез. – Слушай, я тут подумал… может, мне действительно остаться?..Джаред зашевелился и резко развернулся ко мне лицом.- Еще пару раз так сделаешь, и точно останешься, - очень серьезно предупредил он. - Причем надолго. И не один раз.